Чтение онлайн

– Чего пугаешь, лешак?

– Не бойся, не обижу, - успокоил незнакомец.
– Чего у тебя в торбе? Нет ли хлебца? А может и сало завалялось? С утра маковой росинки во рту не было.

Мужик хитро прищурился. У сына кузнеца отлегло от сердца:

– Хлеб я съел. Только корка осталась.

– Давай сюда корку, - сурово потребовал Фешку мужик, но потом смягчился и продолжил уже миролюбиво.
– А ведь я тебя сразу признал. Ты приходил на заимку с Северьяном. Только имечко запамятовал...

– Феоктистом кличут, Фешей.

Они долго шли сквозь чащу чуть приметной тропой. Наконец, уперлись в высокий частокол, и Спиридон, так звали провожатого, постучал в дубовую калитку. Отворил ее хромой сторож, придержал собаку.

Путники вступили на широкий двор, посреди которого стояла добротная пятистенка. За ней - конюшня, хлев, банька. Возле избы две оседланные лошади подбирали губами с земли накошеную траву. На верхней ступеньке крыльца, сидя, спал паренек в красной выгоревшей на солнце рубахе. Возле него лежали уздечка, шило, иголка, моток дратвы. Видимо, перед тем, как уснуть, шорничал. В ногах парня свернулся в клубок лохматый песик.

Как только Спиридон и Фешка вступили на крыльцо, щенок затявкал, и спящий пробудился. Сделав вид, что бодрствовал, с притворной строгостью спросил:

– Откуда шлепаешь, Спиря? Что за хлопец с тобой?

– У брода его встречал. Кузнеца Северьяна из Тобольска сынок. К атаману, можно?

– Валяйте. Там сейчас обедают. А я уже...
– и парень погладил округлившийся живот.

– Оно и видно. Караульный, а дрыхнешь - съязвил Спиридон и через сени прошел с Фешкой в горницу. Там за столом, накрытым белой холстиной, сидели пять человек. В красном углу мальчик увидел самого Галкина, плечистого мужика с властными чертами лица. На его правой щеке пролег глубокий шрам. Фешка сразу узнал атамана, хотя раньше видел его только раз.

Между тем, молодица в нарядном сарафане внесла в горницу сковороду с рыбой. Соблазняюще запахло жареным.

– Удружила, Маланья Егоровна, от и хариусов дождались!
– оживились за столом.
– Золото - баба!

– С такой хозяйкой не жизнь, а малина!
– молвил Галкин.

Он окинул застолье взглядом, и стало тихо. Воспользовавшись паузой, Спиридон напомнил о своем присутствии:

– Тарас Федорович! Вот мальца привел, как велели...

– Вижу, - отозвался атаман.
– Подойдите ближе. Знаю тебя, хлопче. Отца твоего, давно знаю. Какие вести принес?

Фешка взял со стола ножик и, сняв шапку, вспорол подкладку, извлек из-под нее скрученную бумажку, протянул Галкину. Тот прочел записку и помрачнел:

– Орлика нашего на базаре сцапали...

В горнице затихло, постукивали на стене ходики. Старший из мужиков, сивый и морщинистый, вздохнул:

– Все под Богом ходим. Предал кто-то Орлика...

– Умен ты, Петрович, - едко заметил Галкин.
– Все тебе ведомо. Может, и имечко предателя назовешь?

– Придет час, и назову, - ответил старик - А пока ни на кого грешить не буду. Дознаюсь - не пощажу!

– Валяй. Чем быстрее, тем лучше, - разрешил Тарас Федорович.
– Спиря и хлопец, садитесь к столу. Ешь, малый, и сказывай, чего тебе еще ведомо.

– Жизнь в городе обычная, - робко, но постепенно смелея, заговорил Фешка.
– Прислали из Омска драгун. Одних в казарме кантонистов поселили, других по избам на постой развели. Арестантов из острога выводят под двойной охраной. Ночью по улицам гарнизонный караул ходит, на въезде в город рогатки устанавливают. Как солнышко сядет, люди ворота запирают, ставни тоже. Пристав Сякин кобеля купил цепного ростом с теленка. На Петропавловской, сказывают, купец умер с перепугу. Ему померещилось: тать ночью в окно лезет, а это черный котище был...

– Складно баешь, хлопец, - усмехнулся атаман.
– Любо слушать...

– Я не вру!
– обиделся Фешка.
– Весь Тобольск о купце знает.

– Царствие ему небесное... Наверное, блинами объелся. Во сне сердечко и прихватило. Ешь, да ступай - отдохни. Егоровна тебе место укажет. Хозяйка отвела Фешку на другую половину избы и постелила ему на широкой лавке. Укрывшись зипуном, мальчик уснул.

На следующее утро Спиридон проводил Фешку до Чукманки. На большаке он остановил подводу, ехавшую в сторону Тобольска. Договорившись с возницей, лесовик подался в обратный путь.

...Фешка возвращался в Тобольск, а на займище текла своя жизнь. Известие о несчастье с Орликом опечалило всю ватагу. Галкин послал в город человека, приказав ему встретиться с Кожевниковым. А на заимке к вечеру появился невысокий мужик цыганистого обличья. Войдя в атаманову избу, он бойко всех поприветствовал:

– Тарас Федоровичу и честной компании! Растолстели, разбойные, от безделья!

– Шуткуешь, Анисим?
– с укоризной откликнулся Галкин.
– А нам лихо: в Тобольске Орлика заловили. Рады хоть тебя видеть целехоньким. А то донесли, будто сдан ты в Аремзянском приставу, и сидишь, ты, растяпа, в холодной...

– Залетел дуриком, - вздохнул Анисим.
– Еле выкрутился. Управляющая тамошняя отпустила меня с миром.

– Свет не без добрых людей, но и злых хватает, - сказал Галкин. Кто-то сдал Орлика. Жаль его, и за остальных тревожно...

– Орлик - крепкий орешек, вступил в разговор Анисим.
– Им его не расколоть. Однако надо уходить с заимки...

– Я и сам так мыслю, - согласился атаман.
– Сменим стоянку. До сих пор не снялся потому, что ждал вести из других уездов. Да видно, зря. Время поджимает...

Тарас Федорович вышел из горницы на крыльцо. Через двор - к сеннику. Влез наверх по скрипучей лесенке и лег, вдыхая запах сохнущей травы, задумался. Ему вспомнился родной поселок Игрим на берегу Сосьвы. Там он лет до двадцати жил в родной семье. Промышлял охотой вместе с батей. А потом по навету местного старосты Федор Галкин был арестован и посажен в Березове в холодную. Отца судили за оскорбление властей и заключили в тобольский острог. Через год Галкин-старший там и умер...

Тарас застрелил старосту и подался в тайгу. Его ловили, сажали в тюрьму, сдавали в солдаты. Из полка бежал. Однажды он участвовал в побеге с Ялуторовского винокуренного завода, где работали каторжные. Тарас чистил там квашни от остатков бурды. Рядом с ним работал подольский гайдамак Кармалюк. Вместе с Устимом они замыслили побег и подговорили двух других арестантов. Подпилили в камере на окне решетку, сплели из рубах веревку. Ночью спустились по ней во двор, перелезли через стену и подались на волю...

Мудрый был этот Кармалюк. Надолго запомнил Галкин советы гайдамака, томившегося во многих острогах, в том числе и тобольском... На свободе Тарас собрал лихих людей и нападал с ними на приставов, бар и заводских управителей. Потом затаился на дальней таежной заимке...

Три года назад в западно-сибирском крае заполыхало восстание. В степях поднялись казахи. Мятежники попытались захватить Акмолинск. В низовьях Оби храбрый Ваули Пиеттомин возглавил вагулов, отказавшихся платить чрезмерный ясак, и подступил к самому Обдорску...