Чтение онлайн

Они успели вовремя, ибо с третьего по десятое ноября дожди полили не переставая. Разводить огонь под открытым небом теперь стало невозможно. Всю эту тоскливую неделю Годфри и его товарищи провели взаперти, выходя из дому лишь для того, чтобы только присмотреть за скотом и курами.

Но вот оказалось, что у них полностью иссяк запас камасов, заменявших хлеб. Отсутствие мучнистых корней становилось все более ощутимым, и Годфри заявил Тартелетту, что, как только погода станет более сносной, он отправится с Карефиноту за камасами. Учителя танцев не слишком прельщала перспектива плестись две мили по мокрой траве, и он охотно остался караулить дом.

Вечером десятого ноября небо, затянутое серыми тучами, набежавшими еще в начале месяца с западным ветром, стало постепенно очищаться. Дождь начал утихать, и на закате показалось солнце. Все говорило о том, что следующий день обещает быть безоблачным.

— Завтра на рассвете, — сказал Годфри, — мы с Карефиноту отправляемся в путь.

— Желаю удачи, — ответил учитель танцев.

К ночи совершенно разошелся туман и высыпали звезды. Тотчас же после ужина Карефиноту снова занял свой сторожевой пост, который он покинул на время дождей. Напрасно Годфри убеждал его вернуться в комнату, говоря, что теперь вовсе не обязательно сторожить Вильтри, ведь ни один дикий зверь больше не показывался. Но Карефиноту не поддавался никаким уговорам, и Годфри вынужден был отступиться.

На другой день погода действительно благоприятствовала островитянам. Около семи часов утра Годфри вышел из Вильтри — первые лучи солнца уже золотили густые вершины секвой.

Карефиноту по-прежнему стоял на посту. Он продежурил здесь всю ночь и наконец дождался Годфри. Вооружившись до зубов, они захватили с собой по большому мешку. Простившись с Тартелеттом, охотники направились к речке, чтобы затем пройти по левому берегу туда, где росли камасы.

Через час они без всяких приключений добрались до цели.

Три часа юноша и негр работали, не разгибая спины, и только около одиннадцати пустились в обратный путь с мешками, полными камасов. Шагая рядом и весело переглядываясь, они подошли к речной излучине. В этом месте деревья живописно склонились над водой, образуя своеобразный полог над обоими берегами.

Вдруг Годфри остановился. В этот раз он сам заметил и показал Карефиноту на зверя, неподвижно стоявшего у дерева. Глаза его как-то странно светились.

— Тигр! — воскликнул молодой путешественник.

И он не ошибся. В самом деле, то был громадный тигр! Изогнувшись в дугу, он обхватил когтями ствол дерева, готовясь к прыжку.

Годфри, бросив на землю свой мешок, в одно мгновение прицелился и спустил курок.

— Ура! — закричал он.

Подстреленный тигр отскочил назад. Но рана могла быть не смертельной, а тогда не жди пощады от разъяренного зверя.

Стрелок поднял ружье, чтобы выстрелить второй раз.

Но тут Карефиноту, которого Годфри не успел сдержать, метнулся с ножом вслед за тигром.

Напрасно Годфри кричал, требуя, чтобы тот остановился, напрасно звал… Негр ничего не слышал или не хотел слышать, поглощенный одним желанием: добить зверя, даже если это будет стоить ему жизни.

Юноша бросился к реке. Добежав до берега, он увидел, что Карефиноту вступил в яростную схватку с тигром. Негр сдавил зверю горло и нанес ему страшный удар ножом в сердце. Тигр скатился в речку, полноводную после долгих дождей. Бурный поток подхватил тело животного и стремительно унес его в море.

Медведь! Тигр! Сомнений больше не было: на острове водились хищные звери…

Подойдя к Карефиноту, Годфри убедился, что тот отделался лишь несколькими ссадинами. Они подобрали свои камасы и двинулись в обратный путь, размышляя о новых превратностях, которые готовит им судьба.

Когда Тартелетт узнал, что на острове, кроме медведей, водятся еще и тигры, он пришел в такой ужас, что долго не осмеливался высунуть нос из дупла. Ведь рано или поздно хищники узнают дорогу в Вильтри! Не осталось уголка, где можно чувствовать себя в безопасности! Тартелетт требовал возвести укрепления, каменные стены с эскарпами [102] , контр-эскарпами и бастионами, которые должны обеспечить безопасность обитателям дупла большой секвойи. А так как соорудить эти фортификационные сооружения было невозможно, он хотел или вернее мечтал поскорее покинуть остров.

— Я тоже, — спокойно отвечал ему Годфри.

И в самом деле, условия жизни на острове Фины теперь уже были не те, что прежде. Если до сих пор благоприятный случай помогал им бороться с лишениями, выдерживать непогоду и переносить тяготы зимы, то защищаться от диких зверей и каждую минуту ждать нападения — было просто невыносимо.

Положение становилось все более серьезным, а скоро могло стать и критическим.

«Но как объяснить тот факт, — спрашивал себя Годфри, — что в течение четырех месяцев мы не видели на острове ни одного зверя, а за последние две недели встретились и с медведем, и с тигром. Что бы это значило?»

Действительно, факт был необъясним, хотя настолько очевиден, что нельзя с ним не считаться!

И все же Годфри не пал духом. Превратности судьбы только укрепляли его хладнокровие и мужество. Если им действительно грозят дикие звери, то он примет против этой новой опасности самые решительные меры.

Но какие?

Прежде всего надо сократить выходы в лес и на побережье; покидать дом следует с оружием в руках и только в случае крайней необходимости.

— И в первом и во втором случае, — внушал своим спутникам Годфри, — мы отделались легким испугом, но третья встреча с хищником может кончиться плачевно. Не стоит зря рисковать!

Суровая необходимость заставляла жителей Вильтри не только отказаться от частых прогулок, но и требовала усилить охрану жилища и скота, ибо хищники могли их просто уничтожить. Годфри всерьез подумывал о том, чтобы укрепить Вильтри, хотя от грандиозного проекта Тартелетта — возвести вокруг секвойи пояс оборонительных сооружений, — разумеется, пришлось отказаться. Остановились на том, чтобы поставить высокий, прочный забор между стволами ближайших секвой, иначе говоря, окружить Вильтри надежной оградой, которая обеспечила бы им относительную безопасность и защиту от нападения извне.

Годфри прикинул: сделать такой забор возможно, хотя и непросто. Трудно представить, сколько стволов им придется срубить и обработать, чтобы соорудить подобное заграждение. Но Годфри не страшили никакие трудности. Он посвятил в свои планы Тартелетта, и тот их одобрил, пообещав свое содействие. Учитель танцев сумел кое-как растолковать суть замысла Карефиноту, который, как всегда, готов был броситься на помощь по первому зову.

Робинзоны и верный Пятница без промедления принялись за дело.