Желанная для дракона, или семь дней на любовь
Шрифт:
– Тогда к оружию, мой дорогой друг, - улыбнулся профессор Нортон самой дружелюбной улыбкой, которая была в его арсенале. Но эта игра не смогла обмануть бдительности дракона, поэтому ни первый, и ни один из последующих ударов он не пропустил. Зато наносил свои с таким остервенением, что Аурелию пришлось отступать защищаясь.
Бой был долгим. Соперники в равной степени мастерски владели мечами. Ни один из них не хотел уступать другому. Уклоняясь от ударов, обманными движениями пытаясь дезориентировать соперника, каждый из них пытался первым достать оппонента.
Я наблюдала за движениями Реми. Его атака была одновременно мощной и грациозной. Он будто скользил по деревянному настилу, перетекая из одной стойки в другую. Напористость и целеустремленность позволяли ему усиливать натиск на пятящегося соперника. Аурелий же хоть и сдавал позиции, но удара так и не пропустил.
Хоть оба участника и не были довольны этим фактом, но поединок принято было закончить ничьей. Пожав профессору руку, Реми вальяжной походкой направился ко мне, а подойдя вплотную, он самым бесцеремонным образом спросил:
– Понравился?
– Бой? Да, не плохой, - пожала я плечами.
– Брось, Эбби. Ты ведь наблюдала за мной с самого начала тренировки. Я видел, - широко улыбнулся Реми.
– Как будто у тебя было время смотреть по сторонам, - хмыкнула я.
– На тебя у меня всегда будет время, - подмигнул он мне и направился в душевую.
Я почувствовала, как заалели мои щeки от последней фразы, сказанной Ремигартом, а сердце робко попросило: "давай оставим его себе, а?".
Чтобы переключиться, я использовала эмпатический дар, глядя вслед удаляющимся мужчинам. Нортон был чист так же, как и до спарринга. В данный момент он испытывал усталость и моральную удовлетворённость от того, что не проиграл такому сильному сопернику.
Пока я сканировала профессора, то случайно зацепила и Реми. И вот тут было намного интереснее. Он прямо светился от удовольствия, которое его переполняло. И это удовольствие, как я видела, было связано с двумя вещами. Первое - он поддался Аурелию, заставив думать, что по силе они равны, хотя это было далеко не так. И, второе - он считал, что я любовалась им. Вот же павлин!
"Ладно...
– я мысленно потeрла ручки, - хочешь поиграть? Поиграем. Только по моим правилам!".
Не теряя времени, я подхватила пальто и побежала в общежитие. Там я переоделась в свой самый откровенный наряд. Не уверена, что в любой другой ситуации смогла бы надеть эти вещи и показаться на людях. Но сейчас... Сейчас было делом принципа утереть нос этому крылатому, наглому, неотeсанному ящеру!
Ультракороткая плессированная юбка едва прикрывала мои прелести. А топ, состоящий из узкой полоски и всего нескольких нитей, обрамляющих полушария моей груди, добавлял моему образу сексуальности и даже некоторую долю развратности. Последним штрихом стали распущеные волосы, что локонами легли на мои обнажённые плечи.
Когда я вошла в зал, мужчины, уже успевшие привести себя в порядок, бурно обсуждали детали поединка. Стянув пальто, я бросила его на скамейку и сама приземлилась рядом. Закинув ногу на ногу, я слегка отклонилась назад и опeрлась руками на край лавки.
"Теперь посмотрим, кто из нас будет пускать слюнки", - мысленно отметила я и вызывающе улыбнулась.
Именно в этот момент Реми обернулся и увидел меня во всей красе. Застыв каменным изваянием, он больше не пытался спорить с профессором. Мужчина пожирал меня жадным взглядом, а его зрачки при этом становились то вертикальными, то снова нормальными.
– На что ты так уставился?!
– спросил профессор и попытался обернуться, чтобы посмотреть, что так увлекло его спарринг-партнёра.
Но Ремигарт перехватил его, не дав посмотреть назад.
– Не стoит, профессор. Лучше закройте глаза, иначе мне придётся вам их вырвать, - произнёс он серьёзно и довольно угрожающе. Да так, что профессор явно проникся и прикрыл глаза ладонью.
Сказав это, Реми тяжёлой походкой двинулся в мою сторону. Подойдя вплотную, он вкрадчиво спросил:
– Я тебя предупреждал?
– Ты...
"О чём?", - хотела спросить я, но не успела, так как была подхвачена на руки и закинута на плечо.
– Отпусти меня, дикарь!
– проорала, колотя негодяя по широкой спине.
– Профессор Нортон, помогите! Тут красну девицу средь бела дня похищают!
Аурелий Нортон усмехнулся, и, не отрывая руки от верхней части лица, произнёс:
– Извини, Эбби, мне мои глаза дороже. Когда вернёшься, - он прокашлялся и исправился, - если вернёшься, то можешь подать на меня жалобу ректору за неоказание адептке помощи в черезвычайной ситуации.
Скрываясь в воронке телепортации, я слышала затухающий истерический хохот профессора, который он не смог, ну или не захотел сдержать.
5. Поймал
Эбби
Переход был недолгим. Не успев толком понять, куда меня занесло... Точнее, занесли. Я начала возмущаться с удвоенной силой:
– Отпусти меня! Отпусти немедленно!
– кричала в спину наглого драконища.
– Желание леди для меня закон, - пропел тот и тут же скинул меня со своего плеча.
Приземлившись аккурат в центр широченной кровати, я недоуменно осмотрелась по сторонам.
– Куда ты меня притащил?!
– Как куда?
– наигранно удивлённо переспросил мужчина.
– К себе. Ты разве ожидала другой реакции, когда надевала этот развратный костюмчик?
– Я вообще ничего от тебя не ждала! И в эти дурацкие игры я играть не собираюсь!
Посчитав разговор законченным, я отвернулась, и поползла к краю кровати. Реми, видимо, подумал иначе, потому как ловко сцапал меня за лодыжку и потянул обратно.
– Мы не договорили!
– Нет! Договорили!
– я лягнулась, отпихнув от себя мужчину, и предприняла вторую попытку покинуть ложе.
Мне практически удалось ускользнуть, но дракон, дёрнув за плечо, уронил меня на спину и навис сверху, отсекая этим любую попытку к бегству.
– Никто не будет смотреть на тебя такую. Не позволю! Р-р-разорву любого, кто посмеет!
– прорычал Реми и впился собственническим поцелуем в мои губы.
(для создания атмосферы советую включить трек SATV Music - Finish Line, так вкуснее)
Он сминал их с жадностью добравшегося до воды обезвоженного путника. Столько напора было в движениях его языка, столько ярости и страсти, что я неосознанно отозвалась на его грубые ласки, позволяя углубить поцелуй.