Чтение онлайн

Именно этим сейчас и занимался главнокомандующий имперской армией Кирстен Вольфен. Гортань его напрягалась, словно готовая разорваться, от слова «ВЫПОЛНЯТЬ!!!», руки, потерявшие в гибкости от обилия мышц, ходили ходуном, еле-еле успевая указывать то на один отряд, то на другой. И несмотря на всё, патовой ситуация для Кирстена не была, приказы он отдавал на автоматизме, в это же время оценивая обстановку и своего врага, придумывая планы «А» и «Б», и даже «В» и «Г». Посему он уже успел даже спрогнозировать на манер самого Духа Маны, что же произойдет дальше, и варианты развития событий его, мягко говоря, не устраивали.

Больше чести, верности, чувства долга и прочих красивых словечек, которые рыцари произносят, давая клятву, он беспокоился за своих людей, причем под «своими» он понимал не только те пять тысяч обученных солдат, а вообще всех жителей Империи Каника. И как же иронична была для него эта война — люди одной крови, одной культуры, живущие под одним солнцем, резали друг друга, бранили, насмехались, очерняли имена… И всё это делалось по его приказу. Будь его воля, он бы вообще не начинал это злосчастный поход, не собирал бы столько войск, не занимал форт, будь он способен действовать по своему желанию, он бы пропустил мятежников ко всем тварям осколочным. Пусть корона императорская падет, пусть так… но зато сколько жизней были бы спасены. Но не мог, не в его воле то было, он просто не мог, и всё тут… О чем еще думать? Неподчинение приказу? Как же так, немыслимо. Такого ведь раньше никогда… Не положено…

Мысли вдруг стали такими тягучими и всё норовили выплыть прочь из его головы, Кирстен не смог ухватиться за них и вновь вернулся к своей главной стратегии — «Выполнить приказ. Стоять до конца. Лечь костьми, но продержаться как можно дольше до прихода личного отряда императора». Разве могло быть что-то проще, Кирстен знал десятки способов, которые помогли бы ему потянуть время, и все они, вероятно, были бы успешными. Однако, как это всегда и бывает, было одно очень большое «но» — жертвы. Все его «честные» стратегии оканчивались гибелью всех без исключения.

Конечно, он еще не знал полной силы своего странного врага, но уже мог предположить, что тот был много сильнее его самого. О! Сейчас развеются все сомнения.

Главнокомандующий Кирстен с десятиметровой высоты наблюдал за всем происходящим. Он был будто в трансе, который на него наслала чернобровая девушка, что обитает в шатре. Картина перед глазами была какой-то смазанной, всё смешалось — кровь, клинки, рыцари и он, его враг. А он стоял наверху в относительной безопасности и просто смотрел, но никто не смел его упрекать. Многие знали, что именно сейчас делает их единственный командир.

Его цепкий и суровый взор был обращен на всех сразу и на каждого по-отдельности, он подмечал каждую деталь, каждое движение, оценивал сильные и слабые стороны врага, изучал его поведение, характер, повадки. Одновременно с этим в голове его крутились десятки вариантов, он мог просчитать эту битву чуть ли не до самого конца. Казалось, ничто не могло его отвлечь…

Кирстен частенько раньше интересовался, каково это — чувствовать ману, какая она на вкус, цвет или запах? Никто не мог дать точного ответа, и он вскоре сдался. Но именно сейчас в этот самый день, который он называл уже «худшим днем в его жизни», его детская мечта исполнилась.

Чувство тяжести окатило его с головой, будто волна буйной горной реки, он ощущал одновременно страх и восхищение! Удивительно, все краски вмиг исчезли, оставив лишь солнце пылать алым в черных небесах. Этот вид так поразил Кирстена, что он на несколько секунд застыл, прекратив думать о чем бы то ни было, но приходило время возвращаться в реальность — порой такую жестокую, но по-прежнему удивительную. Теперь пред ним раскинулся сказочный яблочный сад, в нём словно остановилось время — стволы иссушились, листья опали и только яркие и сочные плоды остались покачиваться на ветвях.

Главнокомандующему пришлось долго приходить в себя, прежде чем он понял, что вообще произошло. В одно жалкое мгновение целая тысяча его солдат лишилась жизни. Сколько матерей лишилось сыновей, сколько жён лишилось мужей, сколько девушек лишилось своих возлюбленных? Список можно было бы продолжать еще дальше, но Кирстен не хотел… у него не было права.

«Твою…! Вот ведь з…зараза!! И кто блять виноват?! Я?! Опять брать всё на себя?! Император, осколок его дери! Пусть эта старая тварь будет виновна, ничего не знаю…»

Странно, но мятежников Кирстен не винил. Он уже давно находил несколько странным то, что в империи было так спокойно, не было несогласных. Он сам недолюбливал Императора, вот только продолжал безоговорочно подчиняться, просто не мог по-другому… Интересно, почему?

Но вернемся к битве. Тысяча солдат легла у его ног в одно мгновенье, он убедился — враг силен, и до этого он просто развлекался. Кирстен с самого начала понимал, что тот сдерживался, но чтобы настолько!

«Хах! И я собирался сдерживать вот ЭТО?! Немыслимо… И всё же, если отдать приказ той роте, отвести отряды с десятого по пятнадцатый в леса, обманный маневр конницей, привлечь внимание, и… И конец настанет на пол часа позже, хах… Бессмысленно, и ведь даже слабостей почти нет у ублюдка. Конечно, можно за одну зацепиться, но приказ…»

Приказ, приказ, приказ… Император — глава, ему подчиняются все. Это просто, обыденно, естественно… это — нерушимая истина и аксиома, она была вырезана на сердце Кирстена. Отказаться от Императора — значит отказаться от себя самого, разве мог он так поступить… И как же тогда ему было быть с «его людьми»?

Главнокомандующего всё еще что-то держало, что-то неведомое и наверняка могущественное, оно сковывало его разум… но Кирстен был умел в обращении с ним. Разум для главнокомандующего — такое же оружие, как его алебарда, как верный конь и пятитысячная армия. Осталось лишь сделать финт, «обманку», и наваждение спадет.

Империя — это прежде всего её народ, с тысячелетней историей и богатой культурой. Не будет Империи — не будет имперцев, и наоборот. Так разве не долг то его? Сохранить страну, а значит сохранить и жизни…

Убеждать и запутывать самого себя пришлось недолго, как развязать узел дилетанта. Знал бы Кирстен про «оковы», что сдерживали его, несомненно, усмехнулся бы, какой их создатель оказывается дурак! И теперь, когда преграды нет, можно наконец-то сделать то, что должно, как настоящий командир.

Кирстен поднял руку в тяжелых латах вверх и сжал кулак. Ошарашенные солдаты, которые остались в живых, лишь потому что были на стенах, так и не начали атаковать вновь, что ему было и нужно. Прямо с огромной высоты он спрыгнул вниз, приземлился с грохотом, оставив даже пару трещин на каменных плитах, что покрывали плац. «Он» терпеливо ждал его на том конце яблочного сада, осталось лишь пройти…

Война затронула жизни многих, переплела судьбы более чем многих, и не только людей — от простых фермерских семей, купцов, что наживались на распрях, бардов, что уже готовы были распевать новые сюжеты, измазанные кровью, до настоящих рыцарей, что несли только лишь справедливость… но не всегда, до самого Короля, древнейшего правителя и Императора. Такая маленькая, отнюдь весьма значимая война разгорается быстрее лесного пожара под бушующим ветром, однако её всё же придется немного отложить…