Чтение онлайн

Ньяфо с помощью интриг добился победы. В этом помощь ему оказала его мать. Обманом, ложью и интригами она достигла, наконец, трона, став женой короля и маркизой де Мэнтен.

Прибыв на постоялый двор «Король-Солнце», где он должен был ожидать приказа Мистуфлета, Онэсим поставил коней в конюшню а сам поспешил к столу, уставленному блюдами и бутылками.

Он плотно поел и выпил и вскоре почувствовал желание отдохнуть.

Продолжительный обед, наконец, утомил его. Кроме того, уже наступила ночь и на этом постоялом дворе перед пустыми блюдами и бутылками Онэсим не ожидал встретить приятного собеседника. Неожиданно с шапкой в руке перед ним появился хозяин постоялого двора и медовым голосом спросил:

— Желает еще что-нибудь ваша милость?

— Моя милость желает хорошо переваривать пищу, — торжественно ответил Онэсим, откидываясь на спинку кресла.

— В таком случае, — улыбаясь, предложил хозяин, — я хочу предложить вашей милости комнату, где вас ожидает великолепная постель.

— А вы не подумали оставить там немного провизии на ночь?

— На столике около кровати приготовлен окорок, пирог и два цыпленка, а также шесть бутылок этого вина, которого ваша милость выпили двадцать бутылок за ужин.

— Да, это очень хорошо. Хорошо-то, хорошо, но скажи мне, еще ктонибудь ночует на постоялом дворе?

— Нет, месье. Дилижансы из Дижона и Парижа проехали и в эту ночь никто из гостей не ожидается.

— Жаль! Мне будет очень одиноко. Жаль, что здесь нет моего друга Фариболя!

— Как? — испуганно воскликнул хозяин. — Вы говорите о господине Фариболе, учителе фехтования?

— Верно! Ты, возможно, знаешь этого дворянина?

Трактирщик взмахнул шапкой и, улыбаясь, поклонился:

— Да, месье, — проговорил он. — Я имею эту честь… Я горжусь тем, что являюсь одним из его друзей. Я был другом несчастного господина де Роа, который так печально кончил. А вы, несомненно, идете из Пиньероля, куда ушли мадемуазель Ивонна и господа Фариболь и Мистуфлет.

— Действительно, я приехал оттуда, — чуть торопливо ответил Онэсим.

Лицо трактирщика мгновенно преобразилось. Это уже не был деревенский мужик с грубыми манерами и с наивным и простодушным лицом.

Перед ним стоял сильный и ловкий мужчина с умным и живым взглядом. Под крестьянской блузой скрывался солдат, энергичный и отважный авантюрист. Он подошел к Онэсиму и, наклонившись, прошептал:

— А «он»?

Онэсим подумал, что хозяин постоялого двора намекает на господина де ла Барре и ответил ему тоже шепотом:

— Он тоже приехал.

— Жаль. Вместо Апремона им нужно было ехать сюда. По приказу господина де Роа я стал хозяином постоялого двора и поселился на этом перекрестке, чтобы предупреждать о приближении наших врагов, а если можно, то и разоблачать их…

Он вдруг замолчал и прислушался. Снаружи доносился глухой и неясный шум.

Он выскочил за дверь и почти тотчас же вернулся, бледный, как покойник.

— Черт возьми! — не вытерпел Онэсим, поднимаясь с кресла. — Что случилось?

— Большой кавалерийский отряд только что вошел в Шели со стороны Парижа. Это жандармы из королевской гвардии.

— Вот так да! Я уверен, они направляются к ущелью Апремон!

— Неужели предательство? — спросил трактирщик. — Несмотря на смерть господина де Роа, пещера не была раскрыта, Но вполие возможно, что тайна пещеры властям была известна и они наблюдали за ней, чтобы захватить врасплох сторонников настоящего короля Франции.

Черт побери, они, возможно, действительно собираются захлопнуть мышеловку, тем более что подходы к пещере больше не охраняются.

Не говоря ни слова Онэсим сунул пистолет за пояс и направился в конюшню. Лжетрактирщик придержал его за пояс и спросил:

— Ты куда?

— В конюшню седлать коня. Поеду туда… Нужно, что наши товарищи…

— Подожди меня, я поеду с тобой.

Через пять минут двое мужчин оседлали коней и галопом помчались по дороге. Ни темнота, ни препятствия и трудности пути во мраке не пугали их.

Добравшись до входа в подземелье Апремона, Фариболь, Мистуфлет, де ла Барре и Ивонна убедились, что. как они и предполагали, подходы к пещере не охранялись, да и сама пещера, по-видимому, была необитаема.

В тот момент, когда Фариболь собрался ступить на первую ступеньку, его придержал Мистуфлет.

— Патрон, — проговорил он, — разреши, я пойду первым на разведку.

— Почему ты, а не я?

— Потому что внутри может затаиться какой-нибудь бандит, которому наш визит может быть не по вкусу, а кроме того твоя жизнь ценнее, чем моя…

И тактично указав на Ивонну, он с необыкновенной легкостью скользнул вниз по лестнице. Он быстро пересек длинный коридор, сообщавшийся с огромным подземным залом, и убедился, что зал абсолютно пуст. Здесь и там валялись различные забытые предметы, кучи золы и полусгнившей соломы. Впечатление было такое, что обитатели подземелья вынуждены были поспешно бежать.

Мистуфлет вернулся к своим товарищам и доложил о результатах осмотра. Не мешкая, отряд спустился в пещеру. Оставаться снаружи было небезопасно, так как их могли увидеть и опознать.

— Займем помещения господина де Роа и воспользуемся удобствами в течение тех дней, какие нам потребуются для подготовки плана.

Они вошли в помещения, но едва переступили порог, как Фариболь заметил Мистуфлету:

— Черт возьми, ты плохо проверил… Здесь кто-то есть…

Вместо ответа Мистуфлет выхватил пистолет, но Ивонна опередила его. Тогда вмешался господин де ла Барре. Обнажив шпагу, он заставил Ивонну оставаться на месте. Фариболь и Мистуфлет, ориентируясь по звуку ударов" раздававшихся через равные промежутки времени, углубились в подземные коридоры. Так добрались они до нижнего помещения, где раньше им довелось присутствовать при выплавке золота.

Удары раздавались в комнате напротив стены. Они подошли и некоторое время внимательно вслушивались. Наконец Фариболь нетерпеливо постучал в стену рукояткой шпаги и крикнул:

— Эй! Черт возьми! Выходи!

Неожиданно перед ними распахнулась маленькая дверца и выглянуло испуганное лицо, покрытое маской из черного сукна. Глаза его возбужденно сверкали за стеклами очков.

— Маэзе Эгзиль! — воскликнул Фариболь, узнав алхимика.

Увидев их, человек в маске сделал жест, словно хотел снять головной убор, и проговорил: