Жаждущая против бесчувственного. Как стать счастливой!
Шрифт:
Вскоре я даже услышала… колокола…В заброшенной церкви…
— Гар, — я шумно сглотнула. — Тебе не кажется странным то, что в церкви кто-то есть?
Даже если и казалось, отвечать он не собирался, однако, между его бровей залегла складка, и он поджал губы.
— Нас там ждут, да? — упавшим голосом прохрипела я,
— Я не знаю, Кия, но если и так, то пути назад уже нет, — спокойно ответил меня Гар, которого таким я никогда не видела, оттого и боялась до чертиков.
— Мы разве не можем повернуть назад?
— Нет, Кия. За нами идут. И если мы не выберемся из этого туннеля, то в скором времени нас тут и похоронят.
Пламя факелов, как мне виделось, смеялось над нами, потешалось. Тени вокруг кружили в лихорадочном, загадочном танце, который морозил душу. Я боялась обернуться и, заглянув в темноту, встретиться с бездонными глазами и кровожадной ухмылкой.
А колокола впереди продолжали звучать. Если это был наш "похоронный марш", то он звучал прекрасно!…
Рассказ Кии и "живой" Дар
— Ну, наконец-то! — я пока их дожидалась, чуть не поседела! Все-таки одна на опушке леса. Тут уже не моров, а волков бояться надо!
— Опять эта человечка, — все так же холодно, как и в прошлый раз отозвался Дариан. Похоже, его совсем не удивила наша встреча.
— Ты там у Косака до осени куковать собирался что ли? Я тут уже оголодать успела! И вообще я опять не пойми в чем и босая! Исправляйся давай, а то брошу тебя, горемыку, а ты без меня, как без рук, милый, — с какой-то нежностью произнесла я, с наслаждением любуясь знакомыми чертами и полюбившимися изумрудными глазами.
Он сменил свою старую одежду на дорогой дорожный костюм, его волосы были аккуратно уложены, а ботинки были хорошо начищены.
— Какое мне до тебя дело? — дошел до меня Дар и осмотрел с ног до головы, не задерживаясь ни на одном участке тела.
А я млела, млела просто оттого, что стоит мне протянуть руку, и я коснусь его груди, широких плеч, лица, волос. Поэтому стояла перед ним, чуть ли не на цыпочках и глупо улыбалась.
Мне даже показалось, что пепельные как-то хитро переглянулись между собой, а Итан по своему обыкновению закатил глаза.
Да, мальчики, это любовь.
Глаза Дара привычно вспыхнули, и он резко опустил взгляд на мою руку, на которой красноречиво красовался браслет Зиро.
— Откуда он у тебя? — немного резче задал вопрос он.
— Я сейчас расскажу тебе, — почти промурлыкала я, подавшись вперед. — Но сначала тебе придётся кое-что выпить…
И если Дариан совсем этого не хотел, то он все равно согласился на мое условие, и даже присел на пенек и с равнодушным видом принялся слушать мой интереснейший рассказ…
***
Церковь выглядела потрепанно, но, несмотря на это, сохраняла былое величие и красоту. Над нашими головами сомкнулся купол со стертой, почти потерявшей цвет фреской, но я все же ясно видела нежные руки Творца, тянущиеся к нам, и этого было достаточно, чтобы испытать трепет. Маленькие узкие оконца едва-едва пропускали свет, вот только каким он был! Стекла были витражными! А потому, мы стояли на прекрасных разноцветных плитах, отчего это место казалось таинственным и волшебным.
Алтарь в центре был расколот надвое, и толку от него уже не было, поэтому я незаметно для Гара протяжно и облегченно выдохнула. Все-таки, информация о страшном обряде в этом месте напрягала, но с таким алтарем провести обряд с нашим участием было невозможно. Это радовало.
— Кия, мне нужно проверить моих девочек, — взволнованно и нетерпеливо проговорил Гар, бросая взгляд на дальнее крыло церкви, в котором когда-то хоронили священнослужителей. Видимо, гробы он перенес туда.
Без лишних слов, я двинулась за ним, пересекая огромное пространство, в полной тишине. Но ведь колокола звучали…а значит, мы здесь не одни, и пока нас не обнаружили, нам нужно было поскорее убираться отсюда!
Дубовая дверь, быстрый спуск по ступеням, и вот мы в склепе. Кроме наших гробов, здесь находилось еще семь, и как же я рада, что Гар точно знал, какие из них его, потому что заглядывать в каждый и проверять на наличие красавиц не хотелось!
— Все на месте! — неосознанно схватился мужчина за грудь и слабо улыбнулся. Как же он, оказывается, переживал, но виду не подавал, не хотел меня пугать или нервировать еще больше. А потом он вдруг посмотрел на меня своими усталыми, печальными глазами и, стремительно приблизившись, крепко сжал мои руки:
— Кия, я не могу бросить их здесь, — он, не переставая, гладил мои ладони, то и дело, опуская взгляд на наши сцепленные руки. — Но за нами идут, и поэтому…
Договорить я ему не дала.
— Не смей! Не смей даже думать об этом, я тебя не оставлю! — вцепилась я в его рубашку на груди, зло заглядывая в глаза. Как я могла бросить его одного?!
— Кия, ты нужна Дару! Твое время уходит, — с нажимом напомнил он и метнулся к одному из гробов, чтобы, вернувшись, протянуть мне небольшую склянку с бурой жидкостью. — В прошлый раз я сделал чуть больше, чем надо, как чувствовал! Этого должно хватить на еще одно «преображение». Но больше такого шанса у тебя не будет, — обреченно произнес Гар и шумно вздохнул. — Не оплошай, не дай ему забыть любой ценой!
На этом меня нагло прервали наглые руки, которые притянули к себе на колени и сжали плотным кольцом. Мой окаменелый снова смотрел на меня своим манящим взглядом и дарил лукавую, живую улыбку.
— Ты пошла за мной, — самодовольно просиял этот несносный окаменелый.
— Я же обещала, — проводя руками по его плечам, шептала я. И плевать, что нас все равно слышат другие окаменелые. Пусть привыкают, потому что от Дариана я теперь не отстану!
— Слушай дальше!
Он прощался. Говорил, как в последний раз, бережно приобнимая меня за плечи. Но мы только-только шли с ним по лабиринту, вместе боялись, вместе верили в чудо. Последняя моя связь с важным для меня человеком трещала по швам. Нет, так быть не должно!
— Гар, я… — ком застрял у меня в горле, и я закачала головой, прогоняя трагичные мысли. — Мы обязательно выберемся отсюда. Вместе!
Бом. Бом. Бом.
На этот раз моя душа не ушла в пятки, не дрогнула, не сжалась от страха. Во мне проснулась злость!
«Творец! Это уже начинало раздражать! Сколько можно трястись и прятаться? Пора показать, чего мы стоим!»
— Как нам подняться на колокольню? — смотря в пустоту, задала вопрос я.
Бом. Бом. Бом.
Как же хочется по голове постучать тому, кто так трезвонит! Хочет, чтобы мы поднялись к нему? Мы это устроим!