Чтение онлайн

Мурфин двинулся к дому. Двое других последовали за ним, но остановились, не пройдя и пяти шагов. Блондин чуть присел и поднял пистолет, подпирая правую руку левой. Я уже видел этот полуприсед, хотя в тот раз голову блондина закрывала лыжная маска. Красного цвета. Мужчина с густыми бровями принял ту же позу, и я понял, что под голубой маской скрывался именно он.

Блондин целился не торопясь, точно так же, как и в Салли.

— Мурфин! — заорал я во всю мочь. — Сзади!

Вероятно, Мурфин многому научился у Грязного Френки из Питтсбурга, потому что в следующее мгновение он нырнул вперед и вправо и покатился по земле. Блондин выстрелил, но промахнулся.

Катясь по земле, Мурфин успел выстрелить дважды. Блондин пошатнулся, выронил пистолет, схватился за живот повыше пояса, затем медленно опустился на колени. И повалился на левый бок.

Мужчина с густыми бровями дважды выстрелил в Мурфина, но не попал и метнулся за «плимут». Мурфин вскочил на ноги и бросился к дому. Прежде чем он скрылся за углом, густобровый выстрелил еще раз. Мне показалось, что он не попал в Мурфина, но полной уверенности у меня не было.

— Мы представляли сегодняшний день несколько иначе, дорогой мальчик, — сказал Ловкач.

Я обернулся и увидел пистолет, который Ловкач держал в правой руке. Дуло пистолета смотрело мне в живот. Я решил, что это «вальтер» модели РРК. Много лет назад я выиграл такой же в карты.

— Мне остается только поблагодарить тебя за то, что ты позволил уйти Рут и детям.

— Мне очень жаль, Харви. Очень.

— Разумеется.

— Будет лучше, если мы немного поднимемся по склону.

— Пожалуйста.

— Ты иди первым.

— Чья это идея, дядя, твоя или Гэллопса? — спросил я, когда мы начали подниматься в гору. — Наверное, это глупый вопрос. Идея твоя, не так ли?

— К сожалению, воображение мистера Гэллопса несколько ограничено.

— Двухмиллионный выкуп. Вы разделили его?

— Харви, ты же не думаешь, что мне нужны деньги, не так ли?

— Нет. Конечно, нет. Полагаю, тебе нужна власть.

— И молчаливое признание моих скромных заслуг.

— Мне остановиться?

— Давай пройдем чуть вперед.

— Кто поддержал тебя, дядя?

— Несколько старых друзей, которые финансировали мой проект, хотя я, естественно, не мог рассказать им обо всем.

— Что же ты им рассказал?

— Я обрисовал в общих чертах политические последствия твоей так называемой версии желтого билета. Они были в восторге. Разумеется, я не вдавался в детали.

— Разговор, вероятно, шел на поле для гольфа? — спросил я. — Именно там зарождается большинство таких проектов, не так ли?

— Да, иногда мы действительно обсуждали наши проблемы на поле для гольфа. Идеальное место, скажу я тебе. Помнится, на шестнадцатой лунке мы нашли возможность передать мне деньги так, чтобы никто не узнал, откуда они поступили.

— И как вам это удалось?

— К сожалению, у нас очень мало времени.

Впереди я уловил какое-то движение. Дрогнула одна из сосновых веток, за ней, как мне показалось, мелькнуло что-то коричневое. Я подумал, что это не олень. И пошел дальше.

Мы прошли еще футов двадцать пять или тридцать, прежде чем Ловкач сказал:

— Я думаю, достаточно, Харви.

Я остановился.

— Может, мы сможем договориться? — сказал я чуть громче.

— По-моему, мы уже обо всем договорились.

Но я решил продолжить разговор, чтобы продлить свою жизнь еще на пару-тройку минут.

— Ты допустил несколько оплошностей. Пусть и незначительных.

— Неужели?

— Я обнаружил их сегодня утром, — я говорил все громче. — Только один человек знал, где находились Макс Квейн и Салли Рейнс перед тем, как их убили.

— И этот человек — я. Дорогой мальчик, ты просто умница.

— Я говорил с Максом Квейном из твоего дома и повторил его адрес вслух, чтобы получше запомнить. Думаю, ты тоже не забыл его. Когда же Салли позвонила Одри, а Одри — тебе, чтобы найти меня, ты, должно быть, вытянул из нее адрес Салли. А потом твои наемные убийцы опередили меня и разделались и с Максом, и с Салли.

— Харви!

— Что?

— Ты не мог бы повернуться ко мне лицом?

— Сейчас! — крикнул я и прыгнул вперед и в сторону.

Футах в тридцати от нас, вверх по склону, из-за сосны выступила Одри. На ней была коричневая рубашка и желтоватые вельветовые джинсы. В руках она держала исчезнувшую из стенного шкафа винтовку М-1. Ее дуло смотрело на нашего дядю.

Я взглянул на Ловкача. Тот переводил взгляд с меня на Одри. Наконец он решил, что Одри более опасна, поэтому поднял «вальтер» и прицелился в нее.

— Не делай этого, дядя, — сказала Одри. — Пожалуйста.

Ловкач тщательно целился. С тридцати футов он мог и промахнуться. Его губы чуть дернулись. Одри плавным движением вскинула винтовку к плечу, раздался выстрел, и под левым глазом Ловкача появилась черная дыра. Пока он падал, вторая пуля угодила ему в шею, а еще две вонзились в грудь, когда он уже лежал на земле.

Я вскочил на ноги, бросился к Одри и обнял ее. Она вся дрожала.

— Я… я еще умею стрелять, не так ли, Харви?

— Да.

— Джек научил меня, — под Джеком подразумевался Джек Данлэп, ее погибший муж.

— Я знаю. Я рассчитывал на это.

— Джек говорил, что я хорошо стреляю. Чертовски хорошо. Он всегда так говорил.

Она посмотрела на лежащего Ловкача.

— Будь ты проклят, Ловкач. Ну почему он был таким, Харви?

— Откуда мне знать?

— Сначала я не могла ничего разобрать, но потом ты заговорил громче, и я слышала каждое слово. Я не жалею, что убила его. Но мне жаль, что он оказался таким мерзавцем.

— Одри!

— Что?

— Зачем ты взяла винтовку?

— Мне пришла в голову безумная мысль.

— Какая?

— Что мне надо прийти сюда, проглотить горсть таблеток, приставить дуло ко рту и нажать на курок. Но я не смогла этого сделать. А может, и не хотела.

Я наклонился, подхватил с земли брошенную Одри винтовку и протянул ее сестре.

— Оставайся здесь, пока я не позову тебя.

— Куда ты идешь?

— Около дома остался еще один тип.

— И что, ты собираешься бросать в него камнями?