Чтение онлайн

Мне сделалось не по себе, когда он спрыгнул с валуна и медленно приблизился, сопровождаемый по пятам светлячками.

– Ты слышал?..

– Истинное имя снежного мальчика? Не-аа. – Пак пожал плечами и закинул руки за голову. – Как ни странно, я бы не стал подслушивать нечто столь серьезное, принцесса. К тому же зная, что ты меня потом прибьешь…

Он криво усмехнулся, что было совсем не похоже на его обычный оскал, затем перевел взгляд на Ясеня и покачал головой, с удивлением и… уважением?

– Ты знаешь, что Маб будет в восторге?

Ясень слабо улыбнулся:

– Видишь ли, теперь меня не заботит, что думает обо мне Зимний двор.

– Чувствуешь себя гораздо свободней, правда? – фыркнул Пак, потом плюхнулся в траву и задрал голову к небу. – Итак, последняя ночь нашей ссылки… – задумчиво протянул он, откидываясь назад и опираясь на локти. Светлячки мерцающим облаком вспорхнули от травы. – Мне этого даже будет не хватать… Никто не дергает за веревочки, никто не командует… не считая чокнутых брауни, которые в отместку за украденные швабры подсовывали мне в постель тараканов. Тут… спокойно.

Он взглянул на меня и похлопал рукой по земле.

Я опустилась на прохладную и влажную траву, а вокруг мерцали всполохи янтарного и зеленого света, вспыхивали у меня на руках, в волосах… Покосившись на Ясеня, я взяла его за руку и тоже потянула вниз. Принц уселся возле меня, я прильнула к нему и закрыла глаза. В другой жизни могло бы быть так же… я, мой лучший друг и мой любимый, мы просто сидели бы под звездами, зная, что всем нам давным-давно пора по домам, не волнуясь ни о чем, кроме школы, родителей и домашних занятий…

– А что это мы тут делаем? – послышался голос Грималкина. Кот выскользнул из травы, высоко задрав в воздух хвост. На кончик хвоста вдруг опустился светлячок, и кот раздраженно дернулся. – Можно подумать, отдыхаем, если б только я не знал, что кое-какой принц отдыхать не способен.

Ясень хмыкнул и лишь крепче меня обнял.

– Соскучился, Кайт Ши?

– Вы себе льстите, – огрызнулся Грималкин, однако пробежался по траве и вспрыгнул мне на колени тяжелым и теплым клубком серой шерсти. Я почесала его за ухом, и он заурчал от удовольствия.

– Как думаешь, с папой все будет нормально? – спросила я.

Грималкин зевнул.

– Здесь он будет в большей безопасности, чем в настоящем мире, человек, – лениво протянул кот. – Никто не явится сюда без разрешения Лэнанши, и никто не покинет это место против ее воли. Не волнуйся слишком сильно. – Он довольно вытянул лапы. – Найдешь его здесь, когда вернешься. И даже если не вернешься. А теперь-ка, будь добра, займись-ка вторым ухом. А… да, приятно…

И кот опять заурчал.

Ясень прижался щекой к моему затылку и вздохнул. Не раздраженно, не сердито, не с печалью, как бывало порой… Довольно. Даже будто бы умиротворенно. Мне сделалось немного грустно от того, что времени у нас уже не оставалось, что эта ночь могла стать для нас последней ночью вдвоем, без войны, без политики и эльфийских законов.

Ясень убрал прядь волос у меня с шеи и приник губами к моему уху, прошептав так тихо, что его не расслышал даже Грималкин:

– Я тебя люблю. – Сердце было готово выскочить у меня из груди. – Что бы ни случилось, отныне мы вместе. Навсегда.

Так мы и сидели, вчетвером, тихо переговаривались или просто молчали, глядя в ночное небо. Я не заметила ни одной падающей звезды, а то бы загадала, чтобы отец был в безопасности, чтобы Ясень и Пак пережили надвигающуюся войну и чтобы для нас всех каким-то образом все закончилось хорошо. «Мечты, мечты…» Уж я-то знаю. Никаких фей-крестных не бывает, и в любом случае они не стали бы размахивать волшебными палочками, чтобы все исправить (как минимум, сначала бы поторговались). К тому же у меня есть кое-кто получше феи-крестной: мой эльфийский рыцарь, мой эльфийский плут и эльфийский кот, и этого вполне достаточно.

Хотя в конечном счете все это неважно. Я приняла решение, и никакие феи не спасут нас от предстоящего. Когда рассвет окрасил небо розовым и гонцы опять явились за нами, я уже знала ответ.

Небывалое осталось в моей памяти иным.

Впервые я вошла в Волшебную страну через чулан в детской Итана. Помню, как огромные деревья закрывали сплетающимися ветвями все небо, как по земле клубилась дымка и все окутывали бесконечные сумерки. Над этим местом не властвовал ни один из Дворов; здесь была нейтральная территория; лес не волновали ни средневековые обычаи Лета, ни пороки Зимы.

Это место умирало.

Болезнь пришла к нему исподволь, незаметно проникла и отравила изнутри. Тут и там засохшее дерево, на розовом кусте – стальные шипы, поблескивающие в неверном свете. Я наткнулась на паутину, которая оказалась сплетенной из тончайших волосков-проволочек, вроде той сети, в которую меня поймали паучихи. На первый взгляд перемены были незначительны, почти незаметны. Но живое сердце Небывалого, биение которого я ощущала повсюду вокруг себя, в каждом дереве, каждом листике и травинке, было изъедено ржавчиной. На всем лежали Железные чары, медленно уничтожающие Небывалое, как пламя – бумажный листок.

И, судя по одинаковому выражению ужаса на лицах Ясеня и Пака, они почувствовали то же самое.

– Жутко, да? – проговорил посланец-гном, оглядываясь с хмурым видом. – Вскоре после того, как вас… гхм… выслали, армия Железного короля атаковала, и куда бы она ни входила, вслед за ней являлось Железное королевство. Объединенным силам Лета и Зимы удалось дать отпор, но даже после отступления ржа не исчезла. Наши армии собрались на границе, там, где Дикий лес подступает к Железному королевству, в попытке сдержать прорывающихся сквозь заслон Железных фейри.

– Так, значит, вы только охраняете периметр? – Ясень холодно уставился на гнома, тот поежился. – А как же лобовое нападение, чтобы покончить с врагом раз и навсегда?

Гном покачал головой.

– Не получается. Мы отправляли сквозь заслон бесчисленные силы, однако никто не вернулся.

– И Железный король ни разу не показал свою отвратную физиономию на поле битвы? – поинтересовался Пак. – Отсиживается, трус, пока армии воют?

– Разумеется. – Грималкин неодобрительно встопорщил усы. – К чему рисковать самому, когда у него и так все преимущества? Надо полагать, Оберон и Маб уже отчаялись, если готовы вернуть вас из ссылки. Даже не помню, случалось ли им прежде отменять свои приказания… – Он прищурился и посмотрел на меня. – Дело, видимо, и впрямь серьезное. Похоже, ты – последняя надежда на спасение для Небывалого.

– Спасибо, что напомнил, Грим. – Я вздохнула, отгоняя мрачные и страшные мысли подальше, и повернулась к посланцу. – Оберон, должно быть, ждет меня?

– Да, ваше высочество. – Гном закивал и бросился показывать дорогу. – Сюда, пожалуйста. Я отведу вас к полю битвы.

С вершины холма я рассматривала долину, в которой расположились лагерем армии Лета и Зимы.

Беспорядочно разбросанные тут и там палатки составляли целый городок из разноцветных тканых крыш и сплетающихся между ними проулков. Даже с этого расстояния были заметны различия между Благими и Неблагими фейри: Светлые предпочитали более легкие палатки, окрашенные в Летние коричневые, желтые, зеленые цвета, тогда как в лагере Темных преобладали черные, синие, темно-бордовые оттенки. Хотя они воевали на одной стороне, Лето и Зима не смешивались, не только не стояли общим лагерем, но и вовсе расположились в противоположных концах долины. Впрочем, в центре два лагеря как будто сходились к одному просторному шатру, украшенному по обеим сторонам стягами двух Дворов. По крайней мере, Маб и Оберон пытались поладить друг с другом. Хотя бы на время.