Чтение онлайн

А ведь он поставил меня здесь именно для защиты, собственным телом отгораживая от возможной опасности.

– Если что-то случится, то мне так будет спокойнее, - рыкнул он над моей головой, а я решилась обернуться, чтобы посмотреть тигру в глаза.

Все-таки колкости и шутки жили отдельно от меня и занимали в голове какую-то свою личную полочку, с которой они то и дело спрыгивали и выскакивали изо рта без моего ведома.

– Ты знаешь...
– протянула я, а мужчина чуть склонил голову к плечу, отчего тонкая рыжая прядь выбилась из пучка и упала на веснушчатую щеку. Будто завороженная я наблюдала, как ветер дергал ее и подбрасывал вверх, и дико ему завидовала.
– . ..мои травы не действуют так долго.

Виго нахмурился и отвел взгляд.

Его руки крепко сжали штурвал, и я видела, как под кожей перекатываются тугие мускулы.

– Не думай, что мне это все нравится.

– А разве не наоборот?

– Обычная реакция тела, ничего особенного!
– проворчал тигр, а я только усмехнулась, но попыталась не дразнить его больше. В конце концов, я же решила, что мы со всем этим справимся, что-нибудь обязательно придумаем.

Переключив все внимание на то, что ждало нас впереди, я сосредоточилась на каменной преграде. Мне казалось, что Виго выбрал проход наугад.

Корабль нырнул в один из коридоров, достаточно широкий, чтобы при желании спокойно развернуться и броситься бежать.

От тигра исходило почти осязаемое напряжение, и я забылась на мгновение, запрокинула голову, уперевшись затылком в грудь мужчины, чтобы рассмотреть то, что происходило наверху. Аккуратно сложенные паруса отливали золотом и поблескивали серебристыми прожилками, а над ними змеилась полоса синего неба, зажатого с двух сторон каменными стенами.

Тихий шелест песка под кораблем почти пропал, будто мир вокруг поглотил все звуки, забил его влажным, свалявшимся пухом, отсекая абсолютно все, кроме едва различимого дыхания тигра за моей спиной. Парусник плавно скользил над землей, поскрипывали доски под ногами, и мне казалось, что нет здесь никого, что все истории о прядильщиках и их кошмарах - вымысел, чтобы оградить людей от большого мира.

– И как оно там, за стеной?
– спросила я и не узнала собственного голоса.

– Так же жарко, - Виго хмыкнул, а его хватка на штурвале чуть ослабла. Корабль послушно откликался на каждое движение, а коридор - до этого прямой, как палка, - медленно уходил в сторону. Лента неба над головой становилась все уже, пока не превратилась в тонкую нитку, а внизу стало совсем темно.
– Что-то не было такого, когда я сюда летел.

– Я же говорила, - с губ сорвался нервный смешок, ударился о стены сузившегося коридора и раскололся эхом.
– Выйти сложнее, чем войти.

Виго хлопнул рукой по штурвалу и что-то крикнул, резко и хлестко, больно резанув по ушам. Я не узнала язык: не всеобщий, не какое-то наречие. Больше походило на смесь рыка и птичьей трели.

От парусов отделилось несколько огоньков-светляков. Они горели достаточно ярко, чтобы выхватить из темноты часть коридора и палубы.

Над головой что-то зашуршало и заскрипело, а тьма там, где светляки не могли разогнать ее, казалась живой и дышащей, тянущей во все стороны скользкие щупальца. Я содрогнулась всем телом, когда мрак за бортом всколыхнулся, отклонилась назад и обхватила тигра за пояс и прижалась к мужчине всем телом, позабыв напрочь о том, что он

– не мой спаситель и не друг мне. Уткнувшись носом в его рубаху, я крепко зажмурилась и все ждала, когда Виго ухватит меня за загривок и оттолкнет прочь.

От него пахло раскаленным песком и сушеной гвоздикой, а ткань была такой мягкой и теплой на ощупь, что я не удержалась и потерлась об нее щекой.

Я изумленно запрокинула голову, почувствовав, как крепкая рука мягко обнимает мои плечи. Мужчина не собирался меня отталкивать, а, наоборот, прижал сильнее, но не смотрел, испугавшись, наверное, такого простого и понятного жеста. Самого простого и понятного на свете.

Или решил, что тут нечего объяснять и любые слова будут лишними.

– Темноты боишься?
– вопрос был спокойным и тихим, лишенным понятных мне эмоций.

– Обычной - не боюсь. А здесь все не так!

– Я уже думал, что ты самая храбрая из известных мне женщин.

– Ха-ха. Смешная шутка.

Над головой раздался треск и странное дробное постукивание. Будто кто -то перебирал по стенам острыми лапами...

– Что это?

Тигр не ответил.

Корабль качнулся вперед и заскользил куда-то вниз, в мрак такой густой, что светляки почти с ним не справлялись. В нос ударил тяжелый кислый дух, а из-под парусника вырвалось странное красноватое свечение.

Вокруг защелкало, забулькало и зашуршало, песок поднялся вверх, вскипел, превратившись в бушующее кроваво-красное море, пронизанное черно-золотыми прожилками.

Корабль дернуло вперед, потянуло, завертело, как щепку. Я вцепилась в рубашку Виго и только успела подумать о том, что неплохо бы попросить у него оружие; а уже через секунду в палубу ударило что-то черное и визжащее, разбрызгивая в стороны вязкую темень и острые обломки.

Хоть Заноза и называла этих тварей “прядильщиками”, на пауков они были похожи меньше всего. Скользкие, покрытые короткой жесткой щетиной и хитиновыми пластинами брони гады напоминали четырехконечные звезды. Распластавшись на палубе, существо медленно приподнялось и, откинув в сторону защитную пластину на макушке, выпустило в воздух пук длинных тонких щупалец и облачко едкого зеленовато-серого дыма.

– Виго.

Голос Занозы зазвенел колокольчиками, а следующие слова ударили меня по затылку не хуже молотка:

– Дай мне меч.

Тварь заверещала так пронзительно, что заложило уши, и рядом с кораблем раздался шелест, будто нечто упало в песок и поползло к борту.

– Гадство!
– прошипел я и, отстегнув один из клинков, протянул его девушке. Я не мог поручиться, что успею вовремя, если что-то на нее бросится. Тут придется положиться и на ее умение.

Толкнув рычаг у руля, я позволил кораблю лететь самостоятельно, а в этот момент на палубу забралась еще одна тварь. От резкого рывка вправо, прядильщики пошатнулись, но их острые когти впились в доски палубы.

Два тягучих шага - и клинок ударил точно в одну из лап, высекая искры, и отскочил в сторону, как от каменной стены. Сталь вспыхнула зеленью, но не оставила на прядильщике даже царапины.

Их броню придется сбивать или искать место помягче, куда можно загнать клинок поглубже.

Перед носом просвистела одна из мерзких конечностей, рассекая воздух на полоски; палуба подо мной покачнулась на новом повороте, а борт царапнул по стене - дерево затрещало и заскрипело, жалобно завизжало под натиском сомкнувшегося над нашими головами камня.