Чтение онлайн

Когда голова Лиз перестала кружиться, а взгляд удалось сфокусировать, девушка встала. Она ватными ногами добралась до сломанной ветки. Схватив её, она направилась к Дайан. Что есть мочи Лиз стала колотить веткой по всем четырём фигурам в чёрном.

Айрис вскрикнула. Её руку выворачивали так, словно, она сделана из пластилина. Вовремя подоспевшая Дайан, нанесла обидчику Айрис сильный удар в нижнюю челюсть. От чего, тот даже пошатнулся.

Лиз уже заносила ветку для новых ударов, когда нападавшие испарились в воздухе. Она непонимающе смотрела на то место, где ещё секунду назад стояли пять чёрных фигур. Девушка пару раз рассекла веткой воздух. Убедившись, что никого нет, все три девушки сели на землю. Места зарождающихся синяком болели и пульсировали. Дыхание всё никак приходило в норму.

Кэти пришла в себя от лёгкого похлопывания по щеке. Девушка кое-как села. Затылок пульсировал. Было ощущение, что её ударили по голове кирпичом. Щуря глаза от яркого солнца, она посмотрела по сторонам. На неё с беспокойством смотрели подруги.

— Ты как? — спросила Айрис.

— Да, вроде, нормально, — потирая затылок, ответила Кэти.

Взгляд Кэти привлёк платок, что был повязан вокруг шеи Лиз. Девушка только сегодня его купила. К тому же он совершенно не подходил под наряд Лиз ни по цветовой гамме, ни по фасону. Она ни за что бы его сейчас не надела.

— Лиз, а ты зачем платок на шею повязала?

— Шея замёрзла. Боюсь, горло простудить.

— Ясно.

Кэти внимательно посмотрела на подруг. Были они все какие-то потрёпанные. Лица у всех троих были уставшими и болезненными. Да, и ещё левая рука Айрис была немного припухшей. Словно, её вывихнули.

— Всё в порядке? — настороженно спросила Кэти.

— Да, — соврали все трое.

Лиз сидела возле зеркала и наносила уже пятый слой тонального крема на шею. Но синяки замазать так и не удавалось. Они были синими и очень болели. Всякий раз, когда в голове всплывала картина, как её душат, Лиз начинала задыхаться.

Оставив, бесплодные попытки скрыть синяки, она одела водолазку. Натянув её горло, почти до самых ушей. Уставшая девушка села на кровать. Её одолевали сомнения, правильно ли они сделали, что никому ничего не рассказали? Не сговариваясь, они сначала соврали Кэти. А после и вовсе договорились, никому ничего не говорить. Почему? Лиз не могла дать ответ на этот вопрос. Просто это, казалось, правильным.

Девушка аккуратно потёрла шею. В дверь постучали. Между дверным косяком и дверью появилась голова тёти Хелен.

— Тебе Айрис звонит. Возьми трубку.

После этих слов она опять закрыла дверь. Лиз дождалась, когда шаги на лестнице стихнут, а затем подняла трубку.

— Да? — немного хриплым голосом сказала она.

— Привет, — послышался на том конце провода голос Айрис. — Ты как?

Лиз устало повалилась на кровать.

— В целом нормально. Шея болит. Тональник синяки не берёт. А ты как? Как рука?

— Хорошо, что папа приехал. Он сказал, что вывих и вправил мне его. Вот теперь хожу с подвязанной к шее рукой, — усмехнулась Айрис.

Лиз тоже улыбнулась.

— Он не спрашивал, где ты её вывихнула?

— Конечно, спросил.

— И что ты ответила?

— Сказала, что упала.

— Значит, соврала, — это было скорее утверждение, чем вопрос.

— Да, — грустно сказала Айрис. Ей самой было не по себе от того, что она врала. — А ты что сказала?

— Ничего. Ни мама, ни тётя Хелен синяков не видели. Я сейчас в водолазке. Слушай, может зря мы никому ничего не рассказали?

Наступила тишина. На том конце провода не отвечали.

— Алло, Айрис, ты тут? — забеспокоилась Лиз.

— Да, я тут. Просто, думала, что тебе ответить. Не знаю. Возможно, ты права.

Лиз села на кровати.

— Почему мы врём?

— Не знаю, — Айрис вздохнула. — Но меня больше интересует другой вопрос, кто они и что им нужно?

— Я не знаю. Они ничего не говорили. Просто взяли и напали.

Снова повисла тишина.

— Знаешь, что мы сделаем? — через несколько секунд сказала Лиз.

— Что?

— Давай, договоримся, что, если нападение повториться ещё раз, мы всё расскажем.

— И даже пойдём в полицию, — предложила Айрис.

— Да. Значит, согласна?

— Да. Только надо Дайан об этом сказать.

— Я ей сейчас позвоню.

— Нет, не надо. Она сейчас вместе с Яном делает уроки. Пусть побудут немного вместе.

— Ладно. Ты права. Я тогда ей утром отзвонюсь. Какие планы на выходные?

— Генеральная уборка.

— А как же больная рука? И как, кстати, твоя мама на это отреагировала?

— Мы втроём кое-как её убедили, что это всего лишь вывих, а не рак в третьей стадии. Сказала, что найдёт для меня работу, где нужна всего одна рука. А у тебя какие планы?

— Я все выходные проведу с Диего. В субботу идём на пляж. А в воскресенье в клуб. Кэти с Робом едут загород, к бабушке Жизель. Дайан, наверное, как обычно, с Яном.

— Да, уж. Значит, не увидимся. Ладно, давай до понедельника. И не забудь заправить Ласточку.

— Есть, капитан, — Лиз приложила руку к голове, как делают это военные и полицейские.

В телефоне послышались короткие гудки. Лиз отбросила телефон на край кровати и плюхнулась на подушки. Засунув руку под одну из них, она нащупала сотовый телефон. В нём было больше десятки пропущенных звонков и сообщений от Диего. У девушки не было никакого настроения разговаривать с бойфрендом. А потому она просто отключила телефон. Лиз так захотелось кого-нибудь обнять.

— Принцесса, — позвала она.

Тишина.

— Принцесса, — уже более настойчиво позвала Лиз.

Опять тишина. Девушка поднялась на локтях и обвела комнату взглядом. В, стоящей возле зеркала, белой плетёной корзинке с красной подушечкой никого не было. Лиз тяжело вздохнула и снова упала на подушки.

— Наверное, она на кухне, — негромко сказала она.

Кое-как заставив себя подняться, Лиз спустилась вниз. Первый этаж дома был наполнен различными звуками и запахами. Тут кипела не только жизнь, но и что-то на плите.

— Ой, а ты чего в водолазке? — удивилась тётя Хелен.

Женщина ела морковку, что стащила прямо из под ножа сестры. Вообще пройти мимо кухни спокойно, когда Мари готовила, Хелен не могла. Ей нужно было обязательно что-нибудь своровать. И не важно, что это будет котлета или какой-нибудь овощ.

— Я замёрзла, — соврала Лиз.

— Мари, включай обогреватель. Ребёнок замёрз.

Из кухни вышла мама Лиз. На ней был надет фартук, а в руках она держала кухонное полотенце. Женщина сощурила глаза и посмотрела на дочь.