Чтение онлайн

– Да-ань? – встревожено позвала Шушу. – Не молчи.

– Все нормально, – откликнулась Даня, а про себя подумала: «Ни фига ненормально. Я не могу пойти в этом разврате».

– Покажись! – Шушу, теряя терпение, поскреблась в дверь. – Я же тут умираю от любопытства!

«Вот не было печали», – посетовала про себя Даня. Удостоверившись, что платье даже при ходьбе не открывает вид на ноги, она открыла дверь. Скорбное выражение на лицо нацепить, конечно же, не забыла.

Шушу с секунду смотрела на нее, а потом издала тоненький писк.

– Что? Чего? – Даня отступила обратно в примерочную.

– Чистый восторг! Восхитительно!

– Ничего подобного. – Возмущенная реакцией визажиста, – ведь та фактически своим восторженным воплем весьма высоко оценила работу учинившего беспредел Якова, – Даня принялась поворачиваться к собеседнице то одним боком, то другим. В завершении крутанулась на месте, показав обнаженную спину. «Крылья» эффектно взлетели.

– Ой, я сейчас заплачу. – Шушу, умилившись, смахнула не успевшие появиться слезки. – Ты такая ми-ми-ми.

– Ничего. Подобного. – Повторила Даня, четко разделив слова интонациями на отдельные всплески недовольства. – Меня оголили.

– У тебя отличная фигура, – поспешно уверила ее Шушу, явно предполагая, что у собеседницы комплексы. Вот только дело было в другом. – Ты и платье. Вы друг другу подходите. Сшили под тебя – тютелька в тютельку. Поверь, никому другому оно так суперски не подошло бы.

«А это в какой-то мере даже льстит. – Даня незаметно огладила пальцами ткань на бедре. Та охотно переместилась по коже, следуя за давлением пальцев. – Однако это не исключает того обстоятельства, что вентиляция у этого наряда наивысочайшая!»

– Ты должна в нем пойти. – Шушу схватила девушку за руку и вытянула на середину помещения. – Это неимоверное милашество. И прятать чудо-тебя в этом милашестве – настоящий криминал!

– Оу, оу, оу, не напирайте, гражданочка. – Даня тяжело вздохнула. Ее вина. Протянула до последнего, вот теперь и огребать по полной. За оставшееся время найти нормальное платье – дело нереальное.

– Куколка! Куколка! – Вокруг девушки запрыгали мартышки Шушу.

Даня кинула взгляд поверх голов девочек. Пристроившийся на диване Владислав застыл в забавной позе: в одной руке миска, занесенная ложка готова уже нырнуть в приоткрытый рот, а с краешка капает молоко и собирается рухнуть размякший комок слипшихся хлопьев. Похоже, не особо щедрого на эмоции водителя тоже пробрало.

«Видимо, дело еще хуже, чем кажется», – мрачно оценила Даня произведенный на Владислава эффект.

– Снимай платье. – Шушу призывно похлопала по спинке кресла перед гримерным зеркалом. – Сейчас тебе такой макияж сделаем, что парни не будут успевать слюнку подбирать!

«Дело дрянь, Шацкая».

* * *

Определить, что в громадном комплексе без каких-либо опознавательных плакатов или рекламных конструкций, характерных для торговых центров, проходит важное мероприятие, можно было лишь по наличию десятки дорогостоящих авто на недостроенной стоянке. За тканевой занавесью, прикрывающей стеклянные двери, мелькали цветные огни. Когда створки распахивались, с влажным вечерним воздухом смешивалась мелодичная музыка.

Сердце гулко стучало в груди, словно металлический шар по округлым бокам емкости. Даня смотрела сквозь стекло автомобильной дверцы на широкие ступени, ведущие к главному входу, и спрашивала себя, почему она не может ограничиться банальным беспокойством о том, насколько ловко она преодолеет лестницу на своих каблуках или насколько удачно обогнет грязевые лужицы на пути. Но нет. Мысли заполнял один лишь бред, а неизбежность коварно манила и требовала поскорее войти в здание.

– Идем?

Пока Даня предавалась размышлениям, Шушу успела выпорхнуть из автомобиля и обежать его. Открыв дверцу, она выжидательно смотрела на девушку. Платье светло-розового оттенка с пышной юбкой превращало ее в одно из пирожных, столь нежно ею любимых, а прическа с крупными кудрями добавляла «лакомству» кремовый завиток. «Вкусненькая» Шушу счастливо улыбалась и куталась в тоненькую джинсовую курточку. По ее настрою сразу было понятно: желает пойти – страсть как. Дане же, в свою очередь, хотелось захлопнуть дверцу и заставить Владислава гнать оттуда на всех порах. Или погрузиться в сумасшествие окончательно и, вытолкав водителя, самостоятельно улепетнуть на служебном авто куда подальше.

– Данечка?

Из уст Шушу ее имя прозвучало за вечер не меньше тысячи раз. А все потому, что Даниэла Шацкая, беспрестанно изводя себя, безбожно подтормаживала. За это время Владислав тоже успел обойти автомобиль и теперь недвусмысленно протягивал ей руку, видимо, решив, что она сомневается в собственных способностях по безопасному покиданию транспортных средств.

– Спасибо. – Даня приняла руку, хотя трудностей у нее, в общем-то, не было. Правда мысль об угоне продолжала заманчиво трепыхаться в подкорке.

Владислав подвез их к самой лестнице, поэтому близкое знакомство с осенней прелестью грязи они благополучно миновали. Даня порадовалась, что согласилась на уговоры нацепить простенькие черные туфли на каблуках, чтобы добежать до здания, а там уже сменить их на настоящие элементы наряда. Ботинки на низкой подошве, которые она изначально собиралась надеть – те самые, в которых и пришла, – не защитили бы воздушные края платья от густой слякоти под ногами.

Довольная Шушу прижала к себе большую сумку с аппликациями, в которую она упрятала свои туфли и туфли Дани, и, подцепив Даню за локоток, устремилась вверх по лестнице. Одергивать полы светло-серого пальто с роскошным мехом, которое всучила ей Шушу вместо плаща, пришлось прямо на ходу.

«На улице холодрыга. А мы же не можем тебя как капусту завернуть!»

– И где запланированное место встречи? – Даня заморгала, стараясь привыкнуть к свету, после сумрака улицы показавшемуся нестерпимо ярким.

– Прямо здесь.

На талию Дани легла рука. Девушка поспешила сильнее запахнуть полы пальто. Бесполезное занятие, ясное дело. Все равно придется снять.

– Вау, Глеб Валентинович! Вы шикарны! – с искренним восхищением пропищала Шушу.

– Благодарю. – Гендиректор Левин улыбнулся и посмотрел на Даню. От сияния его улыбки по телу распространилось тепло.

«От меня тоже восхищенного визга ждет?»

Мимолетное дергание уголков губ – вот и все, что позволила себе девушка. Намек на ответную улыбку, и мгновенное погружение в состояние абсолютной серьезности.

Однако перейти на серьезность стоило некоторых усилий, потому что Глеб Левин в этот вечер был просто роскошен. Он ограничился классикой черного костюма. Исходящий темной синевой галстук почти сливался с черной рубашкой, но благодаря очерчиваемому блеску силуэта превратился в весьма стильный аксессуар. Туфли были настолько идеально начищены, что ловили свет вокруг себя, сияя и поигрывая бликами. И как только он умудрился добраться до места, не посадив ни одного пятнышка на излишне идеальную поверхность? Чуть поднятые и начесанные к одному боку волосы добавили Левину импозантности. Но стоило ему позволить себе сдержанную улыбку, и образ тут же окрасила игривость.