Чтение онлайн

Ох ты ж, блин, он же, наверное, голодный, как волк! У меня ему перепало только два стакана воды с пилюлями, а когда он ел до этого неизвестно. Судя по тощему виду, деликатесами и пятиразовым питанием его никто не баловал.

Доковыляла до его двери и в нерешительности остановилась. И что теперь? Крикнуть, чтоб поторапливался и выходил? Или вломиться и приказать следовать за собой? Или может вообще развернуться и уйти, отложив неприятный разговор до лучших времен? Ну, подумаешь, поголодает немного…

Пришлось себя сурово одернуть, несколько раз тяжело и глубоко вздохнуть, призывая к внутреннему спокойствию и гармонии. Вроде полегчало, и после этого я сделала то, что и должна была. Просто постучала, и, подождав несколько секунд, заглянула внутрь.

Барсик (фу, прямо передергивает каждый раз, когда эта кличка всплывает) сидел на кровати, привалившись спиной к стене и прикрыв глаза. Заметив мое появление, он торопливо поднялся на ноги и теперь стоял передо мной с понуро опущенной головой. Наверное, гадал о том, что же его ждет дальше.

– Иди за мной, – отдала распоряжение сиплым голосом, не дожидаясь ответа, развернулась и последовала на кухню, уверенная, что пойдет за мной.

И пошел, как миленький! Вот только спиной чувствовался его тяжелый мрачный взгляд.

Когда пришли на кухню, я кивком указала ему на стул, а сама направилась к холодильнику:

– Когда ты ел последний раз? – поинтересовалась, не оборачиваясь. Я вообще почему-то стремилась отвести глаза в сторону и не смотреть на него. Он меня реально напрягал своим присутствием, до такой степени, что… Так, спокойно Василиса, глубоко дышим и улыбаемся. Кто здесь главный? Я! И этим все сказано. Так что увереннее!

– Вчера утром, – после секундного колебания ответил он.

Блин, так и есть, проморила его голодом, вместо того чтобы сразу накормить. Ай да молодец, ай да умница. Прав был Ник, относительно того, что мне книгу надо написать, пособие по обретению заклятых врагов.

Раздраженно мотнула головой, пытаясь отогнать тревожные мысли, достала из холодильника две упаковки "быстрого ужина" и закинула их разогреваться.

Сложила руки на груди и стала ждать, с увлечением рассматривая цифры таймера. В общем, несмотря на внутренние медитации, по-прежнему старалась смотреть куда угодно, но только не на него. С силами для разговора еще не собралась, поэтому молчала. А он и подавно рта не раскрывал. Конечно, ему ведь не положено, без моего разрешения. Вот тоска-то!

Наконец раздался сигнал, что все разогрето до нужной температуры, от которого я, затерявшаяся в своих мыслях, невольно вздрогнула.

Достала один из контейнеров, вилку и положила все это перед ним. Сама устроилась напротив.

Парень (Блин, ведь реально парень! А я сначала подумала, что старый хрыч) не шелохнулся, подозрительно поглядывая то на меня, то на еду.

– Не умеешь пользоваться вилкой? – спросила я, пытаясь сдержать раздражение. А что, если действительно не умеет? Что, если рабам и не положено этого уметь? Черпают руками из миски и ладно. Пфф, я с ума сойду, если еще придется его социализировать и учить элементарным вещам.

– Умею, – наконец ответил он сиплым глухим голосом.

Подняла глаза к потолку и воодушевленно произнесла "спасибо!", не сумев сдержать свою иронию. Похоже, он это понял, потому что весь подобрался. Черт, вот что я делаю? Надо с ним спокойно поговорить, а я вместо этого издеваюсь.

– Раз умеешь, то бери вилку и ешь, – постаралась произнести как можно более спокойно и миролюбиво, сама при этом открыла контейнер, поморщившись от синтетического запаха, и принялась меланхолично ковыряться в его содержимом.

– Сколько? – его вопрос вогнал меня в ступор.

– Сколько чего? – глупо переспросила, непонимающе глядя в его сторону.

– Сколько есть?

О боги, дайте мне силы! Силы и терпения! Нет, лучше просто терпения!

– Сколько хочешь, столько и ешь, – пожала плечами, с трудом удержавшись от лишних высказываний.

Снова подозрительный взгляд в мою сторону, из-под лохматой челки. Возникало почти непреодолимое желание его побрить и подстричь, или хвостик на лбу заколоть, как у маленьких собачонок.

– Ешь уже, – цыкнула на него, – а то все остынет.

Больше он ничего не говорил. Открыл контейнер и принялся за еду. Я видела, как он сдерживается, пытаясь не закидать все сразу себе в рот. Да, бедняга явно проголодался. Эта мысль снова всколыхнула чувство вины, заставляя досадливо жмуриться.

Так и сидели друг напротив друга, каждый, уткнувшись носом в свою порцию. Я отправила в рот пару кусочков, и все. Больше в меня не влезало, как обычно не было аппетита. Барсик же наоборот умял все, ни оставив и крошки. Я исподтишка на него поглядывала, испытывая всю гамму отрицательных чувств. От опасения за свою жизнь до откровенного раздражения, вызванного его присутствием, а поверх всего этого накладывался голос здравого смысла.

Он же не виноват в том, что выбор полоумной Марики пал на него. Если бы кого-то другого звали Барсиком, то она притащила бы того другого. А так, обстоятельства сложились таким образом, что именно мы сидели сейчас на кухне и "совместно ужинали". Во всем виновата эта проклятая кличка.

Кстати о ней…

– Мне не нравится твое имя, – задумчиво произнесла, крутя в руках вилку, – кошачья кличка и это раздражает.

Опустил голову еще ниже, молчит.

– Есть какое-нибудь имя, которое бы тебе нравилось? – интересуюсь у него, особо на ответ и не рассчитывая. Он равнодушно пожал плечами, заставляя скрипеть от досады зубами. Но отступать я не собиралась:

– Давай сделаем так, я буду перечислять имена, а ты дай знать, когда что-то понравится, – предложила я, и уставилась не него в ожидании ответа. Бесполезно. Глубоко вдохнула, медленно выдохнула, призывая себя к спокойствию и начала монотонно перечислять, придерживаясь алфавита:

– Алексей, Андрей, Антон… Вадим, Виктор, Владислав, – и так далее, и тому подобное. Чем дольше я бубнила мужские имена, тем большей идиоткой себя чувствовала. Что я за глупость затеяла? Он так и промолчит, игнорируя все мои предложения. Захотелось бросить, махнуть на все рукой, и оставить его с дурацкой кошачьей кличкой, или взять и назвать каким-нибудь Евлампием, чтоб не повадно было меня нервировать! Но упрямство не позволило остановиться, и я продолжала обреченно бубнить: – Никита, Николай, Олег, Павел, Сергей, Тимур…

На последнем имени я ясно увидела, как дрогнули его плечи. О, ну хоть какая-то реакция! За нее я и ухватилась.

– Тимур, значит, понравился? Ладно, так тому и быть,– торопливо выдохнула, радуясь, что этот глупый аттракцион закончился,– будешь Тимуром. Предупреждаю сразу: менять и придумывать новые имена не собираюсь. Так что один раз и навсегда.

И тут он впервые на меня посмотрел, в глаза, от чего я непроизвольно поежилась. Мимолетный взгляд темных, почти черных глаз и не понятное выражение, застывшее в них, больше всего похожее на изумление, недоверие и… благодарность? После чего снова уткнулся в тарелку, а я все-таки набралась храбрости и заговорила на важную тему: