Чтение онлайн

Выпито было всего ничего, но дневная усталость сказалась – добравшись до своей раскладушки, Константин мысленно поблагодарил бабушку, которая, оказывается, застелила ему постель – сам он с этим уже не справился бы. Сейчас ему по силам было только стянуть с себя одежду, завалиться на раскладушку и отключиться под убаюкивающий стрекот ночных насекомых за окном.

Костя проснулся от вопля петуха – более типичный деревенский будильник придумать было сложно. Он открыл глаза и лежал, потихоньку осознавая, где он, что он и как. Было уже светло, в солнечном луче кружились пылинки, но хотелось скользнуть обратно в приятную дрему. Глаза сами собой закрылись

Петух завопил второй раз, натужно, словно чем-то подавился, прокашлялся и исправился, выдав еще более громкую трель. Костя потянулся за часами, те показывали четыре утра. Тишина стояла совершенно непривычная после Москвы. Но все же он уловил отдельные звуки – на дворе звякнул умывальник, дальше по улице услышал чью-то корову, которую видимо собирались доить. Захотелось пить и писать, лежать дальше было совсем невозможно.

Он в одних трусах тихонько спустился вниз, дошел до уборной, потом умылся и напился прямо из рукомойника. День обещал быть жарким, в небе не было ни облачка.

– Чего как рано вскочил, Костя? – из дома вышла бабушка, завязывая легкий цветастый халат и направляясь в летнюю кухню.

– Сам не знаю, ба, – Костя вытер лицо и грудь вафельным полотенцем, снятым с крючка в виде грибочка – тот с детства был закреплен за ним. – Вроде я ушёл вчера рано, вот и выспался уже.

– Это главное, если выспался, – бабушка потрепала его по влажным волосам. – Тогда сходи в сарайку, выпусти курей, да яичек свежих собери – сделаю тебе яичницу. Или ты омлет больше любишь?

Костя ответил, что ему совершенно без разницы, в каком виде будут яйца, не хватало еще бабушку заморачивать. Как всем, так и ему. Сходил, разыскал в сумке шорты и футболку, оделся и пошел выполнять поручения. Курам он был безразличен, а вот петух норовил подойти сзади и клюнуть, пока Костя собирал яйца в миску.

– Кыш, иди отсюда, кому говорю, – шипел на него Костя, но петух воспринимал это как личное оскорбление. От курятника пришлось ретироваться как можно скорее, пока петух не заработал себе апоплексический удар. Семен наблюдал за этим с забора, словно говоря "ну и салага же ты, Костя, петуха испугался".

Пока бабушка собирала завтрак, откуда-то успел вернуться дед, Костя не заметил даже когда он ушел. Он уже смотался куда-то за свежей газетой и полностью погрузился в нее, изредка пыхая своим "Беломором".

– Дед, на, попробуй Мальборо, – предложил Костя, которому тут же сразу захотелось курить, даром, что на голодный желудок.

– Костя, не курил бы натощак, – тут же озвучила его мысли бабушка. – Яишенка уж готова.

Дед протянул руку за пачкой и для начала понюхал содержимое, хмыкнул неопределённо и вытащил себе одну сигарету, прикурил. Костя наблюдал за ним поверх тарелки с яичницей на шкварках, ожидая вердикта, а дед явно театральничал, выдерживал паузу.

– Тьфу ты, как будто целоваться через простыню! – вердикт был окончательный и обжалованию не подлежал.

– А ты что, целовался через простыню? – ни капли не обиделся, наоборот, развеселился Костя и, наконец, приступил к завтраку, заодно соорудив себе бутерброд с сыром.

– Всякое бывало, – ответил дед, потом решительно оторвал фильтр у сигареты и докурил ее так. У Кости даже где-то екнуло от такого варварства, но комментировать он это не стал.

В Москве он привык завтракать чашкой кофе и сигаретой, но тут аппетит к нему вернулся в полной мере. Он даже не поморщился, получив цикорий на молоке вместо кофе, управился с яичницей и бутербродами в два счета и уже потом с наслаждением закурил, радуясь, что хоть по этому поводу ему не читают нотации. Дед с бабкой были на редкость либеральными, пока Костя не творил ничего откровенно дикого. Но голова на плечах у него все же была.

– Чем помочь сегодня? – спросил Костя, убрав за собой посуду. – Может на огороде что надо, сорняки там выполоть? – предложил он, понимая, что этим лучше заниматься, пока не разжарило в полную силу.

– Что ж, помоги, коли не шутишь, – кивнула бабушка. – Клубника поспела, пора варенье варить. Я тебе дам лоток, собирай в него аккуратно. Ну и сам кушай, сколько влезет.

Поначалу Косте казалось, что влезет в него много. Вспомнилось детство – сколько клубники он умял с этих самых грядок, срывая по паре ягодок, когда пробегал мимо.

Но сейчас завтрак в желудке не собирался пока делить место. Одолев десяток ягод, все остальные Костя отправил в лоток.

Раньше привлечь его к таким работам было чуть легче, чем невозможно, но сейчас монотонно размеренные действия под плеер в ушах принесли с собой нежданно терапевтический эффект для его перегруженного разума.

Правда, чем выше поднималось солнце, тем тяжелее было работать. Ходить и нагибаться быстро устала спина, так что он плюнул и передвигался по грядкам чуть ли не на коленках, поднимая листья и собирая ягоды. Компанию ему составил Полкан, которого дед пока отпустил на ежедневный променад, и оказалось, что он тоже не дурак пожрать клубники.

– Так, ну ты-то не наглей, товарищ, – Костя отпихнул пса, который профессионально объедал кустики, выбирая только спелые ягоды.

После клубнику нужно было перебрать и помыть, чем Костя занялся на пару с бабушкой, а уж потом она достала медный таз и наотрез отказалась варить варенье на газовой плите.

– Вот что хочешь мне говори, но будет вообще не то, – сказала она, ссыпав клубнику в таз. – Тут свежий воздух нужен, да и на дровах совсем по-другому варится. Иди лучше принеси как раз дровишек, дед обещался наколоть.

Решив, что не мытьем, так катаньем убедит бабушку в преимуществах газовой плиты – за два-то месяца, пока что Костя отправился к дровнику, где и правда аккуратные чурбачки ждали своего часа. По пути Костя заметил деда Митю на картошке. С тяпкой тот управлялся ловко и вполне бодро, но все та же совесть решительно направила Костю к деду после того, как бабушка была обеспечена запасом дров.

Даже воспоминания о сборе колорадского жука – от этой повинности Костя никогда не мог уклониться – сейчас его не остановили.

– Дед, давай помогу, – предложил он, видя, что фронт работ внушительный.

Дед от помощи отказываться не стал.

– Иди вон мотыжку в сарае возьми. И на голову что-нибудь надень, – напомнил он.

Костя быстро смотался за мотыжкой и кепкой и вернулся к деду. Тот уже заканчивал окучивать один ряд и был готов приступить ко второму.

– Так, видишь, как я делаю? Вот тебе надо делать так же, только лучше, – усмехнулся он. – Помни, кусты нежные, так что аккуратно, не поруби стебли к едрене-фене.