Чтение онлайн

– Мне больше некуда идти.

– Тебе?

– Нам. – Зак уложил Гое на кровать.

– Она умирает, – безучастно отметила бабка.

– Я знаю. – Зак опустил голову. – Это была случайность.

– Нет, – сказала бабка. – Думаю, она хотела умереть.

– Глупость!

– Она устала. – Старуха раскурила едкую самокрутку. – Устала жить в твоем мире.

– Это неправда.

– Правда. – Клубы дыма окутали его. – Правда, и ты это знаешь.

– Сейчас она просто моя сестра. – Зак вздрогнул, услышав хриплый старческий смех.

– Неужели для того, чтобы стать сестрой, ей нужно умереть?!

– Просто спаси ее.

– Я не смогу. – Старуха откашлялась и сплюнула желтый сгусток слизи на глиняный пол. – Без тебя не смогу.

– Что я могу? – всплеснул руками Зак.

– Намного больше, чем ты думаешь, – сказала ему старуха. – Намного больше.

Мидж оделась и вышла на улицу.

– Зачем ты хотел меня видеть? – спросила она Зака. Он молчал. Смотрел на нее голубыми глазами и молчал. А где-то высоко в небе появлялись первые звезды. – Зак? – Мидж коснулась его руки. – Что случилось?

– Ты должна помочь мне, – выдавил он из себя, чувствуя, как по спине скатываются крупные капли холодного пота.

– Помочь? – Мидж смотрела на него, пытаясь плотнее запахнуть шерстяную кофту.

– Моя сестра… Она ведь помогла тебе, да? – Зак шумно сглотнул. – Теперь твоя помощь нужна ей.

– Гое? Ты говоришь о Гое? – Мидж суетливо оглянулась по сторонам. – Что она тебе рассказала?

– Не важно. – Зак достал сигарету и прикурил дрожащими руками. – Если не хочешь помогать ей, то помоги мне.

– Тебе? – Мидж просветлела. – Да что же у вас случилось?

– Расскажу по дороге, – пообещал ей Зак.

– Я делаю это только ради тебя, – сказала Мидж, выслушав рассказ Зака. Пикап остановился возле дома, где еще день назад решалась жизнь Мидж. – Мурашки по коже от этого места, – сказала она, проходя в незапертую дверь.

– Гое еще жива? – спросил Зак дымящую самокруткой старуху. Она кивнула. Мидж спросила, что она должна делать.

– Просто ложись рядом и ни о чем не думай.

– Запомни, – сказала Мидж Заку. – Я делаю это только ради тебя, – морщась, она улеглась на пропахшую потом кровать и закрыла глаза.

– Ты! – старуха сунула в дрожащие руки Зака старую, выщербленную временем чашу. – Держи ее и делай все, что я буду тебе говорить.

Гое снился цветущий вишневый сад. Они лежали с Ремси на зеленой траве и голубое небо скромно заглядывало в их влюбленные глаза.

– Нет, – прошептала она. – Не хочу просыпаться.

– Хватит валяться! – прикрикнула на нее бабка. Гое вздрогнула и поднялась в кровати. Мысли были кристально чистыми, но тело отказывалось подчиняться. – Это пройдет, – успокоила ее старуха. Что-то холодное прижалось к руке Гое. Она обернулась. Чернокожая девушка с открытым ртом смотрела на нее мертвенно-бледными глазами. Сердце Гое сжалось. В голубых глазах отразился ужас. – Успокойся! – старуха схватила ее за плечи и тряхнула. – Дыши глубже! – Гое жадно хватала ртом воздух. Черные пятна перед глазами развеивались, исчезали.

– Зак, – выдохнула она, незнакомым голосом. Белые волосы спутались и прилипли к вспотевшему лицу.

– Он спит, – бабка брезгливо покосилась в дальний угол. – Спит и ничего не знает.

– Но я ведь Мидж! – по бледным щекам Гое покатились слезы. – Я Мидж! Мидж! Мидж!

Чернокожую девушку похоронили тихо и незаметно. День был теплым, и солнце играло в искрящихся водах реки. Губы Ремси целовали новое тело Гое. Он любил. Он хотел ее.

– Ты знаешь, что она любила тебя? – спросила его Гое.

– Кто? – глупо спросил он. Она назвала ему свое прежнее имя. – Не говори ерунды! – скривился он. – Кому нужна любовь этой чернокожей?! – Гое промолчала. – Знаешь, Мидж, Зак мне тут кое-что рассказал…

– Старуха спасла меня, – отрешенно сказала Гое.

– Думаю, будет лучше, если об этом никто не узнает кроме нас, – осторожно предложил Ремси.

– Почему?

– Потому что ты белая. – Он поцеловал ее в губы.

– Может быть, ты и прав, – согласилась Гое.

– Конечно, прав! – Ремси запустил руку под ее футболку, укрыл ладонью маленькую грудь.

– Дай мне время, – попросила его Гое. Он что-то спросил ее о болезни. – Ничего страшного, – успокоила она его. – Мне просто нужно привыкнуть.

– Привыкнуть к чему?

– Я ведь чуть не умерла, – сказала Гое, глядя в небо. – Да и умерла, наверное, если бы не… – она вдруг испытала отвращение к самой себе, к своей бабке, к своему отцу. – Наверное, это все из-за тела, – сказала она самой себе.

– Тела? – опешил Ремси.

– Словно мир встал с ног на голову, и все стало другим, – Гое заставила себя улыбнуться.

– Я все еще здесь, Мидж, – заверил ее Ремси.

– Я знаю, – прошептала она, чувствуя, как он прижимает ее к земле. – Знаю…

Он встретил ее на улице. Невысокая, промокшая под дождем симпатяшка.

– Он был таким застенчивым, – скажет она своей подруге.

Он отвел ее в свой дом, накормил обедом, уложил в постель.

– Знаешь, сначала он совершенно мне не понравился.

Он предложил ей остаться. Сидел на диване и смотрел, как она смотрит за окно. Такая уставшая и такая домашняя.

– Я долго думала над его предложением. Он казался таким заботливым.

Он сказал ей, что любит ее. Выключил свет и старался быть нежным.

– Я почти не помню тот день. Мы выпили слишком много вина, и он как всегда отвел меня в спальню.

Он помог ей устроиться на работу. Купил пару дорогих тряпок, приладил в ванной шкафчик для женских принадлежностей.