Чтение онлайн

— Это хорошие новости, Эдуард! Очень хорошие!

Тот уставился на него.

— Сэр?

Поливанов похлопал его по плечу.

— Соберись. Разве не видишь? Если поляки начали окапываться и оценки их численности не врут, они решили сделать первый шаг здесь. Я уже боялся, что они просто будут гарцевать перед нами, ездя туда-сюда и иногда нападая на наши силы, словно казаки. — Он покачал головой. — Но здесь нам противостоит, по меньшей мере, полная бригада. Никто не действует по схеме «бей и беги» такими силами.

— Поляки пытаются задержать нас, — предупредил его начальник оперативного отдела. — Если мы начнем разворачиваться для подготовленного наступления, мы дадим им время, чтобы собрать больше войск. Но если мы атакуем их с ходу, без надлежащей подготовки, эти заслоны могут оказаться достаточно сильны, чтобы разбить нам носы в кровь.

— Действительно, — согласился Поливанов, все еще улыбаясь. — Это означает, что мой польский коллега только что сделал первую серьезную ошибку. — Увидев недоуменные взгляды, он пояснил: — Наша главная цель состоит в уничтожении польских вооруженных сил, господа. Не оккупация территории Польши ради оккупации территории. После того, как мы уничтожим их солдат, все стальное станет нашим.

Он положил руку на карту.

— Если они выставили против нас только одну бригаду, мы уничтожим эту бригаду. И затем двинемся на запад против ослабленного — и деморализованного поражением врага. Если же поляки направят сюда дополнительные силы, они сделают нашу задачу намного проще. — Он покачал головой. — Нет, господа, мы все сделаем правильно. Наши враги думают, что у них есть опыт войны. Но с кем они сражались? С горсткой оборванных дикарей в Ираке или Афганистане!

Оставшиеся закивали. Поляки имели обширный опыт борьбы против исламских экстремистов в этих далеких пустынных странах. Но там имели место полицейские по сути действия при поддержке американцев и других союзников по НАТО. Война малой интенсивности против слабо вооруженных партизан и террористов. Уроки этих войн не дадут никакого преимущества в понимании того, что требовалось в борьбе против масс российских танков, боевых машин пехоты и артиллерии [56] .

Улыбка Поливанова стала еще шире.

— Мы научим этих дилетантов тому, что такое современная война. Как бы глубоко они не окопались, мы сначала подавим их огнем, а затем уничтожим.

— Мы могли бы начать с авиационных ударов, — предложил начальник оперативного отдела. — Если ВВС разбомбят дороги в их тылу, поляки окажутся в ловушке и будут не в состоянии перебрасывать подкрепления или отступать. А еще одна волна истребителей-бомбардировщиков может обеспечить авиационную поддержку нашему наступлению.

Улыбка Поливанова впервые сузилась.

— Москва не хочет привлекать военно-воздушные силы к наступательным действиям — пока наши летающие товарищи не выяснят, что пошло не так прошлой ночью. — Он пождал плечами. — Они клянутся, что прикроют нас от польских самолетов, но на данный момент, все в наших руках.

— Итак, все на артиллерию, — сказал один из офицеров.

— Верно, Иосиф, — согласился Поливанов. — И реактивные системы залпового огня. — Он окинул взглядом подчиненных. — Разворачивайте передовые танковые и мотострелковые бригады в боевые порядки по обе стороны шоссе, господа. И поднимайте артиллерию. Я хочу, чтобы орудия могли молотить по каждому квадратному метру польской обороны. — Он обозначил район развертывания на карте. — После того, как все будет готово, мы разнесем все к чертовой матери массированной артподготовкой, а затем выдвинем танки и пехоту, чтобы закончить дело.

Начальник оперативного отдела посмотрел на часы.

— Это займет несколько часов, сэр. Подготовку артиллерии не удастся завершить до темноты. Возможно, даже больше.

— Это им не поможет, — сказал Поливанов и пожал плечами. — Если мне нужно отдать немного времени, чтобы получить в итоге больше мертвых поляков, я буду только рад.

В нескольких сотнях метров перед подготовленными оборонительными позициями, небольшая группа польских солдат присела рядом со сгоревшим остовом российского БТР-80. Они прикрывали своего командира, лично выдвинувшегося на разведку, дабы посмотреть, чем занимались русские.

Генерал-майор Милош Доманский лежал, опершись на локти, среди поваленных колесами стеблей кукурузы, изучая противника в бинокль. Над дальними полями, лесами и небольшими деревнями висели густые облака пыли, медленно расползавшиеся на юг и на север по мере того, как колонны российских танков и боевых машин пехоты разворачивались рядом с шоссе. Он прищурился. Судя по объемам поднятой пыли, он прикинул, что русские разворачивали как минимум три полные бригады в боевые порядки.

Еще один офицер подполз к нему.

— У нас новое сообщение о разведки «Железного волка», сэр.

— И?

— Капитан Шофилд говорит, что противник разворачивает крупные соединения самоходных артиллерийских и буксируемых орудий, а также реактивных систем залпового огня «Град» за своими мотострелковыми частями. Он насчитал более двухсот орудий и еще больше прибывают по шоссе.

Домански усмехнулся.

— Русские купились. Поливанов планирует подготовленное наступление.

— И потратить все драгоценное топливо? — Отметил его подчиненный. Основные боевые танки, такие как Т-72 и Т-90 сжигали более двухсот литров дизельного топлива на каждый километр — и намного больше при передвижении по бездорожью. Т-80, остававшиеся в российском арсенале, жрали топливо в еще большем количестве.

— Не только топливо, но и ресурс танковых гусениц и двигателей, — сказал Домански. Он опустил бинокль. — Поливанов следует доктрине буквально. Это означает, что он намерен сначала подавить нас артиллерией.

— Более двухсот артиллерийских орудий, выпускающих шесть-восемь снарядов в минут сделают это место очень неудобным, генерал, — пробормотал младший офицер.

Доманский кивнул.

— И так будет, Кристиан. — Он похлопал молодого человека по плечу. — Все больше поводов следовать нашему плану? Пускай русские размолотят несколько квадратных километров пустой украинской земли, пока мы будем смотреть на фейерверк с безопасного расстояния дальше по дороге.

— Не совсем пустой, — напомнил ему офицер. — Когда начнется обстрел, наши заслоны понесут потери.

Польский генерал вздохнул. Это было правдой. Хотя его русский противник действовал как узник военной доктрины своей страны, он не был идиотом. Русские будут зондировать их оборону до последнего момента. И если разведывательные силы смогут обнаружить, что поляки отступили, Поливанов отменит запланированный шквал, сохраняя все эти тысячи драгоценных снарядов для другой операции.

Чтобы не дать противнику этого понять, некоторым его подразделениям — частям 1-й «Варсовианской» [57] танковой бригады и 21-й горнострелковой бригады — придется удерживать позиции, уничтожая или отгоняя российские разведывательные силы огнем танков и противотанковых ракет. Но независимо от того, как сильно они рассеются, когда придет время, некоторые из танков «Леопард-2» и бронемашин KTO «Росомаха» будут уничтожены. Это означало, что множество молодых поляков под его командованием погибнут этой ночью.

Доманский сжал губы. Быть по сему. Но это будет еще один повод заставить русских заплатить за эту «победу».

Генерал-лейтенант Поливанов и его офицеры снабжения предприняли больше усилия по расположению частей снабжения. Было важно, чтобы запасы топлива, боеприпасов и запчастей находились достаточно близко к боевыми подразделениям для быстрого их обеспечения. Но следовало в равной степени удостовериться, что они будут расположены достаточно далеко, чтобы не попасть под огонь вражеской артиллерии и реактивных систем залпового огня. В результате, эшелон обеспечения 20-й гвардейской армии расположился в непосредственной близости от главного шоссе примерно в тридцати километрах к востоку от места предстоящего сражения.