Чтение онлайн

— Когда я только приехала в Нью-Йорк, я была виноградинкой, — сообщила она ему, — а теперь я изюминка.

— Так-так, — сказал полицейский.

— Я была на вечеринке, — сказала она. — Свадебный прием. Подруга вышла замуж.

— Это хорошо, — сказал полицейский.

— Пегги Палмер, — пробормотала Элен. — Она грызет ногти и моет волосы пивом. Тем не менее, ей удалось выйти замуж. Ты женат?

— Конечно, — сказал полицейский. — Как все.

— Молодец, — пробормотала Элен. — Как все. Молодец.

— Поймать тебе такси? — спросил полицейский.

— Нет, я не хочу такси.

— У меня кончается дежурство в полночь, — сообщил полицейский, не моргнув глазом.

— Я собираюсь далеко-далеко, — сказала Элен. — Может быть я никогда не вернусь.

— Ну-ну, — сказал полицейский.

— Как ты думаешь, я привлекательна? — спросила она его. — Я не спрашиваю красива ли я? Но есть во мне что-то привлекательное?

— Конечно, — сказал полицейский.

— И фигура у меня неплохая, правда ведь?

— У меня кончается дежурство в полночь, — повторил полицейский.

— Возможно, — с проницательным видом заметила она, — но, мальчик мой, в полночь тебя уже ничего не ждет.

— Проходи, — заявил полицейский, — не мешай движению.

Она побрела по Лексингтон-авеню, заглядывая в витрины магазинов металлоизделий. В одной из них были выставлены ночные горшки небесно-голубого и розового цветов. Луна окрашивала облака в желтоватый свет, так что они напоминали бензиновые разводы на лужах. Так она дошла до Пятьдесят третьей улицы и свернула на Вторую авеню. Здесь приветливо мигала вывеска «Эверест»; из-за технических неполадок имевшая несколько ущербный вид: «рест ар и риль».

Она вошла словно герцогиня, с высоко поднятой головой и довольно уверенно держась на ногах. Для завсегдатаев было еще слишком рано. За стойкой бара сидел только один молодой человек. При виде Элен он снял шляпу. Она прошла к другому концу стойки и водрузилась на табурет.

К ней подошел Тэк, с нависшим над ремнем брюхом, протер стойку влажной тряпкой и положил подставку с изображением петуха.

— Элен, — сказал он.

— Пегги Палмер вышла замуж, — сообщила она ему. — Это моя подружка, с которой я частенько к тебе заходила. Она вышла замуж сегодня.

— Да благословит ее Господь, — сказал Тэк, — и пусть он оградит ее от беды.

— Тэк, мне очень плохо. Наверное, я скоро умру. Мне следовало бы пойти домой. Но я не могу.

— Что ты пила?

— Шампанское, виски и что-то зеленое в маленьком стаканчике. И еще я съела креветку.

Он немного подумал.

— Я бы предложил, — сказал он наконец, — холодного как лед легкого пива. Это может поставить тебя на ноги.

— О, да-да.

Он порылся в холодильнике и достал оттуда запотевшую бутылку, налил пива и одобрительно проследил, как она не отрываясь выпила половину стакана.

— Может быть я еще выживу, — выдохнула она.

— Спокойно, — посоветовал он. — Тут есть еще. Хочешь послушать какую-нибудь музыку?

Она порылась в сумочке и извлекла оттуда два двадцатицентовика.

— Только никаких ирландских рилей, — крикнула ему вслед, вдруг ощутив прилив светлой грусти. — Поставь что-нибудь, чтобы я могла поплакать.

Первое, что он поставил, была старая запись Бинга Кросби «Просто жигало», и Элен поплакала.

Затем последовала запись Марлен Дитрих «Вновь влюбляясь» на немецком. Элен еще поплакала и допила свое пиво.

Тэк вернулся за стойку и теперь беседовал с молодым человеком, сидевшим в противоположном конце бара. Он держал стакан в левой руке, правая свисала у него вдоль тела, заканчиваясь муляжом кисти, обтянутым черной кожей.

Тэк подошел к Элен.

— Молодой джентльмен за стойкой бара интересуется, можно ли ему заказать тебе выпивку.

Элен оглянулась.

— Он приличный, Элен, — склонившись к ней прошептал Тэк. — Живет здесь неподалеку. Иногда заходит. Никогда никаких проблем.

Она выпрямилась на своем стуле.

— Передай мою благодарность и скажи ему, что я буду счастлива принять его великодушный дар и расценю как любезную вежливость — вежливую любезность, если он соблаговолит присоединиться ко мне.

И вот он уже сидел рядом с ней, строгий, серьезный и таинственный — словно доктор, юрист или федеральный служащий. У него были аккуратные темные усики, напоминавшие щетинку для чистки обуви.

— Ты где-то потерял свою руку, да? — тут же спросила она.

— Ах, черт меня возьми, — сказал он, с изумлением глядя вниз. — Действительно.

— Чудак, — рассмеялась она и коснулась его щеки.

Они поговорили о Бинге Кросби и Марлен Дитрих и о том, где в Нью-Йорке можно найти хорошую пиццу с анчоусами.

— Как вас зовут, сэр? — официально спросила она.

— Кларк.

— Вы случайно не Кларк Кент, благовоспитанный репортер, который заходит в телефонную будку и превращается в супермена?

— Нет. Я Кларк Бэннон, коварный страховой агент. Как вас зовут?

— Меня зовут…

Это было ужасное мгновение: у нее едва не остановилось сердце. Она забыла, как ее зовут. Затем она вспомнила и сказала:

— Меня зовут Элен Майли.

— Уж не ради ли этого лика отправились в поход тысячи кораблей? — спросил он. — И были сожжены башни Илиума. Прекрасная Елена, подари мне бессмертие твоим поцелуем.

— О'кей, — радостно согласилась она и поцеловала его в ухо.

Это его слегка напугало. Он посмотрел на нее с уважением.

— А чем ты занимаешься, Элен?

— Чем занимаюсь? — переспросила она. — Чем занимаюсь? Грызу ногти и валяю дурака.

— Очень хорошо, — одобрительно кивнул он.

— А теперь, Кларк, я хотела бы купить тебе выпивку. Если можно.

— Можно.

— Тэк, повтори пожалуйста. И еще, Тэк, я бы хотела купить выпивку и тебе, чтобы мы могли как следует отпраздновать замужество Пегги Палмер.

— Несомненно, — сказал Тэк.

Он налил им и взял себе пиво. Они подняли стаканы и провозгласили:

— За Пегги!

— Кто такая Пегги? — спросил Кларк Бэннон.

— Моя очень близкая подруга, — сказала ему Элен. — Простите, я на минутку.

Вернувшись из туалета, она спросила Тэка: