Чтение онлайн

Однако Ветру не дали "подумать" вдосталь. Ночь он провел в узилище, а ранним утром стихотворца под стражей отвели к городским воротам, откуда препроводили в местное Святилище Дракона. У ворот его передали людям в белых плащах, огласили распоряжение Городского Совета Вальвира. Из него следовало, что здешним служителям надлежит установить, является ли Вольный Ветер "подлинным чародеем", умышлявшим зло, или же простым мошенником, не имеющим касания к запрещенным искусствам. И дать в том отчет вышеозначенному Совету.

Казалось бы, порядок ничем не отличался от предписанного в подобных случаях. Однако теперь, наконец, прояснилось, кто же в действительности устроил вчерашнее представление.

За ночь, отведенную на устрашение и размышление о своей будущей судьбе, Ветер не успел ни того, ни другого. Зато много вспоминал, по привычке разговаривал с Драконом. Его заботил только Илча. Они встретились годы спустя, нерадостно, даже врагами, но ведь встретились! Отныне Ветру известно, что парень не сгинул, и ладно - уже облегчение. И если тому по пути со здешними служителями… то следующей встречи и не нужно. Пусть все останется как есть, не время плодить новые шрамы. Правда на этой дороге иногда хуже лжи. Пусть лучше мстит из застарелой ненависти, а не предает из грубого расчета.

Стихотворец молча следовал за проводником по узким подземным коридорам, потом его бесцеремонно толкнули в какую-то маленькую дверку - Ветер едва не заработал шишку под низкой притолокой - и бросили в кромешной тьме. Наверно, такова его здешняя тюрьма - ни луча света. Чтобы лучше думалось. Или вспоминалось.

Служители таки настигли его, и не где-нибудь - в родном городе. За последние два-три года они несколько раз подбирались к Ветру, соблазняли, завлекали, угрожали, расставляли западни, но до сих пор удавалось счастливо избегать их ловушек. С небольшими потерями, слишком легко, и потому казалось, что так будет вечно. А потом Драконьи слуги исчезли вовсе, и Ветер решил, что они отступили. Оказалось, не навсегда. Видимо, время пришло.

И словно мысли его отозвались чьим-то чужим, из ниоткуда раздалось:

– Пришло время встретиться, Вольный Ветер. Ты не находишь?

Незнакомый голос. Звучный и сильный, зовущий за собой. Ветер не смог бы забыть, доведись ему хоть раз встречаться с его обладателем.

– Я думал о том же, - ответил он негромко.

На излете жизни можно позволить себе все что угодно. Тем более теперь, когда прошлое настигло его и терять больше нечего.

– Итак, наши намерения совпали!
– громогласная насмешка раскатилась под сводом.

Ветер ответил молчанием. Потуги, достойные мастерства бродячей труппы, пусть и очень неплохой, на этот раз хотелось опустить. Незнакомец тоже не спешил с продолжением. Молчание затянулось.

– Входи же. Нехорошо томить гостя у порога, - наконец, несказанно удивив своего "гостя", пригласил хозяин.

Впереди обозначилась полоска света, Ветер, поколебавшись какое-то мгновение, решительно отворил дверь, шагнув навстречу судьбе. И попал в подземный покой, убранный очень скупо - это все, что успело открыться глазу. Потому что у ближайшей светильни, всего в нескольких шагах, высилась фигура в сером балахоне, обтекавшем с головы до ног.

Даже лицо терялось в густой тени опущенного капюшона. Но здешнего хозяина нельзя было спутать с любой другой из серых теней, сновавших темными коридорами Святилища. Порой безликость кричит о могуществе. Такое бывает редко, но все же случается. Здесь же самый воздух пропитался силой и превосходством. И еще смутно знакомыми ароматами южных трав. И еще чем-то… уже незнакомым.

Фигура молча указала на камин полураскрытым свитком. Ветер покосился на рукопись, небрежно схваченную Серым одними пальцами, но разобрать ничего не смог. Повинуясь, он не без удовольствия подобрался к камину - изрядно продрог на осеннем ветру, нерешительно остановился у кресла.

– Выбирай любое, у меня нет предпочтений, - донеслось из-под капюшона.

Тот же самый голос, только потише, не усиленный никакими хитрыми дырками в стенах, и от того еще более притягательный.

Ветер сел, вытянул ноги к огню, гадая, что последует дальше. Таинственный "хозяин" не собирался начинать с угроз, хотя, казалось бы, накануне уже прижал Ветра к стене, теснее некуда.

Сам же Серый принялся неторопливо вышагивать неподалеку, очевидно, приглядываясь к гостю. Ветер подавил в себе соблазн ответить тем же и принялся с преувеличенным вниманием рассматривать просторный покой с высоким сводом, где Нимоа сподобил его очутиться.

Да, тут не было роскоши, здесь вообще не было ничего лишнего. Все просто и голо. И едва, словно неосторожно обнаруживая скрытый вкус владельца, оттенено редкостями. Как шкура серебристой рохши, небрежно брошенная перед камином. Как мягкие кожаные футляры-инкрустации на свитках, сваленных прямо на пол. Как два тонкостенных стеклянных кубка необычайно искусной работы: кажется, дунь - и полетят осколки. Ветер невольно залюбовался диковинкой, не без удивления примеряя ее к приземистому, грубо сработанному деревянному столику.

– Это подарок, - пояснила тень в балахоне, улавливая малейшие изменения в настроении гостя.

Ветер пожал плечами, показывая свое полнейшее безразличие, однако холодок знакомо заструился по спине. Многие годы и многие люди до предела обострили его чувства. Редкая проницательность не раз позволяла проскользнуть в одном волосе от опасности, выбраться из самой надежной западни. Однако эта серая тень не уступала Ветру ни в чем. Страшно подумать, но, похоже, она даже превосходила его. И еще имела огромное преимущество - ее лицо и замыслы надежно скрыты завесой.

Между тем, хозяину надоело молчаливое действо, и он тоже подался к камину, по дороге стукнув чем-то за спиной у Ветра. Опустился в соседнее кресло, без звука поставил на столик невзрачный глиняный кувшин, узкогорлый, в кожаной оплетке. Жестом пригласил своего гостя угощаться.

– Ты любишь золотое витамское, стихотворец, - бросил он, небрежно поглаживая пальцами свиток, что так и не выпустил из рук.

Незнакомец утверждал. Казалось, он читал своего гостя как буквенную вязь на пергаменте, и ни одна мысль не смела от него укрыться. Или он вызнал о стихотворце все, что только можно, прежде чем встретиться лицом к лицу. Ветер решил, что больше отмалчиваться не стоит.

– Господин превосходно осведомлен о моих предпочтениях. Слишком много чести бродячему стихотворцу.

– Возможно.

Серый уткнулся в свой свиток, не забыв еще раз жестом пригласить гостя отведать напиток. Если в вине не было отравы или чего-нибудь похуже, то после вчерашнего он слишком явно перебарщивал с гостеприимством. Ветер усмехнулся. Неужели радушный хозяин надеется, что его приглашение благосклонно примут?

Серый поднял голову.

– Не слишком ли часто Вольный Ветер рисковал своей жизнью, чтобы отступить перед кувшином витамского?
– уронил он, собственноручно наполняя оба кубка.