Чтение онлайн

Бетина помотала головой:

— Нет, мисс! Видит Мастер-Всеустроитель, я говорю чистую правду. Грейстоун построен на кладбищенской земле, это уж доподлинно. Здесь хоронили пуритан — так, кажется, называл их мистер Грейсон. Первый из его рода, кто поселился тут, вырыл надгробия и перенес их в дубраву неподалеку, да только всех тел так и не нашли. Я знаю, что неправильно верить в духов и во всякое такое, но дело-то все равно скверное. Во время еретических беспорядков уж не помню в каких там годах контрабандисты ходов под землей понаделали. Пещеры известняковые на целую милю тянутся, до самой реки, а когда всех преступников оттуда выкурили, бочонки с деньгами да выпивкой так там и остались. Мистер Грейсон говорил, что люди из городка в тех туннелях козодоев видели, а еще потусторонних — вроде призраков, светящиеся такие, сбивают тебя с дороги и к подземному озеру заводят, чтобы утопить.

— Но при чем тут мой брат? — требовательно спросила я. — Он что, решил спуститься в эти пещеры? — От мысли, что Конрад заперт в сыром каменном мешке где-то под землей и не может даже позвать на помощь, у меня стиснуло сердце.

Дин разлил какао в две выщербленные кружки с видом заправского официанта.

— Бетина, — он подал ей ту, на которой утки в очках курили сигары. — Мисс Аойфе. — Мне досталась однотонная голубая. Пальцы Дина скользнули по моим, когда я взялась за ручку.

У Кэла вытянулось лицо:

— А мне?

— Хватило только на двоих. По-моему, девушкам гораздо нужнее успокоить нервы, чем тебе, ковбой.

Вновь устроившись на столе, Дин закурил с таким видом, словно всю жизнь провел на этой кухне. Кэл, ворча, занял место Бетины у очага и пристроил ногу на решетке. Его лодыжка уже возвращалась к нормальным размерам — хоть какую-то пользу эта предательница Алуэтт принесла.

Бетина подула в кружку.

— Мама нанялась сюда, когда я была еще маленькой. Я часто играла в главном холле — там так здорово выходило скользить по полу. Мистер Арчибальд хорошо к нам относился, не как суровый хозяин, хотя… привычки у него имелись странные.

— Как и у многих богатых людей, — резко заметила я. Уж не знаю, с чего я так бросилась на защиту отца, но мне казалось, я поступаю правильно.

Бетина немедленно нахохлилась:

— Я и в мыслях не держала его осуждать. Но только все равно, мисс, воля ваша, что-то с этим домом было неладно. Мне то и дело снились кошмары, от которых я просыпалась. И такая меня жуть брала — вот будто кто смотрит в мое окно на чердаке из сада, наблюдает за мной. — Она отхлебнула какао и скривилась. — Молоко прокисло.

— Чем богаты. — Дин покачал фляжкой. — Глоток-другой остался, можно сдобрить слегка.

— Ни в коем случае, — чопорно поджала губы Бетина, со стуком ставя кружку на стол, будто одно только предложение спиртного было оскорбительным.

— Кто-то смотрел за тобой из сада, — напомнила я, ожидая продолжения и в нетерпении притопывая необутой ногой по плитам пола. — Так кто это был?

— Я когда вылезла из кровати проверить, закрыта ли задвижка… вот тут-то я их и увидела, там, снаружи, в лунном свете.

— Опять таинственные «они». Прямо мурашки по коже. — Дин уже покончил со своей сигаретой и рылся в тумбочках. Раскопать ему удалось только пакет древних коржиков с патокой, от времени совершенно окаменевших.

— Я называю их «высокие люди», — проговорила Бетина тонким голоском, точно та самая девочка, что просыпалась от кошмаров. — Еще у них бледная кожа. Холодные глаза. Они выходили из леса гуськом, друг за другом. Каждое полнолуние. Я слышала, как мистер Грейсон шагал у себя в библиотеке в те ночи — взад-вперед, взад-вперед.

Протянув руку, она накрыла ей мою. От неожиданности я вздрогнула. Ладонь Бетины нагрелась от кружки, но у меня все внутри похолодело.

— Я не хотела шпионить, правда, — прошептала она. — Я бы ни за что не стала влезать в чужие дела.

Я высвободила руку из-под ее потной ладошки.

— Бетина, но что этим «высоким людям» было нужно от моего отца?

— Мне и думать про то не хотелось, мисс, — чуть слышно пролепетала она. — Такие они жуткие были, со своими бледными лицами, и бледными пальцами, и прозрачными глазами… один как глянул на меня в окно, и у меня словно ни одной мысли в голове не осталось, клянусь вам. Кожа у него так и сияла в лунном свете, глаз не оторвать, до чего красиво… — Слеза скатилась по ее снежно-белой щеке и повисла капелькой, но Бетина даже не заметила. — Смотрела бы и смотрела, хоть в груди у меня все ужас как затрепыхалось, когда он на меня эдак вот уставился. Я и хочу спрятаться, да не могу… — Оборвав себя на полуслове, она судорожно сплела пальцы. — Наверное, я глупости какие-то говорю, мисс.

— Поверь мне, Бетина, ты говоришь разумнее, чем многие мои знакомые, — ответила я. Хоть она и выглядела явной трусихой, да и не особо смышленой к тому же, мне ее стало жалко. Все-таки она провела столько времени одна, запертая в пустом доме, да и «гости» отца, кто бы они ни были, явно до смерти ее напугали. Я махнула Кэлу, чтобы он освободил кресло. — Давай ты устроишься поудобнее и расскажешь мне, что случилось потом, — предложила я, стараясь говорить с интонациями нянечек из приюта Нериссы, бесконечно добрых, терпеливых и сверх всякой меры заботливых.

Как и пациенты приюта с их затуманенным лекарствами сознанием, Бетина, казалось, даже не заметила, что я пытаюсь ее умаслить.

— Благодарю, мисс. Вы не такая уж хулиганка, как я поначалу думала, — сказала она, промакивая щеки кончиками кружевных манжет и садясь. — Говорить о «высоких людях»… это немного выбивает меня из колеи. Я чувствую себя настоящей дурочкой.

— Извини, Бетина, — вмешался Кэл, — а может, ты видела обычного человека, из плоти и крови, только в призрачном плаще, как в комиксе «Фантазм»?

— Конечно, нет, — презрительно фыркнула девушка. — В этих самых комиксах все не по-настоящему вообще-то.

Кэл сделался пунцовым. Дин поскорее сунул горсть черствых коржиков в рот, только чтобы не расхохотаться.

— Так Конрад повстречался с этими «высокими людьми»? — спросила я. — Что они с ним сделали?

В отличие от меня Конрад ничего не боялся. Он бросился бы навстречу чему-то таинственному, даже не раздумывая. Это я обо всем беспокоилась, прикидывала и так и сяк, призывая на помощь логику, прежде чем предпринять что-либо серьезнее выбора нового карандаша из коробки.

Бетина наклонила голову, то ли в знак согласия, то ли просто скрывая свое замешательство.

— Потом мистер Грейсон исчез. Оставил записку в кабинете, что распускает всех слуг. Одежда, несколько его любимых книг, пара крепких ботинок, бритвенный набор… ничего этого на месте не было, зато в спальне и гардеробной такой кавардак остался, что мне одной целый день прибирать пришлось. Дневник хозяина — и тот на полу валялся, будто мусор, — добавила она, накручивая кудряшки на палец.