Чтение онлайн

Удивительно, почему ее мать считает, что любовь не главное в жизни? Это девушку невероятно озадачило. Разве что-то может быть сильнее этих чувств?

Позже, мучаясь без сна, Сандра пыталась представить лицо Хуана Рисаля де Аламо. Весьма вероятно, что он сильно изменился за десять лет. Но его зеленые глаза, такие бесстыдно – насмешливые, не могли измениться. Впрочем, тогда она еще хотела расцарапать его смазливую физиономию за наглую выходку. Хорошо, если он забыл тот случай. Иначе она устроит ему веселенькую жизнь, что он горько пожалеет об этом.

Спустя два месяца барон дон Пабло Рисаль де Аламо прибыл в городской дом в Ла-Гуайре. Когда он в последний раз был здесь в марте, дон Пабло сообщил своему сыну, чтобы он женился на дочери купца. Правда, с тех пор барон больше не видел Хуана. Тогда дон Пабло, прождав его целую неделю в городском доме, так и уехал ни с чем. Теперь барон, приехав опять к нему, думал, что за это время Хуан одумается и вникнет в просьбу отца.

Однако, не обнаружив своего сына в доме, он пришел в ярость. И, вызвав к себе прислугу, дон Пабло излил на них свой гнев. Дворецкий тут же оправдался, как мог. Тогда барон де Аламо бросил на служанку недовольный взгляд и учинил ей настоящий допрос.

– Дора, где мой сын? – в нетерпении спросил он. – Почему его всегда нет в доме? Что он может делать в такое время, когда на улице стоит жара? Он что, нарочно скрывается от меня?

– Вовсе нет, – пролепетала Дора, с испугом взирая на своего хозяина. – Думаю, он скоро объявится, дон Пабло. У него какое-то срочное дело в порту.

– Ясно, что ты все скрываешь от меня, Дора.

– Никак нет, дон Пабло, – возразила смазливая негритянка. – Неужели вы до сих пор злитесь на своего сына, что он отказался жениться на вашей протеже?

– А как ты думаешь, Дора? – ответил вопросом барон де Аламо. – Разве я отправлял тебя из асьенды сюда для того, чтобы ты скрывала от меня проделки моего сына? Почему ты долгое время не давала мне никаких сведений о нем?

Дора в растерянности молчала. И дон Пабло в гневе заявил:

– Не думаю, что ты хочешь снова на плантацию, – и, пристально разглядывая девушку, живо добавил, – вижу, твоя бронзовая кожа давно зажила от следов бича. По всей видимости, ты теперь забыла, что это такое, верно?

Дора вздрогнула всем телом при одном упоминании об этом. Ей до сих пор снились страшные кошмары о своей прежней жизни на плантации. Господский дом в Ла-Гуайре был куда приятнее того, что она ранее испытала в асьенде «Роза Бланко». Но быстро взяв себя в руки, Дора проговорила:

– Дон Пабло, уверяю вас, мне просто нечего было сообщить вам о вашем сыне. Долгое время сеньора Хуана не было в господском доме. Я и сама ничего не знала о нем. Сегодня третий день, как он появился дома.

– Как не знаешь, чем он занимается? – взревел барон де Аламо, вперив в служанку леденящий взгляд. – Значит, так ты служишь мне. Ты должна была стать здесь моими глазами и ушами. Думаю, тебя не надо учить, как это сделать. Не так ли? – но, не получив от нее ответа, он продолжил. – Повторяю, ты должна сообщать мне все о Хуане. В общем, о чем он думает? Что делает? И что планирует? Тебе ясно, Дора? А сейчас иди! Иначе, обещаю, ты вернешься обратно на плантацию.

– Да, я поняла вас, дон Пабло, – кивнула головой Дора. – Я все сделаю, как вы приказали.

Когда служанка поспешно скрылась из его поля зрения, барон де Аламо тяжело вздохнул и, окинув гостиную взором, задумался. В его голову сразу же вкрались всякие подозрения.

Боже мой, что за человек его сын? Никакой ответственности! Неужели он хочет так беспутно прожигать свою жизнь? Ведь он в его возрасте был куда серьезнее и стремился чего – то достичь в своей жизни. А Хуан? Что он делает со своей жизнью? Впрочем, неизвестно, что у него в голове. Или он просто стал праздным прожигателем жизни?

Дон Пабло шумно перевел дыхание. В это ему не хотелось верить. Хуан наверняка что-то планирует. Впрочем, понятно, почему он не хочет жениться. Ему действительно еще рано создавать семью. Ибо сам он женился только в тридцать два года. Барон де Аламо не знал, как оправдать своего сына. Ах, если бы Инес была жива, то, может, все было бы иначе. Ведь Хуан сильно любил свою мать.

Барон де Аламо медленно встал с кресла и, поправив черный бархатный камзол с серебряным позументом, вышел во двор. Он решил найти камердинера Хуана. Наверное, он что-то знает о его сыне. Не может быть, чтобы Рокко не был в курсе его дел.

Однако Рокко нигде не было видно. Дон Пабло пошел к пристройке, стоявшей в стороне. Но и там, в клетушках для слуг, он не нашел его. Ясное дело, их обоих нет. Значит, они оба чем-то заняты. Но чем? Почему Хуан не хочет довериться мне? «Что он скрывает от меня?» – барон лишь покачал головой и решил вернуться в дом. Он должен немного отдохнуть с дороги, пока нет сына. Кажется, дорожная тряска вконец вымотала его. Ведь неблизкий путь до асьенды «Роза Бланко», где он жил с молодой женой – креолкой Лили.

Между тем Хуан Рисаль со своим камердинером полдня провели в таверне, дожидаясь заказчика, чтобы сбыть ему привезенные товары. Когда дело было сделано, они поспешно направились в порт. В порту они пробыли недолго и, встретившись там с нужными людьми, заглянули в ювелирную лавку. После чего они, оставив позади шумный морской порт в Ла-Гуайре, наконец добрались до скрытой бухты, где на якоре стоял двухмачтовый бриг Хуана «Сан-Леон».

А несколько матросов из экипажа судна сидели на валунах, которых омывали набегающие волны Карибского моря. Они остановились недалеко от них. Хуан Рисаль бросил на свое судно взгляд.

В последнем рейсе его бриг «Сан-Леон» попал под шторм. И хотя это было крепкое двухмачтовое судно, теперь оно имело жалкий вид. Хуан Рисаль взглянул на сорванные паруса, сломанную фок – мачту и поврежденный штурвал. И покачал головой:

– Боюсь, тут требуется хороший ремонт. Как ты думаешь, Рокко, сколько времени это займет?

– Не больше недели, сеньор, – ответил крепкого сложения мужчина, метнув на бриг взор.

– Скажи, какие еще повреждения ты нашел, Рокко? – Хуан пытливо смотрел на своего камердинера. – Кстати, ты хорошо осмотрел судно?

– Да, сеньор Хуан, – кивнул тот. – На корме есть небольшая пробоина. Да и борта брига требуют починки.

Хуан Рисаль бросил взгляд на матросов, не замечавших их.

– Почему они сидят? – удивился он.

– Они ждут подмогу, сеньор, – пояснил Рокко. – Сегодня должны прийти плотники, работающие в порту. Они и будут латать наше судно.

– Понятно, – процедил Хуан Рисаль. – Знаешь, Рокко, ты полностью займись только этим делом. Я освобождаю тебя от всех обязанностей. Пусть ремонт судна будет под твоим контролем. Полагаю, ты справишься с этим.