Чтение онлайн

– Черт! Черт! Черт!! – отчаянно выругалась девушка вслух, – Ну, и что мне теперь со всем этим делать?!

Мысль о том, что она, возможно, зря сбежала из больницы, Мари сразу же решительно отбросила в сторону. Ведь даже если весь медперсонал, который там остался и не связан никоим образом с теми странными людьми из ее сна, то как она, черт возьми, должна это понять? Как и разобраться в том, кому из них можно доверять, а кому нет.

«Что, вообще, за сумасшедший бардак творится, в последнее время, в моей жизни? – продолжала размышлять она, после того, как вышла из душа, насухо вытерлась, и забралась ненадолго под мягкое, уютное одеяло на собственной кровати, – Когда я очнулась после комы, все вокруг, по идее, должно было прийти к какому-то логическому сюжету. Однако, сначала я обнаружила аммонит. А ведь я, до сих пор, так и не помню, был ли он у меня раньше. Затем появилась эта чокнутая медсестра, которая пыталась меня задушить, и которая была до этого в моем бредовом кошмаре. А следом появился Джесс, который снова помог мне и, как ни в чем не бывало, предложил мне не бросать свои попытки все вспомнить. И что же тогда все это, в итоге, такое?! Многоэтажный сон, где я лишь перешла с одного уровня кошмара на другой? Последствия черепно-мозговой травмы, из-за которых я стала путать между собою сон и реальность? Ведь может быть и так, что и та медсестра, и Джесс мне попросту приснились, и этот сон запустил в моем мозгу навязчивую манию преследования. Или все это, действительно, какой-то непонятный для меня заговор, а все эти люди являются частью какой-то секты, которая, с одним только им известной целью, сводит людей с ума? Вот только совершенно непонятно, какими методами они всего этого добиваются?».

Мари уже практически явственно ощущала, как ее мозг, медленно, но верно, закипает. Слишком уж много вопросов и, при этом, почти совсем никаких ответов. Слишком много несостыковок и белых пятен. А самое ужасное то, что теперь стало совершенно непонятно, за что ей следует держаться и куда двигаться дальше. Ведь даже в том нелогичном, черно-белом мире у нее, хотя бы, была определенная, четкая цель. А что осталось у нее теперь?

«На самом деле, у меня все еще есть опора. И это моя Энни, – резонно отметила по себя Мари, – Надо просто понять, каким образом я могла бы ей все это объяснить. Ведь только ей одной, на всем белом свете, я могу по-настоящему доверять. И только лишь она одна никогда не оставит меня в беде, в какую бы адскую ерунду я, в итоге, не вляпалась».

Размышляя подобным образом, Мари почувствовала нахлынувшую на нее сильнейшую волну усталости. И эта волна сопровождалась плаксивыми, ипохондрическими настроениями. Девушке стало навязчиво казаться, что, теперь, когда она сбежала из больницы и находится дома совсем одна, ей неизбежно станет хуже. И, может быть, она даже умрет здесь, а ее еще долгое время никто не хватится. К этим идеям добавлялись мрачные мысли о том, что, может, и вправду, в ее жизни нет и никогда не было никакого Джесса и всех остальных, связанных с тем странным миром, персонажей. Просто из-за травмы мозга ее крыша настолько безнадежно съехала, что она никогда уже не станет прежней и будет всегда продолжать путать реальность с вымыслом. А, в итоге, ее упекут в психушку, где она и проведет всю свою жизнь, до конца своих дней.

Мари не выдержала и тихонько заплакала. Ее душевные силы почти что полностью истощились, и, все, что ей сейчас хотелось, так это просто оказаться где-нибудь в тишине, покое и безопасности. Но, если ее спальня и отвечала первым из двух параметров, то представить сейчас хоть какое-то место, которое бы соответствовало третьему, Мари никак не удавалось. Да и накопившийся за последнее время стресс давил на грудь девушки с такой силой, словно на нее уже водрузили тяжелую могильную плиту.

«И что мне, блин, делать?!» – задавала она себе все тот же вопрос, прекрасно понимая, что ходит по кругу, кусая свой хвост, как тот уроборос, а ничего, в итоге, решить попросту не может.

Ей почему-то вспомнились слова Тэуса о том, что все вокруг лишь терпеливо ждут, когда она наконец-то сломается. Сейчас, когда Мари была к этому, как никогда, близка, она ощутила насколько правдивой могла быть эта фраза. Кроме того, она вдруг с ужасом осознала, что даже такая крайняя мера любого человеческого сознания, как перспектива умереть, чтобы весь этот бред наконец-то закончился, сейчас казалась ей непродуктивной и абсолютно бессмысленной. А кто, вообще, гарантирует, что после нашей смерти вдруг что-то заканчивается? Сейчас Мари, к примеру, даже не была до конца уверена в том, что она до сих пор жива. А что если нет? Что если она уже умерла, разбившись тогда на своем мотоцикле, и весь этот бесконечный бред, с его постоянным отсутствием твердой почвы под ногами, так никогда больше для нее и не закончится? А, может, именно так и выглядит то место, которое люди обычно называют адом? Где тебя истязают не какие-то там жалкие демоны, а также не только и не столько физические муки, сколько моральные. Хотя, насчет демонов, в принципе, вопрос также оставался открытым… Вспомнить хотя бы про странное отсутствие тени у одного из них, а также их бесконечные попытки ей что-то навязать, совершенно ничего, при этом, не объясняя. Порой, и впрямь, создавалось ощущение, что каждый из них просто тянет ее в свою сторону, подальше от остальных, как голодная собака, которая пытается отнять лакомую кость у своих сородичей.

Мари уже просто абсолютно не понимала, во что ей теперь можно было бы верить. Глаза ее измученного организма закрывались так настойчиво, как будто бы ее веки вдруг стали свинцовыми. К физической изможденности добавлялась моральная. И поэтому ей так сильно хотелось хоть ненадолго забыться сном, чтобы избавиться от всех своих тревожных мыслей и страхов, и, может быть, даже получить за счет этого хоть чуточку сил…

Нет, Мари, конечно же, вовсе не собиралась сдаваться. Она просто-напросто не могла сдаться. Ведь девушка всегда, с самого детства, была бойцом. И поэтому Мари твердо знала, что потом она встанет, разыщет сестру, что-нибудь решит и придумает. Но только немного позже… А прямо сейчас ей был нужен всего лишь маленький перерыв, чтобы нажать в своем сознании кнопку паузы и, тем самым, выключить, хотя бы ненадолго, весь окружающий ее мир. И единственное, о чем Мари могла мечтать, измученно засыпая, так это о том, что пока она спит, она попросту не увидит никаких чертовых снов.

***

Утром Мари чувствовала себя невероятно разбитой, но это не помешало ей вызвать такси, чтобы отправится домой к Энн. Вообще-то, девушка обычно не любила разъезжать по городу на такси, считая, что это удовольствие для мажоров, которым некуда девать лишние деньги. Но сегодня она чувствовала себя настолько плохо, что просто не представляла, где она могла бы взять сил на пользование общественным транспортом.

Было еще только около шести часов утра, когда девушка открыла калитку, ведущую на задний двор дома ее сестры. На самом деле, парадный вход располагался с противоположной стороны дома, но Мари обычно пользовалась задним. Самой Энн этот домик достался от ее приемных родителей, которые в данный момент жили в Италии, где-то в пригороде Рима. Мари же проживала на маленькой съемной квартире, в которой она поселилась сразу после своего выхода из детского дома. Сестра неоднократно звала ее жить с ней, но Мари, тем не менее, предпочитала жить одна, для того, чтобы не мешать личной жизни Энни. Как бы там ни было, но у них всегда были ключи от домов друг друга, и они также знали, что могут явиться туда без предупреждения, так как сестры всегда были рады встрече.

Мари и сейчас могла бы открыть дверь своим ключом, но она, все же, предпочла постучаться. Однако, долго ждать ей не пришлось, так как дверь почти сразу же широко распахнулась, и девушка увидела ошарашенное лицо Джоуи, который уставился на нее так, словно бы увидел приведение.

«Вот черт, – раздосадованно подумала Мари, которая вообще-то надеялась, что дверь ей откроет сестра, – Почему-то я вдруг забыла по существование этого кретина…».

– Анья, она здесь!! – крикнул куда-то внутрь дома Джоуи, который всегда называл ее сестру на какой-то совершенно необычный манер. Обращаясь уже к Мари, он добавил, – Где ты была?! Мы уже собрались ехать к тебе домой!

Мари проигнорировала его вопрос, поспешно отступив от крыльца в тень от росших на заднем дворе яблонь. Не хватало ей еще только отчитываться перед этим типом, который, судя по всему, был еще и насильником. А в следующее мгновенье из дома выскочила Энни. Поспешно добежав до Мари, сестра порывисто ее обняла, начиная нервно всхлипывать.

– Ты как?! В порядке?! Я так испугалась! Ты была дома? – дрожащим голосом расспрашивала она, – Я пыталась дозвониться на твой домашний номер, но, похоже, что его снова отключили… Почему ты вдруг убежала из больницы, Мари?! Ты же после комы!! Что, ради всего святого, с тобой случилось?!

– Мы с тобой можем спокойно поговорить? – предложила Мари, пытаясь не утонуть в этом бурном потоке фраз, – И я все тебе подробно объясню. Как мы с тобой всегда делаем…

– Но, Мари! – почти в истерике вскричала Энни, – А вдруг тебе сейчас станет плохо?! Тебе же лежать нужно!! Ты, вообще, соображаешь, что ты творишь?! Врачи сказали мне, что ты вылезла через окно! И это со второго-то этажа!! А что было бы, если бы ты упала?! – последнюю фразу девушка уже практически взвизгнула, и Мари поняла, что у ее сестры самая, что ни на есть, настоящая истерика.

Очевидно, также решил и Джоуи, который мгновенно подскочил к ним, приобняв Энни за плечи.

– Не иначе как ты просто сбрендила окончательно! – порывисто выкрикнул парень в лицо Мари, – Я сейчас же вызову тебе скорую! Тебе ведь даже ходить еще нельзя, ты хоть это-то понимаешь?!

– Отвали от меня, Джоуи! – резко бросила ему Мари, – Чего это ты вдруг, внезапно, разволновался о моем самочувствии? Я пришла сюда поговорить с Энни, а не с тобой!

– Пожалуйста, – умоляюще прошептала им Энни, – Давайте, мы все немедленно успокоимся. Ведь Мари же нельзя волноваться! Я сейчас возьму ключи от машины и сама отвезу ее в больницу. А то пока эта скорая досюда доедет…