Чтение онлайн

Насупленные физиономии немного смягчились.

— Ну валяй, — одарил меня правый своим высочайшим дозволением.

— Вот и прекрасно! Эй, дружище! — повернулся я в сторону радушного хозяина рыгаловки, только что плюнувшего на кружку и теперь трущего её своим засаленным рукавом. — Да-да, милейший! Извольте подать нам бутылочку вашего лучшего...

— Шнапса! — помог один из моих новых товарищей.

— Точно! И закусить чего-нибудь! Ох, — повернулся я обратно, убедившись, что заказ принят, — новые места, новые люди, новые напитки. Разве не чудесно?

— А сам-то откуда будешь? — поинтересовался правый.

— Да отовсюду помаленьку. Колесим с племяшкой, торгуем всяким.

— Бродяга, значит?

— Кочевая жизнь тяжела, но крайне интересна. Вот, скажем, мог бы я познакомиться с такими замечательными людьми, сидя дома? Нет, конечно. И за это непременно стоит выпить! О, вы как нельзя вовремя, любезный!

— Крона и сорок геллеров, — выставил блюдоносец на стол бутыль с мутной жидкостью и три тарелки с каким-то хрючевом.

— Само-собой, — полез я за кошелём и... — М-м. Кажется, у нас небольшая заминка.

Безэмоциональная физиономия гражданина, принёсшего гастрономические изыски, без промедлений приобрела крайне недружелюбное выражение, как и физиономии двух моих лучших друзей.

— Ты чего, — кое-как поднялся со стула правый, заведя руку за спину, — дураков нашёл?

— Вот же сука, — последовал его примеру тот, что напротив.

— Господа, — посчитал я необходимым также поднять жопу, раз уж все вокруг стоят, — это всего лишь крошечное недоразумение. Я быстро его улажу.

— Тогда плати, — резонно парировал тот господин, что справа.

— Ну, может быть, не настолько быстро.

— Знаешь, что делают тут с такими умниками? — достал нож тот, что напротив.

— Им отрезают верхнюю губу, — любезно удовлетворил моё разыгравшееся любопытство усач. — И не будь я Дирк Рыжий, если сейчас этого не сделаю.

Чуя нарастающую атмосферу праздника, народ за соседними столами поспешил дистанцироваться от эпицентра веселья, дабы не превратиться из радостных зрителей в непосредственных участников представления.

— Должен заметить, господа, — поднял я вверх указательный палец левой руки, в то время как правой эффектно откинул полу плаща, — сегодня вечером я не планировал никого убивать. Просто, чтобы вы понимали всю абсурдность своих последних мгновений жизни. Одумайтесь.

Но мои взывания к здравому рассудку так и повисли в воздухе, не найдя адресата.

Дружище напротив, чьего имени я так и не успел узнать, дико заорал и перевернул стол. Очевидно, планировалось нанести мне страшный урон этим предметом меблировки, однако тот оказался слишком тяжёл и вместо смертоносного полёта в цель лишь отдавил ногу мирно спящему под ним забулдыге. Находящийся чуть ближе ко мне Дирк Рыжий, топорща усищи, махнул пару раз ножом, но, заметив, блеснувший стилет, благоразумно сделал шаг назад. А вот его менее внимательный товарищ ничего не заметил и ринулся через перевёрнутый стол в кавалерийскую атаку с тесаком наголо. Два быстрых укола стилетом парализовали его руку и снизили нагрузку на переполненный мочевой пузырь. Кавалерист не удержался в седле и скорчился, заливая пол желтовато-розовым.

Но щедрого на обещания публичной расправы Дирка это обстоятельство не вразумило. Он отвесил себе звонкую бодрящую оплеуху, и, устрашающе рыча, двинулся на меня:

— Ну, ублюдок, ты сам напросился.

— К вашим услугам, — отвесил я галантный поклон, как в книжке про мушкетёров, что было встречено одобрительными выкриками толпы, изголодавшейся, видимо, по утончённым манерам.

— Кишки выпущу.

— Так вперёд. Вот он я.

Дирк остановился в паре метров, отпихнул ногой опрокинутый стул и шумно высморкался, не отводя взгляда.

— Ага.

— Не многовато ли приготовлений? Ты меня зарезать хочешь или замуж позвать?

Незамысловатая шутка снова вызвала гогот, свист и улюлюкание. А здесь легко заработать популярность.

Дирк, наконец, собрался духом и предпринял осторожную попытку сближения. Тесак в его руке ходил из стороны в сторону, но отнюдь не из-за нервного тремора или перепития. Нет, этот парень знал, что делает, ему явно было не впервой сходиться нож на нож. Дуэль обещала быть занимательной.

— Давай уже!!! — подгоняла его толпа. — Что ты как девка?! Покажи ему!

Я стоял неподвижно, с картинно откинутой полой плаща и наполовину погружённым в ножны клинком стилета, памятуя о висящем на левом боку мече, если всё пойдёт совсем уж не по плану.

Испытывая нешуточное давление со стороны общественности, Дирк резко сократил дистанцию, сделал обманный выпад в сторону шеи и тут же попытался провести удар в живот, но получил лёгкий укол в предплечье и отступил. Правда, ненадолго. Следующая атака была агрессивнее. Что ни говори, а социум — страшно мотивирующая сила. Усач показал, что собирается атаковать мою правую руку, после чего резко присел и предпринял попытку меня оскопить. Шагом в сторону я избежал навязчивого сервиса и не преминул предложить собственные услуги по скоростному абортированию глазного яблока при помощи навершия стилета. Клиент не смог отказаться и, удовлетворённо вереща, пошёл прокладывать себе путь к выходу сквозь мебель и жаждущих продолжения зрителей.

— Не так быстро, — взял я торопыгу под локоток и слегка изменил конфигурацию его руки.

Тесак со звоном упал на каменный пол. Однако Дирк — не будь дурак — вытянул здоровой верхней конечностью засопожник и почти успел им махнуть, но клинок стилета весьма некстати пригвоздил плечо ловкача к столу.

— Сука!!!

— Верхнюю губу, говоришь? — подобрал я тесак и ухватил знатока местных обычаев за усищи.

— Хорош! — донеслось вдруг откуда-то из тёмного угла, и все зеваки, как по команде потеряв интерес к происходящему, расползлись по своим столам.

— Прошу прощения? — обратился я к нахалу.

— Отпусти его. Ты всё уже доказал. И нам с тобой есть, о чём потолковать.

— С кем имею удовольствие?

— Отпусти, — повторил наглец и щелчком пальцев подозвал трактирщика. — Организуй на двоих.

Тот кивнул и немедля сдристнул выполнять приказ.

Что ж, может и стоит с ним перетереть.

— А ты везучий, — улыбнулся я своему одноглазому другу и взмахом тесака укоротил его роскошные усищи.

Человек в тёмном углу молча указал на второй стул, и я сел. На вид таинственному господину было лет под пятьдесят, он мог похвастать впечатляющим ростом и весьма крепким телосложением. Длинное лицо с выдающимся похожим на орлиный клюв носом было не лишено следов интеллекта, а тонкие усики над мясистыми иссечёнными шрамами губами намекали на попытку вырваться из среды деклассированных маргиналов с их неэстетичными бородищами.

Не успел я толком пристроить жопу на стуле, как рядом чудесным образом беззвучно материализовался блюдоносец, ловко расставил своё добро по столу и так же беззвучно исчез.