Чтение онлайн

И снова в путь

В безуспешных поисках прошла неделя. Альмер стоял в своей спальне возле туалетного столика Ирис и держал в руках драгоценную диадему, подаренную ей в их первую ночь любви. Он заметил белый волосок, зацепившийся за зубчик украшения. Это было все, что осталось от нее. Сразу холодно стало на душе. В их комнате было пусто. Альмер уже привык, что после возвращения в Иствик его ожидал океан ласки и нежности! Ах, столько радости было в сапфировых глазах прекрасной женщины, столько любви, сколько он никогда не получал ни от кого в жизни. Прежде он считал, что это не главное — быть любимым, а вот ти-тул, деньги, положение в обществе — это именно та цель, ради которой стоит жить и бороться. А женщины… Их всегда у него было достаточно. Но он не мог не заметить разницу между чистой первой любовью, которой озарила его военную жизнь нежная Ирис, и обычной жаждой сексуальных утех, которых ждали от него опытные придворные дамы. Но, что больше всего его оскорбило, так это то что, по ее словам, любя его всей душей, молодая женщина не смогла понять его, принять его извинения и простить.

— А может, и не любила? — терзали его ночные мысли, когда он крутился в одиночестве на огромной опус-тевшей постели. Просто планировала выйти замуж за гра-фа, а когда ее планы сорвались, не стала терять времени на женатого мужчину. Да еще к тому же увезла с собой его ребенка. Альмер знал, что это будет сын, почем-то был уверен; он представлял этого прелестного ребенка на руках у его красавицы матери, и чувство огромной потери охва-тывало его. И, самое странное было в том, что он, взрослый мужчина, жестокий воин, обижался на это хрупкий цвето-чек, на эту белоснежную лилию! Да, эта лилия только каза-лась хрупкой и беззащитной, на самом же деле она была железной.

Прошло уже много лет, когда он последний раз обижался. Когда-то, очень давно, он дал себе слово, что больше не позволит никому себя обидеть. И до последнего времени, с тех пор как он стал взрослым и получил рыцар-ский пояс, он мог бы сказать, что все, кто встречался у не-го на дороге, не решались вступить в противостояние с мо-гучим графом Суффолка. А выработал он себе такой харак-тер в своей семье

Сердце маленького Альмера в детстве было полно горьких обид. Его братья Уно, Хью и Кирк постоянно пре-следовали синеглазого малыша. Когда он бежал к отцу — то получал еще больший нагоняй, а мама Регина ничего не могла поделать. Тогда расплакавшийся мальчик бежал в свое секретное место — в старый полуразрушившийся са-рай. И там, спрятавшись от всех обидчиков, он подолгу плакал. Белые облака расплывались цветными радугами в его полных слез глазах, а молчаливое солнце бесстрастно взирало на несчастного избитого малыша. Лишь его луч-ший друг и брат, сын Регины Рей, утешал и ободрял его. Ему также сильно доставалось от свирепых отпрысков Дирка Хоукхарта. Тогда и сложилась их дружба, настолько крепкая, что даже многие подшучивали: увидишь Альмера — сейчас появится Рей. В общем, не разлей вода. В те без-радостные детские годы и сложились характеры обоих бу-дущих рыцарей. Альмер понял, что мир устроен не так, как бы им хотелось. В нем безраздельно правит сила. Справед-ливость и доброта униженно ждут, пока сильный человек позволит им вмешаться в ход событий. Слезы высыхали на розовых щеках, и будущие рыцари брали в руки большой мешок. Этот мешок они специально держали в укромном уголке. Сначала он был почти полностью заполнен легкой соломой, лишь на дне болталось небольшое количество тяжелого песка. Каждый день мальчики засыпали в мешок еще одну меру песка, и он становился все тяжелее и тяже-лее. Альмер и Рей пыхтели, их глаза наливались кровью, но они крутили в руках этот тяжелевший день ото дня снаряд. Молочные мышцы наливались свинцом. На тонких ручках появились бугорки бицепсов. Потом Альмер сделал соло-менное чучело. Оно принимало образ то Уно, то Хью или Кирка, в зависимости от того, кто большую рану нанес се-годня. Мальчики до изнеможения колотили маленькими кулаками по ненавистному обидчику, и их сердца отпуска-ло. Они вырезали себе деревянные мечи и, представляя себя настоящими героями, сражались друг с другом, нара-батывая ловкость и сноровку. Когда мальчишки выходили из своего укрытия — их было не узнать. Темно-синие и голубые глаза сверкали решительностью и силой. Пусть обидчики пока сильнее их, пусть их много, но придет и их час. Они вытащат из ножен настоящие боевые мечи, и под-лые братья будут просить у них пощады. А пока… Пока они принимают правила игры. Они сильнее. С ними не сов-ладать. Значит, они и правы. Так думать было легче. Нужно было только время, время и старания. И Альмер с Реем трудились. Со временем рыцари достигли многого. Их ме-чи наводили ужас на противников. Их молили о пощаде. И теперь они уже знали, кого щадить, а кого и не надо. Аль-мер и сам подчинялся силе. Есть король, есть могущест-венные родственники короля. Их силе придется уступить. Так устроен мир. Тщетно взывать к справедливости и богу. У побежденного остаются только глаза, чтобы плакать, да слезы, чтобы взывать к богу. А что бог? Бог сам устроил мир так, что в нем почти нет правды. Бог никогда не сдела-ет ничего человеку, что он должен сделать сам. Для слабых остаются только слезы…

В это время под стенами замка раздался громкий звук фанфары.

— Посланники короля, — сказал выглянувший в окно Рей.

Под стенами замка стояли три нарядных всадника — ворота были поспешно открыты.

— Герцог Альмер Хоукхарт! Граф Рей Фолкхерст! Вам послание короля!

Тугой свиток с красной сургучной печатью не су-лил ничего хорошего. Альмер взял его в руки и развернул.

— Так и есть, Рей, — сказал он, пробежав по пер-гаменту глазами, — никаких поисков!

— Прошу вас к столу, милорды, — он повернулся к всадникам.

— Благодарю, милорд, но нам еще сегодня скакать тридцать миль. До встречи! — и посланники дернули пово-дья.

— Помнишь крепость Бердуар, Рей? — Альмер по-вернулся к вопросительно смотрящему на него другу.

— Разумеется, сарацины ее не раз пытались ее взять — она неприступна!

— Так вот. Дружище, Бердуар опять в осаде. Ко-роль срочно собирает войско. Мы без промедления должны отправляться на восток!

— Можно считать, Изольде и Ирис страшно повез-ло, — зло пробормотал рыцарь.

— Ненадолго! — успокоил его Альмер. — Скоро мы вернемся, и найти их будет намного проще!

— Если будет чего искать, — возразил Рей.

— Ну, уж тут мы не властны, это решается на небе-сах, — засмеялся невесело Альмер.

Через два дня братья со своими оруженосцами и большим отрядом воинов отправились в порт для погрузки на корабль, отправляющийся в Палестину. Стремительный галеон быстро доставил англичан в Акру, откуда войско двинулось к стенам осажденной крепости. По приказу ко-роля, герцога Альмера, как опытного военачальника, на-значили командовать операцией. Альмер распорядился, чтобы отряд подошел на выручку крестоносцам под покро-вом ночи.

Темная безлунная ночь накрыла каменистую пус-тыню своим покрывалом. Необычно ярко, как не увидишь в родном краю, сверкали на бархатном небе знакомые со-звездия. Созвездие Орион повисло над самым горизонтом. Вдали переливались огни осажденного замка. Рыцари стоя-ли на высоком холме и смотрели на замок — отличить ко-стры на неприступных стенах от синих, осенних звезд можно было только по желтоватому цвету. Внизу, под сте-нами Бердуара, на равнине горели еще сотни огней, за-жженных сарацинами.

— Трудная задача, — проговорил Рей, глядя на вражеские лагеря.

— Я все думаю и думаю, Рей, — тихо сказал гер-цог, — вот, может быть, завтра в бою мы сложим головы. А что останется после нас? Замки, земли, деньги — все пе-рейдет в чужие руки. Какой след мы оставим с тобой на этой земле?

— Возможно, мы и оставили след, Альмер, только не знаем, где он теперь болтается… — задумчиво ответил Рей, разглядывая созвездия. Звонкое пение цикад почти заглушало его тихий голос.

— И почему они так побежали от нас? Как от чу-мы! — продолжал Альмер.

— Скорее всего, это просто глупость, малышки даже не представляют себе тех трудностей, с которыми они могут столкнуться, — откликнулся его брат. — Но без них грустно. Дай бог, чтобы их приключение обошлось нор-мально.

— И наше тоже, — добавил Альмер.

Не дожидаясь утра, почти прямо с ходу, вооружен-ный отряд пробрался прямо под стены осажденной крепо-сти. Крестоносцы обмотали копыта лошадей тряпками и прошли бесшумно мимо арабских шатров. Альмеру даже пришлось применить свое знание языков — он ответил на окрик стражника, и тот уверился, что идут свои. Высокую крепостную стену окаймлял со всех сторон глубокий сухой ров. Осаждающие замок сарацины не посмели спуститься по его крутым склонам. Тем более, что они и не могли предполагать — в глубине каменной расщелины имелся потайной вход в крепость. В узком каменном коридоре воины могли идти только гуськом — один за другим. Та-ким образом, даже один защитник мог остановить врага, пытающегося проникнуть вовнутрь. Путем подачи особых потайных знаков, защитники были заранее оповещены о прибытии подкрепления, и Альмер с его отрядом был радо-стно приняты в стенах крепости Бердуар.

План состоял в том, чтобы через некоторое время в темноте палестинской ночи вывести защитников крепости из стен замка и неожиданно напасть на войско сарацин. Однако ему не удалось сбыться. Уже утром крестоносцы увидели, что к расположившемуся под стенами войску, по-дошло очень большое пополнение.

— Придется теперь только обороняться, — проце-дил Альмер, наблюдая за перемещениями у стен крепости.

Родной замок

Изольда с замиранием всматривалась вдаль. Ее взору открывались знакомые с детства рощи, дубравы, поля. Она чувствовала, как с каждой минутой стук ее сердца стано-вился все сильнее и сильнее. Она высунулась в окно и ждала, когда, наконец, на горизонте появятся стены родно-го замка. Ее нисколько не смущала пасмурная погода, не смущало то, что ее темные локоны были покрыты капельками начинающегося дождя.

— Изольда! Погода холодная, смотри, уже дождик моросит, ты простудишься! — Ирис тревожно подергала ее за плечо.

— Пускай моросит! Пойми, я еду к себе домой, по-нимаешь, к себе! И этот дождик принадлежит мне! — Изольда повернулась к ней на мгновение.

Ирис промолчала ей в ответ. В минуты ликования Изольда была глуха к чьим-то советам. Ирис понимала ее чувства. Ведь Изольда получила то, о чем мечтала на про-тяжении всех этих четырех лет. Главная цель ее жизни бы-ла достигнута.