Чтение онлайн

– Ты должна была сообщить мне, – сурово упрекнул он ее.

Эбби зарычала от явного неудовольствия:

– Я пыталась! Зачем, по-твоему, я тебе звонила?

Он сильно побледнел:

– Я думал, ты хочешь извиниться или оправдаться…

– Да, я хотела извиниться, но мне прежде всего надо было рассказать тебе о Рафе.

– То есть ты не прятала его от меня?

– Ты шутишь, что ли? Ты действительно думаешь, что я способна на такую подлость?

Их взгляды встретились, и она вздохнула.

– Ты считаешь, я способна на это. Но, Гейб, я бы никогда не прятала от тебя твоего ребенка. Поэтому я поехала в Рим.

– Рим. – Он закрыл глаза, выглядя виноватым. – Ты приезжала, чтобы сказать мне о ребенке?

– Да! – Она помрачнела. – Но ты приказал вышвырнуть меня из здания, словно преступницу.

– Эбигейл, я ничего не знал…

– Ладно, – сухо сказала она. – Если бы ты уделил мне минутку своего времени, ты бы увидел доказательства моего состояния.

– В каком смысле?

– Я была на седьмом месяце.

– И тебя вышвырнули из здания?

– Ну, мне недвусмысленно посоветовали уйти до приезда полиции, – призналась она.

– Они исполняли мой приказ, – печально ответил Гейб. – Я не желал тебя видеть. Я так разозлился, когда ты приехала.

– Я знаю. – Она подняла подбородок, ее поза говорила о неповиновении. – Но не смей обвинять меня в том, что я умышленно скрывала от тебя Рафа.

Он покачал головой, словно желая прояснить мысли:

– Мне не верится, что у меня родился сын.

Что Эбби могла ему ответить? Вероятно, она ждала от него извинений. Или похвалы.

Вместо этого он произнес:

– И ты растишь его здесь?

Она выпрямила спину и расправила плечи.

– Что тебя не устраивает?

– Это лачуга. – Он сердито посмотрел на нее. – Как ты можешь здесь жить?

От его наглости у нее отвисла челюсть.

– Мне здесь нравится, – процедила она сквозь зубы. – И я найду жилье получше, как только Раф подрастет.

– Здесь не должна жить даже стая бешеных собак, не говоря уже о моем сыне.

Она уставилась на него так, словно он жестоко оскорбил ее:

– Я знаю, жилье не идеальное. Я не слепая. Но это лучшее, что я могла себе позволить с очень ограниченными средствами.

На его подбородке пульсировала жилка. Эбби уставилась на Гейба как зачарованная.

– Значит, когда твой отец узнал, что ты забеременела от меня, он выгнал тебя из дома?

Она поморщилась:

– Все было намного сложнее. Я имею в виду, это доказало, что я солгала ему о той ночи. Я его подвела.

– Подвела? – недоверчиво переспросил Гейб. – Он непостижимый человек!

– Я знаю это, – сказала она. – Я не предполагала, что он так отреагирует. Я понимала, что он рассердится, но…

– Но не думала, что он лишит беременную дочь финансовой поддержки только потому, что ненавидит меня? – Тон Гейба изменился. Он был полностью поглощен неприятными мыслями.

Эбби ждала от него уточнений, затаив дыхание.

Наконец он покачал головой:

– Это уже не имеет значения. Теперь ты не его забота.

– Я сама о себе позабочусь.

– Нет, дорогая. Заботиться о тебе буду я. Ты мать моего ребенка.

Она ощетинилась:

– Я женщина, с которой ты переспал год назад.

– Да. И ты забеременела. И это моя ошибка.

– Твоя ошибка? – Она рассердилась. – Я не считаю Рафа ошибкой. Он – благословение.

Гейб поморщился:

– Я не хотел показаться грубым.

– Ты ничего мне не должен, Гейб, – произнесла она.

– Ты живешь в таких условиях. – Он медленно обвел рукой комнату. – И по-твоему, я тебе ничего не должен?

Ее пронзило разочарование.

– Я знаю, что эта квартира…

– Это свалка.

Она обиделась:

– Это наш временный дом.

Он скрестил руки на груди, смотря на нее с непроницаемым выражением лица.

– Ты хотела рассказать мне о ребенке, – заметил он, и она кивнула. – А чего ты ждала от меня?

Эбби нахмурилась, и ее молчание только рассердило Гейба. Он шагнул в ее сторону, выглядя мрачным.

– Чего ты хотела от меня?

Она сглотнула и попыталась подобрать слова для разговора, к которому давно готовилась:

– Раф – твой ребенок, и я с уважением отношусь к твоему желанию его воспитывать.

– Угу, – неопределенно ответил он.

– Ты живешь в Италии, а мы здесь. Но ты приезжаешь в Штаты, и, когда мальчик повзрослеет, он сможет тебя навещать.

Он холодно уставился на нее, а потом с отвращением произнес:

– Посмотри на эту лачугу, Эбигейл! Кстати, почему здесь так холодно? Почему отключено отопление? – Он вошел на кухню и открыл холодильник. – Чем ты питаешься? Я вижу только два яблока и булочку. Что ты ела на ужин?

Она прикусила губу и очень постаралась не расплакаться.

– Я плачу не потому, что мне грустно. – Она сердито смахнула слезы со щек. – Я нервничаю, и я устала! А ты не имеешь права приходить сюда посреди ночи и оскорблять меня!

– А как мне реагировать?

– Я не знаю. Я просто должна была сообщить тебе о ребенке.

Он опустил голову.

– Я благодарен, что ты мне о нем сообщила. И за то, что ты не использовала нашего сына, чтобы шантажировать меня.

– Зачем мне тебя шантажировать? – в ужасе спросила она, перебрасывая светлые волосы через плечо.

Он резко хохотнул:

– О, я не знаю. Деньги. Власть. Прототипы «Калипсо»…

Руки Эбби чесались от желания врезать по его высокомерной физиономии.

– Ты мерзавец.

– Я отец твоего ребенка. И нравится тебе или нет, я буду рядом с тобой.

Она опешила:

– В каком смысле?

Гейб закрыл дверцу холодильника и открыл дверь кладовки, в которой была только упаковка спагетти.

– Сколько тебе надо времени, чтобы собрать чемодан?

– Что? – Она уставилась на него, когда он вернулся в маленькую гостиную.