Чтение онлайн

В общем — направились мы к стене, в направлении условного энергоцентра — он довольно неплохо определялся по электромагнитному фону, несмотря ни на что. Макенси рубит Деремитой по кругу и…

— ХОРОШ ПО МНЕ СТРЕЛЯТЬ, ДУРАЧЬЁ!!! — возмущался Эмик, пока я пытался справиться с приступом смеха.

Может, и немного истеричного, но всё равно вышло смешно: не успел вырезанный круг металла упасть, как мимо Макенси проскочил… дрон-добытчик, из тех что были на Сто сорок девятой. Сфера двух с лишним метров диаметром, тащившая перед собой вырезанный кусок металла, как щит. Макенси отпрыгнул, полоснул барионником по дрону, но его это не остановило, и щит впечатался в нас с Эмиком, прикрывающих остальных (ну, на всякий случай). Смешным же было вот что: реакция у всех оказалась на заглядение и столь избыточная, что слов нет. Итак, щит из металла вписался в наш с Эмиком щит, причём дроид, посечённый Деремитой, был, скорее всего, на последнем техническом издыхании. Близнецы грозно пискнули «перехватываем управление!» Веснушка зарядила в дрона разгонником, да и Хло лазером добавила. И это нас повалило на контейнер с барахлом — удар дрона был довольно ощутимый, а приправленный снарядом разгонника нас таки повалил.

То есть: валяется Эмик, с куском металла, согнутым его ручищами, на котором жалкие ошмётки, бывшие некогда дроном. Ну и высказывает громогласно своё неудовольствие, благо дыра, через которую мы попали в модуль, давно «заросла», и атмосферу к нам напускали.

— И не смешно совсем! — обиженно высказался Эмик личным каналом, почувствовавший мои эмоции.

— Да ну? — уточнил я.

— Ну… немного, — признал Бронзовый. — Дурацкий Гален, и окружает тебя дурачьё!

— Давай подниматься, — собрался я, глянув на телеметрию.

Дело в том, что, похоже, этот самый дрон был первой ласточкой. Потому что за «прорезом» в обшивке к нам бодро чесали ласточки вторые, третьи и дальше по списку. И какие-то роботизированные платформы пёрли в несметных количествах. Потому что сметать через коридор, забитый всякой техникой, получалось хреново. Фафнир просто взорвался структурированным электромагнитным полем — это явно Вили с Вё брали под контроль роботов-дронов. Но лишь некоторую часть — хотя молодцы, конечно. А народ после случившегося не то, чтобы протупил, но явно ждал «приказа», от греха. А то с «бронзовым повержением» у них хоть и смешно, но явно неловко вышло. Впрочем, я добрый и щедрый, приказ зажимать не стал, и через секунду мы начали роботов изводить. Изводим мы, изводим, в основном барионниками, а эти сволочи роботизированные прут и прут! Причём воюем уже в трёх направлениях — по коридору, в котором мы оказались, прорубившись с двух сторон, тоже попёрли роботы и дроиды. Добывающие, перерабатывающие, чёрт знает какие, но много и прут, как психи. Притом, что вреда нам, по сути, причинить не могут, но уже просто мешают двигаться своими сломанными корпусами!

— Да что ж вы себя так не бережёте-то?! — посетовал эмик, топча очередного робота ножищей, объятой защитным полем. — С этим надо что-то делать, Гален, мы сейчас…

— Понимаю. Думаю, имеет смысл прорубиться на нижний этаж — там будет посвободнее, — ответил я и Эмику и в боевой чат.

— А они… отходят, — растерянно констатировала Хло.

Так и было — остатки (хотя чёрт знает, что было в тылах, может, и авангард) роботов и дронов откатывались, преследуемые законтроленными близнецами собратьями. А вот у меня резко испортилось настроение.

— Думаешь? — уточнил Эмик с некоторым волнением.

— Иногда, — закономерно погордился я. — Все к нам, вплотную! Готовьте барионники — возможно, придётся прорубаться наружу!

Команда ломанулась к нам, а Эмик создавал форсированный щит от твёрдоструктурных объектов. Дело в том, что два фактора в виде плана «пробится ниже» и отступления робоорды натолкнули меня на, в общем-то, логичную мысль. А именно: модули пиитов состоят из морфирующего металла. По сути — кучи микророботов, свободно меняющих структуру своих объединений. Все свойства получающегося материала мы толком не изучили, да и не могли: подозреваю, он очень многовариантен, хотя и вряд ли из него можно создать сложные приборы, инструменты или оружие. Но часть этого всего — точно можно. А главное, «завалить массой» нас можно, не используя дронов и роботов, а используя возможности модуля.

И события показали, что я прав: стены и потолок изогнулись, пытаясь нас сплющить, но уткнулись в поля. А я, Эмик, Пао и Хло, да и близнецы, судорожно разбирали данные о структуре этого материала. Хотя первые данные мы уже получили: металл, естественно, морфирует, но совсем не мгновенно. Почти пять секунд понадобилось полу, потолку и стенам, чтобы заключить нашу защищённую щитом группу в металлический пресс. То, что сволочной пиит делал это нарочито медленно — не верилось от слова совсем. Далее, давление на щит было приличным, но никак не запредельным. Оно увеличивалось-уменьшалось, этакими толчками, но даже с некоторым перебором — часть микророботов по периметру вышли из строя, дав нам дополнительные данные.

— Видишь? — риторически и довольно уточнил Бронзовый.

— Естественно, — не менее риторически и не менее довольно ответил я.

— А вы о чём? — поинтересовалась Веснушка.

— О чём-о чём?! — запищали близнецы.

Ну я и ответил — что ж не ответить, когда спрашивают? Дело в том, что в момент разрушения структуры микророботов мы поняли ряд особенностей. Без разрушения — ни черта не понимали, но теперь выходило если не совсем просто, то и не сложно. Так вот, микророботы, составляющие собой пиитский морфический металл, делали не вещество, а этакую… симуляцию вещества. То есть то, что мы раньше воспринимали перекаченностью энергией — ей и было, но потери происходили от того, что каждый микроробот был связан с определенным количеством окружающих его… силовым полем. Довольно специфической конфигурации, но именно полем. И каждый робот — как бы атом, а окружающие его поля — решётка вещества. Ну и вариантов соединения и свойств — до чёрта, как понятно. Но для нас с Эмиком — уязвимость структуры. В общем, просветили мы команду в свои выводы и начали менять конфигурацию полей. И, пусть и не сразу, но через десяток минут сжимающий нас металл начал осыпаться металлической пылью. Чем сильнее сжимал, тем сильнее осыпался, как понятно. А мы высчитали направление на энергоцентр, переконфигурировали поле на этакий таран, ну и медленно попёрли по направлению центра через металл. Можно сказать — поплыли, только не в жидкости, а в металлической пыли.

Пиит-ворюга явно за нами наблюдал — скорее всего, через датчики микророботов, точнее, через объединения микророботов, составляющих металл. Его структура менялась, давление то нарастало, то пульсировало, но основа в виде микороробота с полями была неизменной. Так что никаких проблем мы не испытывали… Ну, почти — сочетание «поля разрушения» и защитного, против тяжелоструктурных объектов, медленно но верно перегревало эмиттеры, которых у нас и так было поменьше штатного количества. Но в принципе, судя по динамике, доберёмся до энергоцентра без критических повредждений, хотя неприятно, конечно.

Но управляющий гадствами против нас пиит, к сожалению, был не конченным дурачьём. Так что через несколько минут стены просто разошлись, перестав перемалываться в микротруху.

— Долбанёт или нет? — задумчиво прогудел Эмик, внутренне «морщась» и готовясь врубить щит на полную.

И — не долбанул. А поступил нестандартно, хотя довольно бессмысленно. С другой стороны, у металла выходила ограниченная скорость морфирования, так что «долбанть» так, чтобы нам было действительно неприятно, у пиита бы не вышло. Но он и не пытался, а сделал наоборот

Стены корабля стали расходится вокруг нас, вдобавок — отключилась искусственная гравитация корабля. И в всё расширяющемся пространстве к нам бодро пошуровало десяток добывающих дроидов. Причём стопроцентно не «воевать», а именно «выкинуть» из модуля в расходящуюся за нашими спинами дыру.

— Дурачьё, про ионники-то забыл, — насмешливо прогудел Эмик.

— Да и вариантов противодействия нам у него не особо много, — отметил я, с сомнением уставившись на сияющий в отдалении жёлтым светом пиитский термоядерный реактор.

Энергоцентром был именно он, а источником энергии была реакция термоядерного синтеза, ограниченная полями. И вот смотрел я на него и немного не понимал — а на хрена мы к нему рвались-то?

— А куда? — резонно поинтересовалась Веснушка, на мой риторический вопрос.

— Гален, не тупи, других вариантов не было. Хотя что с ним делать — непонятно. Если мы его раздолбаем… — на этом Бронзовый промолчал, но недоговоренное и так было понятно.

Ну в смысле порушить поля мы порушим, но взбесившийся термоядерный пожар, лишённый полевой ловушки — чёрта с два удержим, особенно на перегруженных и частично пережжёных эмиттерах. Так что не факт, что своих-то прикрыть сможем — всесь спектр реакции полявыяснить не дают. но вероятность что рванёт так, что только мы с Эмиком и уцелем — вполне есть. Есть даже такая, что и мы с ним не уцелеем, так что нахрен этот реактор раздалбывать. Но двигать, кроме как к нему тоже непонятно куда, хотя что сейчас делать — непонятно.