Чтение онлайн

Ариэлла и я мало разговаривали, а когда все же говорили, то часто о настоящем, о Зимнем и Летнем Дворах, о Железных фейри, которые не так давно вторглись в наш мир. Мы избегали разговоров о прошлом, старых охотах и долгих ночах в Диком Лесу. Хотя воспоминания продолжали всплывать каждый раз, когда мы говорили. Но со времени сна о Меган, Ариэлла казалось другой личностью. Она была очень тихой, погруженной в себя, размышляя о будущем, которого я не мог видеть. Ее улыбки казались натянутыми и выдавленными, ее смех окрашен меланхолией. Однажды, когда я спросил, показывали ли ее видения что-нибудь о ней самой, ее глаза потускнели, и она посмотрела прямо сквозь меня, прежде чем встряхнуться и отогнать их, улыбнувшись. Но в течение долгого времени после этого, она созерцала Реку Грез. И хотя я мог дотянуться и коснуться ее, почувствовать ее мягкую кожу под кончиками пальцев, казалось, я смотрел на призрака, отражение человека, которого однажды знал.

– Здесь, — однажды ночью сказала она, присоединяясь ко мне на корме. Это была моя очередь сторожить, и я, облокотившись на перила, смотрел на проплывающий мимо лес. Когда Ариэлла бросила мне в руку апельсин, я моргнул и с любопытством взглянул на нее. — Съешь что-нибудь, — приказала она, указывая на фрукт. — Я почти никогда не видела, чтобы ты ел, и я знаю, что даже ты испытываешь голод время от времени.

– Как ты достала его?

Она на секунду выглядела смущенной.

– Неважно. Просто съешь его, Ясень.

В ее тоне слышалось предупреждение, но я не мог все так оставить.

– Где …

– Группа крылатых обезьян бросила его в меня, — Ариэлла скрестила руки и сверкнула глазами. У меня было странное чувство дежа вю. — В мое последнее дежурство, мы проплывали мимо сада на берегу, где жила, по крайней мере, дюжина обезьян, глазеющих на нас. Я бросила в них камень, и они … бросили в ответ. И не только продукты. — Она покраснела от смущения и взглянула с негодованием, чем меня рассмешила. — Поэтому лучше ешь это прежде, чем я засуну в твое горло что-нибудь еще. И это будет не банан.

Я засмеялся и поднял руки, сдаваясь.

– Как пожелаете, ваше высочество, — сказал я не задумываясь, но быстро стал серьезным. Теперь я знал, почему это чувство было настолько знакомым. На какую-то долю секунды Ариэлла звучала точно так же, как Меган.

И судя по лицу отстранившейся Ариэллы, она знала это тоже.

Вина пронзила меня, острая и болезненная.

– Эй, — сказал я, поймав ее за запястье, когда она начала отворачиваться. — Ари, послушай. Когда это все закончиться, когда мы вернемся из этого сумасшедшего путешествия, я все сделаю, чтобы ты смогла вернуться домой, если пожелаешь. — Она моргнула и пристально посмотрела на меня, как будто такая мысль никогда не приходила ей в голову. — Поместья твоего отца еще стоят, — продолжал я. Никто еще не попытался претендовать на них. Или ты можешь вернуться ко двору… не думаю, что Маб попытается остановить тебя. А если попытается, я могу с ней поговорить. У меня все еще есть немного влияния при дворе, и не важно, что Маб думает обо мне. Я хочу, чтобы ты знала, что о тебе позаботятся. По крайней мере, это все что я могу для тебя сделать.

Она слабо улыбнулась, хотя ее взгляд был отдаленным и недосягаемым.

– Если бы я хотела что-нибудь из этого, это у меня уже бы было, — мягко ответила она. — Я благодарна тебе, Ясень, но для меня уже слишком поздно возвращаться к той жизни.

– Я хочу помочь тебе, — спокойно проговорил я. — Все, что в моей власти, все, что я могу добровольно отдать — твое. Позволь мне попытаться все исправить. Просто скажи мне, что сделать.

Она подошла ближе, положив мягкую руку на мою щеку, настолько близко, что я мог видеть свое отражение в ее звездных глазах.

– Исполни задуманное, — прошептала она и отстранилась, отходя к кормовой части парома не оглядываясь назад.

КАКОЕ-ТО ВРЕМЯ спустя я очнулся от сна без сновидений и пристально осмотрелся вокруг. Это было почти мое время снова заступать на вахту. На противоположной скамье спала Ариэлла, мурчащий Грималкин свернулся около нее. Прядь серебристых волос упала ей на глаза. Я поднял руку, чтобы убрать их прежде, чем осознал, что делал.

Сжимая кулак, я развернулся и пошел к носу судна, где в лунном свете, всматриваясь в реку, сидел Волк. Его уши приподняты, нос по ветру, легкий ветерок взлохмачивал его глянцевую черную шкуру.

– Грядут перемены, — прогрохотал он, когда я встал около него и прислонился на перила, осторожно распределяя свой вес. Даже когда Волк сидел, макушка моей головы едва была на уровне его плеча, а когда он передвигался, лодка слегка кренилась в сторону. — Я чувствую запах. Либо что-то приближается к нам, либо мы почти там.

Я посмотрел вниз, наблюдая за рыбой в два раза длиннее парома, задевшей одну из его сторон, смерив нас одним огромным серебряным глазом и нырнув обратно в глубины.

– Как думаешь, мы натолкнемся на кого-нибудь прежде, чем достигнем Зарослей?

– Трудно сказать, — ответил Волк. — Я удивлен, что мы вообще заплыли так далеко без каких-либо проблем. Если верить коту, это потому что плот — часть реки, и проплывает мимо снов без привлечения внимания к себе или своим пассажирам. — Он фыркнул и скривил пасть, как будто только что заметив, что говорил о Грималкине в непринужденной манере. — Если вообще можно верить чему-нибудь, что он говорит. Кроме того, вероятно, это измениться, как только мы столкнемся с Зарослями.

– Как далеко? — спросил я.

– Не могу сказать. — Волк поднял голову и снова принюхался. — Но уже близко. У Зарослей особый запах, непохожий ни на что еще в Волшебном Царстве. — Он повернулся и смерил меня горящими, желто-зелеными глазами. — Надеюсь, твоя девочка знает дорогу. Я бродил по Зарослям бесчисленное время, и никогда не видел Края Мира.

– Она приведет нас туда, — мягко сказал я. — Я верю ей.

– Правда? — фыркнул Волк, оглядываясь обратно на реку. — Я бы не стал.

Я повернулся, прищурив глаза.

– Что ты имеешь в виду?

– Тьфу, мальчик. Разве ты не чувствуешь это? Полагаю, что нет. — Волк так же повернулся, опуская голову так, что мы были «лицом к лицу». — Твоя девочка что-то скрывает, маленький принц, — тихо прорычал он. — Она сильно пахнет печалью, нерешительностью и виной. И желанием, конечно. Оно даже сильнее, чем твое. О, не притворяйся, что не знаешь, о чем я говорю. Вы оба пахнете как олени при течке, которые не знают, сбежать или просто приняться за дело. — Он обнажил клыки в легкой улыбке, когда я уставился на него. — Но я был бы осторожен касательно ее, мальчик. Есть что-то, что она не рассказала тебе. Я не знаю, что это, и меня это не волнует. Но она не хочет, чтобы это путешествие закончилось. Ты можешь видеть это в ее глазах.

Я поглядел на Ариэллу, зная, что Волк был прав. Она что-то скрывала, что-то большее, чем просто ее чувства или видения или множество виденных ею будущих событий. Я заметил блеск золотых глаз на скамье и знал, что Грималкин наблюдал за мной. Но в тоже мгновение услышал хлопанье крыльев, и большая черная птица приземлилась на палубу.

Она превратилась в Пака в водовороте перьев, заставляя Волка сморщить морду и чихнуть.

— Осторожнее, — объявил Пак, стряхивая перья с волос. — Мы подходим к Зарослям. И, похоже, что река течет прямо через них.