Чтение онлайн

Изначально, радикально настроенный Жаршары – вознамерившийся уничтожить сгнившие побеги притеснительной несправедливости при безнаказанном акте угнетения. Желал как можно скорее покончить с блудным лоном, смрадной консистенции. Однако, увидев множество ни в чём не повинных рабов, временно опешил. В конечном счёте, он решил действовать аккуратней – с наименьшим количеством жертв, со стороны отщепенцев. Воочию увидев и осознав, что местные разбойники успешно объединились с несколькими племенами варваров, пришедших сюда с севера. Молодой военачальник, кардинально изменил изначальный разработанный план. Ибо если бы Жаршары вышел (с имеющейся сворой) на бой лицом к лицу, то из-за численного превосходства врага, точно бы потерпел сокрушительное поражение. Поэтому, ему пришлось ещё пару раз (но уже самостоятельно), отправиться в логово врага – крайне рискуя разоблачить себя, неустанно выискивая их слабые места в обороне. Вскоре, его разведка дала, хорошие плоды: он заметил, что бандиты и всякая падаль, жившая тут, после очередной своей удачной вылазки, широко праздновала успешные грабежи, безбожно напиваясь (изъятым у торговцев вином). Да, словно дикие животные, сношаясь (где попало, друг с другом), а также на потеху народу, издеваясь над пленёнными странниками. Скабрезное существование, имеет ужасно-жалкий итог. Наблюдая за происходящим, в непосредственной близи (под боком опьянённых своей безнаказанностью бандитов), Жаршары воочию лицезрел, как человек падает на самое дно, добровольно избрав мимолётное грешное существование, на этой бренной земле.

Тут были захваченные женщины-рабыни и их дети, которые появились на свет от постоянных порочных связей. Такие выродки, с самого детства вдыхали зловонье, сей несправедливой жизни: с малых лет, имея на своих глазах толстую корку копоти и пыли, из-за разворачивающихся неизгладимых аморальных актов. Их с детства учили убивать – вшивая в их неокрепшее сознание, беспричинную жестокость ко всем, кто был не похож на них… Опять же при прививании неоправданного насилия, в оккультно-сформировавшейся черной мессе – бесконечного круговорота греха (без зазрения совести), вырабатывались низменные и порочные качества у следующего поколения. Введу чего, Жаршары обязан был действовать незамедлительно, дабы искоренить сие насилие в зачатке.

Тяжело воспринимая кадры безбожного ослушания, Жаршары сразу же вспомнил, как пару дней назад, целенаправленно пленил и казнил таких же юнцов. Теперь же (наконец-то), полноценным образом осмыслив их плачевную судьбу и внемля, безальтернативные предпосылки – заложников искажённой системы. В его сердце, словно меж шлейфа темпераментов, что-то обрываясь, рефлекторно ёкнуло: эхом вернувшись к нему обратно, будто некая фантомная боль, от не выветренных прошлых переживаний. Только теперь Жаршары осознал, как бы сложилась его судьба, если бы он проявил слабину хоть в одном своём поступке при формировании зыбкой личности. И коль беззаботно шагал бы над пропастью, где до него, пропало множество неподготовленных душ. Озлобленный на врага и в связи с чем, самомотивирующе обретя стимул на победу, Жаршары вдохновился на отличную идею. Вернувшись к своим людям, он начал тщательно и досконально разъяснять верным солдатам, ментально разработанный план сокрушительного штурма – хлестко начав мотивирующую речь, с воодушевляющих нот:

– Мои славные войны! Братья… Мы долгие месяцы неустанно сражались, дабы наши семьи могли мирно жить и почивать, не опасаясь внезапного нападения. Десятки лет мы терпели набеги на наши караваны и земли. Происки наших внешних и внутренних врагов, пагубно воздействовали на всеобщее благополучие. Часто – не долечив даже раны, мы опять рвались в бой… Но знайте, скоро мы поставим жирную точку во всей компании! Как только враги снова вернутся: триумфально войдя со всем награбленным в лагерь (сегодня вечером)… Больше уже никто из них, не уйдёт отсюда живым! На данный час – в нашем стане, около пяти ста человек. К сожалению, совокупных сил противника, в четыре раза больше. Но вам не стоит страшиться численного превосходства врага. Ведь в нынешний момент, мы владеем преимуществом: за нами внезапность и сокрушительность удара. А самое главное, с нами Всевышний Аллах! Итак, слушайте же внимательно…

Сейчас, по моему плану, мы разделимся на две группы! Благодаря комплексной разведке, я разузнал, что этой ночью, вооружённой будет всего лишь стража по всему периметру бунтарского селения. Как только варвары и разбойники, завершат свой очередной пир. Я и несколько воинов незаметно нападём (для начала, сзади), на беспечную стражу и малочисленный патруль. Затем, уберём солдат охраняющих всё их военное снаряжение. После занятия позиций, наш отряд – в количестве ста человек, вооружившись луком и стрелами, встанет плотной стеною прямо перед лицом противника, тем самым закрыв путь к их основному арсеналу при предполагаемом хаотично-паническом отходе врага. Все оставшиеся – не задействованные воины, временно затаятся перед лагерем. Где сразу же по сигналу выпущенной нами горящей стрелы, пойдут в ожесточённую и беспощадную лобовую атаку, создавая вокруг себя беспорядочный шум. Их основной задачей, будет оттеснение обескураженной толпы, заставив всю шайку полусонных разбойников, отступить на якобы удобные для них позиции. Как только эта орда, рассеянно хлынет в нашу сторону, мы – как неожиданная засада, встретим их залпом из разящих стрел, нанося гнусным вредителям, огромные потери. Далее, цель передовой группы, как можно скорее прорубить путь к нам, добивая всех безоружных врагов. Таким образом, мы раздавим этих крыс с двух сторон, окончательно освободив наши неспокойные просторы!

Услышав продуманный до мелочей план, взвинченные солдаты Жаршары, начали дружно поддерживать своего военачальника, довольно стуча дугообразными саблями о щит. Но он тут же, охладил их пыл, добавив:

О мои верные храбрецы, поистине вы – любимые сыновья нашей Родины. Я бы, не мешкая ни секунды, отдал бы жизнь за любого из вас. Однако не стоит кичиться, летя к ветхому успеху: опережая неизбежный фатум и празднуя, ещё несостоявшуюся победу!.. Нам всё же предстоит нелёгкая битва. Некоторые из нас, к сожалению, не встретят рассвета нового дня. Но, даже будучи в самом пекле противостояния – у порога предначертанной смерти, помните, вы все сражаетесь за безопасность наших домов, а также за благо всего населения Фариза! Сражайтесь, как львы и покажите этим безбожникам, кто полноправный хозяин этой области и воистину, наместник вверенной Отчизны! Помогите мне осуществить мечту нашего народа, о безоблачном и спокойном существовании. Тогда я обещаю вам, что история, увековечит ваши имена! Слагаемые былины и будоражащие воображения, невероятные легенды о героических подвигах, несомненно, отразятся перманентным блеском, отдавая дань уважения при всеобщей-почитаемой вечной славе, которая не потускнеет и не затеряется банальной вспышкой в предопределённой вечности! А тешащие самолюбие, громогласно-произносимые эпитеты: красноречиво описывающие эпизоды неукротимой доблести, спустя десятилетия, продолжат сиять золотыми буквами в памяти людей, и на страницах витиеватой исторической летописи. Поскольку великолепные сюжеты вашей жертвенности и самоотдачи, продолжат цепочкою передаваться через уста великих поэтов и писцов, нашим – ещё не рождённым потомкам! Присягните мне ещё раз… И я даю вам слово, что это последняя предстоящая битва, перед долгожданным возвращением домой!..

«После того, как изрядно налакавшиеся враги – ничего не подозревая, легли спать. Тактический план, тут же начали претворять в действие. Молниеносный штурм, отличавшийся своей внезапностью, был исполнен превосходно. Спустя некоторое время (локально-консервированный), бой успешно завершился. Окровавленные трупы варваров и бандитов, лежали повсюду, навсегда изувеченные жерновом каверзного бытия при апогее собственной – искажённо-вменённой концепции отложенного воздаяния. Многие нашли свой печальный конец от холодных клинков воинов Жаршары, распластавшись с застывшей гримасой ужаса на искорёженно-багровых лицах, введу нахлынувшего животного страха: в связи с неминуемо-карающей и выдёргивающей из прибиваемого века, безотлагательно-зверской погибели! Были перебиты все враги, которые пытались оказать хоть какое-либо сопротивление в этой, постепенно затихающей суматохе, сцедив бесценную душу».

Когда Жаршары (по окончанию военного манёвра), стал медленно прохаживаться по территории уже захваченного лагеря, ему на глаза попался один мальчик, которому навскидку было примерно четыре года. Он бесстрашно отгонял воинов Жаршары, держа в руке местечковый кинжал, безутешно возвышаясь над телом убитой женщины (видимо его покойной матери). Не проронив ни слезинки, тот был готов защищаться до самой смерти: огрызаясь и отмахиваясь от взрослых мужиков, выражая своё презрение к интервентам, из-за травмирующей и трагично-деморализующей участи. Пристально вглядываясь в этого ребёнка, Жаршары спокойно подошёл к нему, отнюдь не решаясь – по живодёрски, оборвать совсем ещё юную и безвинную жизнь. Он опустился на одно колено и хладнокровно попросил его отдать опасный предмет. Тот, мотая головой, напротив начал сжимать рукоятку всё крепче – обеими руками. Тогда Жаршары, добродушно отвлекая внимание, внезапно вырвал из его рук холодное оружие, а потом крепко приобнял… Экспрессивный мальчик, очень сумбурно и надрывисто голося (на непонятном языке): будучи обуреваемый безудержными порывами истерики, стал елозить, брыкаться и колотить мускулистого Жаршары, желая вырываться из его крепких объятий. Однако вскоре затих, утонув в успокоительно-тёплых чувственных флюидах, сурового незнакомца. В этот трогательный момент, он на мгновение вспомнил о своей любимой матери. А из глаз волевого командира, невольно выдавились, лепестки набухших слёз – оставив на его щеках, следы иссыхающих бороздок. Тяжело вздохнув, Жаршары встал с колена и вытер глаза. Затем, приказал связать оставшихся врагов, да собрать всё награбленное ими, в одну кучу…

Очень радостно ликовали освобождённые рабы, выражая безмерно-искреннюю благодарность, своим долгожданным спасителям. От чего данный разношёрстный контингент, также вознамерился сплочённо исполнять приказы Жаршары, тем самым проявляя смиренную лояльность и свою искреннюю покорность: не дожидаясь просьбы, или прямого наказа, просто по-человечески, возжелав отплатить освободителю, эдакой несоразмерно-малой, но поистине единственно-имеющейся, жертвенно-благоразумной и этически-солидарной ценой, демонстрирую непоказной жест доброй воли!

На следующий день, Жаршары приказал своим воинам и освобождённым пленникам, собираться в обратный путь… Они нагрузили все трофеи на угнанных самими же бандитами верблюдов, и вышли в дорогу (словно движущийся торговый караван). Усадив прямо перед собою на коня, того самого мальчишку, Жаршары наконец-то возвращался домой с долгожданной победой! Правоверный народ, наслышанный о славных подвигах отряда Жаршары, уже с нетерпением ждал своих героев, возвращавшихся в Фариз, после их почти двухлетней отлучки. По прибытию, Жаршары в первую очередь закрыл пленных в темницы, а собранные богатства, отдал в городскую казну. Затем, распустив всех своих верных воинов к их заждавшимся семьям, отправился во дворец к хану Муглуку, чтобы подать полный отчёт по каждому совершённому им действию. Жаршары решительно шёл по дворцовому коридору, прямиком на аудиенцию к хану: взяв за руку мальчика, которого ни решился убить, ни заключить в темницу, вместе с остальными варварами и разбойниками, терроризировавшими округу.

Там его уже ждал хан и вся его свита. Когда Жаршары стал рассказывать обо всём произошедшем, хан Муглук перебив его, серьёзно спросил:

– Жаршары, кто этот мальчик рядом с тобой?

На что он ответил:

– Этот мальчик является жертвой неправильного воспитания и результатом дурного подражания: он один из отпрысков тех, с кем мы вели свои ожесточённые сражения!..

Тут один из старейшин выкрикнул:

– Зачем ты его привёл сюда?! Почему сразу же не убил его на месте? Расправься с ним немедленно!