Чтение онлайн

И я просто не представляла, как смогу скрывать свои чувства при папе.

Дана приготовила шикарный ужин состоящий из пяти миллионов блюд, выгнав меня из кухни, когда я, находясь в прострации чуть не отрезала себе палец. Она явно не одобряла то, что ничего не рассказывала папе, но при этом поддерживала меня и отпустила пару шуточек про этот вечер. В любой другой ситуации я бы рассмеялась, но сейчас я была на столько взвинченной, что только бросила на неё яростный взгляд, чем вызвала ещё больший смех.

И сейчас я стола перед дверью, приглаживая волосы, которые укладывала с большим усердием. Я даже по такому случаю надела милое платье.

— Ты очень мило выглядишь, — сказала Вероника, обнимая меня, когда дошла очередь после папы с Даной.

— Рад снова с тобой встретиться, — улыбнулся мне Андрей.

— Привет, — проворковала Арина, стараясь скрыть улыбку.

За остальных двух членов этой большой семьи, я боялась сильнее всего. Потому что один из них всегда шутил на грани приличия, а другой смотрел на меня таким взглядом, что наши отношения было довольно сложно скрывать.

Но Артём просто посмотрел на меня и усмехнулся, а Марат вообще не одарил меня и взглядом, что было бы обидно при любых других обстоятельствах.

«Окей, — подумала я, — так могло быть даже лучше».

Но когда я с гордым видом отрешенности и милой улыбкой на губах села за стол, мой телефон завибрировал.

Я сама не знала, зачем взяла с собой телефон. Если бы папа увидел его в моих руках, обязательно бы сделал мне выговор, не посчитав лишний раз напомнить, что не прилично сидеть в телефоне.

Но когда я посмотрела на уведомления с великим трудом смогла скрыть расползающуюся улыбку.

Ты шикарно выглядишь.

Я подняла голову и посмотрела на него. Марат сидел прямо напротив меня с большой внимательностью следя за разговором наших родителей, но по его улыбке я поняла, что он чувствовал мой взгляд.

Я вздохнула и пока минимальным риск был, что папа заметит мой проступок написала сообщение.

Веди себя прилично.

Если бы при этом я в упор не смотрела на Марата, никогда бы не подумала, что он печатает сообщения. Он явно родился с таким прекрасным и супер важным умением.

Это было бы проще, если бы ты не раздевала меня взглядом.

Я резко подняла голову и уткнулась в его тёмный взгляд. Это кто кого ещё раздевает взглядом. Я аккуратно покачала головой так, чтобы только Марат это видел и слегка улыбнулась.

Весь мои внутренний страх, что папа что-то поймёт, куда-то делись и я совсем забыла, что надо быть более аккуратной.

Это я поняла, когда Арина, сидящая с боку от меня, пихнула меня с бок, чтобы я наконец прекратила пожирать взглядом её брата.

Все за столом уставились на меня, и тут до меня дошло, что у меня что-то спросили. Я волновалась, что Марат может чем-то выдать себя, но теперь совершенно точно я убеждена, что проблема была во мне.

Я чуть не ударила себя по голове.

— Ты уже выбрала направление? — улыбнувшись повторила вопрос Вероника.

Я кивнула, взяв себя в руки.

— Я выбрала литературу.

Только на этой неделе я сходила к директору, чтобы сообщить о своём решении. Сама я забыла об этом ещё в начале года, но папа не уставал каждый день напоминать мне. С самого начала я выбирала между литературой и историей.

Арина тоже выбрала литературу, с грустью сообщив, что книги её следующая любимая вещь после танцев. Так что теперь с новой четверти моё расписание измениться и у нас будет больше общих предметов, которых сейчас вообще не было.

— Ты хочешь работать в издательстве? — спросил Андрей.

Я пожала плечами.

На самом деле ещё в глубоком детстве я мечтала быть писателем. Мечтала писать книги, которые будут приносить счастье людям. Но сейчас в моей голове всё чаще находилась мысль, что этим нельзя заработать. А работа редактором могла быть хорошим способом совместить приятное с полезным.

Мужчина улыбнувшись добавил.

— Дана ещё не устроила тебя на стажировку?

Работая в издательстве не на самой плохой должности она имела возможность устроить меня туда не то что на стажировку, а на работу даже без образования. Блат в наше время значил многое. И именно поэтому я не соглашалась на это, как бы Дана не предлагала мне.

— Я уже пытаюсь переманить её на нашу сторону, — рассмеялась Дана. — Но Влада непреклонна в своём желании добиться всего сама.

Несколько раз мы с ней уже говорили о моих планах на будущее. Дана всегда с улыбкой сообщала, что с самого начала видит хорошие кадры.

— Очень напоминает Марата, — улыбнулась Вероника невинно сравнивая меня со своим сыном, — Его сколько не уговариваешь пойти в университет здесь, стажируясь в компании твоего отца, он все равно собирается уезжать от сюда.

Он собрался уезжать?

Я знала о его увлечении рисунком, и он говорил не раз и не два, что собирается поступать в архитектурный. Но почему я не знала, что он собирается делать это в другом городе? Почему ни Артём, ни Арина не сказали мне об этом?

Я резко подняла голову и уставилась на Марата, задаваясь одним единственным вопросом. Я уже хотела задать его, но вовремя осеклась, поняв, что мы здесь не одни.

Марат с сожалением смотрел на меня, через секунду мой телефон пискнул, но я не стала смотреть сообщение. Решив, что нужно сначала самой решить, что я об этом думаю, потому что он мог в два счёта переубедить меня.

Я понимала, что не отпускать его куда-то это глупо и смешно. Да я и не думала так поступать. Скорее всего это решение было принято задолго до того, как мы начали встречаться или даже познакомились. Но незнание и то, что он скрывал это, буквально убивали меня.

И я снова находилась в прострации, но теперь по другой причине. Я чувствовала странную боль в груди, когда думала, что нам придётся расстаться пусть даже на время. Верила ли я, что отношения на расстоянии возможны? Нет, но я очень хотела в это верить.

Из моего полуобморочного состояния меня вывел голос Вероники с такой прекрасными и греющими мою душу словами.

— Арине с мальчиками очень повезло, что они познакомились с Владой, — улыбнулась они, посмотрев на меня. — Они и раньше были дикими, но сейчас они стали чуть менее чуть менее бешеными.

Я молчала и почувствовала, как по моим щекам ползёт предательский румянец. Мне было сложно поверить, что я как-то смогла повлиять на них. Зато была полна уверенности, что эти трое изменили во мне больше, чем я готова была признать.