Чтение онлайн

Но если ты, свет моих очей, доверяешь мне, как отцу, наставнику и воспитателю, то вот моё мнение: доче надо к людям.

Они некоторое время молчали. Он ждал, она решалась…

– Это невозможно, господин мой…

– Мёртвые Воды! Пф-ф-фф… Я найду стопятьсот способов преодолеть их без всякого вмешательства высших сил…

– Нет, господин мой, - прикрыла она ему рот ладошкой, - Нет. Не в этом дело. Приоткрою тебе завесу, чуть-чуть. Столько, сколько могу.

– Любая мелочь в кассу…

– Дочь не может покинуть Великий Архипелаг до своей инициации, как богини. Таковы условия, и даже я не могу их изменить. И её инициация произойдёт только после финальной битвы с той силой, что постарается её уничтожить.

– Уничтожить?! Ева, любовь моя! Это же наша дочь! Какое нахер уничтожить?!

– Я не в силах помешать этому! Ты думаешь, у меня сердце не болит!?

– Мля, что они там курят, твои создатели! Сидят там, измышляют рукожопые, игрушечные правила…

– Не кипятись, господин мой. Этого не изменить. Лишь могу подсказать.

– Слушаю тебя внимательно.

– За ней придут, когда Жемчужинке исполнится шестнадцать-семнадцать лет. Телесно, умственно или ментально, не знаю. Возможно, когда она подтянет эти кондиции воедино.

– Чёрт! Дочь уже где-то в районе тринадцати-четырнадцати лет. Уж мозгами и ментально - точно. Еще пара "мигающих" взрослений, и она точно впишется в рамки условий. Возможно, уже этим летом… И не замедлишь развитие ведь. Сука жизнь…

– Дальше тоже ничего хорошего, - она грустно улыбнулась, - Защитить дочь должен лично ты. Ну и Головастик на подхвате, раз уж тебе повезло заиметь такого пета. Но он может сражаться только против миньонов.

– Миньоны?

– Да, миньоны. Будет обязательно большой босс. Один, единственный, но биг-босс, и куча миньонов.

– Какой босс?

– Вот тут опять всё грустно… Тебе не получится подготовить некую локацию, противоположную природе босса. Ведь такая мысль у тебя сразу мелькнула, да, господин мой.

– Ты неплохо уже знаешь меня, госпожа моя, мелькнула.

– Увы. Времени от оповещения до начала атаки будет совсем немного. Сколько, снова не знаю, но совсем немного. Подготовить особые места, облегчающие оборону, можно, но… - она замялась, словно что-то вспоминая, - Спрячешься в лесу, на тебя нападёт какой-нибудь злобный древень с кучей зверей и растений. Залезешь в горы, и на тебя выйдут ледяные великаны. Или упадёт космический корабль с полчищами злобных механоидов. Уйдёшь в бесплодные пески - и подвергнешься нашествию мутантов и ифритов…

– Спрячусь в глубоких пещерах, и снизу выползет какая-нибудь хтонь лютая…

– Да.

– Скрыть дочь под кучей артефактов и заклятий?

Она покачала головой…

– Босс будет видеть свет её сердца, слышать его стук. Ни спрятать, ни скрыть.

– Я тебя понял. Всё ведающие, всё слышащие, незнаемые боссы, значит. Но в океане, конечно, великий и ужасный кракен.

– Возле Великого Архипелага, однозначно, он. За остальные локации не знаю.

– Уже легче…

– Тебе решать, господин мой, где и с кем сражаться будет проще. Шансы не велики, но они есть, - она упёрлась пальчиком в татуировку на его груди - Уроборос, Змей глотающий свой хвост - Шансы есть. Убить босса и… - она не закончила, видно, и так сказала много. Но умному достаточно.

– Понял тебя… Блин, так хочется ругаться громко и очень долго!

– Не стоит, - она погладила его ладошкой по щеке.

– Не буду, - он поймал её ладонь и поцеловал, - Буду думать. Очень хорошо думать.

– Думай, господин мой, она улыбнулась, - Очень хорошо думай. Я верю в тебя!

– Ну, суки, - всё же не сдержался он, - я не я, но доберусь до этих креативных программистов, что наваяли такие идиотские условия, и, гадом буду, клаву, вместе с системным блоком в задницу каждому засуну!

– Ну, - рассмеялась она, - это вряд ли. Вряд ли, господин мой…

Сегодня я поднял Жемчужинку рано. Ещё только брезжил рассвет, еле-еле пробиваясь через плотное одеяло сизо-грязных облаков. Погода была относительно хорошей. Почти безветренно, не слишком холодно, с неба сыпался сухой, редкий снежок.

– Одевайся по-походному, - сказал я дочери, трущей заспанные глаза, - бери лук. Через десять минут выходим.

– И чаю не попьём, - вытаращила она глаза, из которых моментально ушла сонливость.

– И чаю не попьём…

– К-куда?

– Узнаешь, - кинул я, выходя в сени.

Дочь собралась даже быстрее десяти минут. Жемчужинка знает: папа редко не просит, а именно требует чего-то, но если требует, то надо выполнять. Тем более, любопытство куда денешь…

Дочь вышла одетая по-походному, как я и наказал. Плотные штаны с поддёвкой, вязанный свитер, легкая меховая курточка, и не запаришься, и не перегреешься. На ногах нечто вроде унтов, а на голове небольшая вязаная шапочка. В волосах над ухом Жужа, прикинулся брошью. Успел, однако, навести марафет на голове дочи, собрав волоса в тугую косу.

За спиной лук в чехле и полтора десятка стрел в туле. Могла бы носить всё это в волшебном кошельке, но вот так ей хочется.

– Надевай охотничьи лыжи, - кивнул я ей, - Пойдём сторожко, с соблюдением всевозможной маскировки. Разговоры пока отставить.

Дочь только молча кивнула и принялась за крепления.

– Готова?
– спросил я через несколько минут.

– Да.

– Головастик, - кивнул я, - Веди…

Двигались в серой хмари быстро. Головастик впереди, бесшумной, сливающейся со снегом тенью, да и мы не сильно отставали от него. Я в своём имба-костюме был почти невидим, дочь - сама по себе имба. Могла скрыть себя пеленой невидимости и неслышимости. Нахваталась умений от посланцев. Особенно искусна в этом была Ночка, чем щедро и делилась.

Километров семь пробежали, даже не запыхались, выйдя к глубокому распадку, заросшему густым кустарником. Сняли лыжи и ещё метров пятьсот тихо и аккуратно следовали за Головастиком, осторожно ставя ногу и отводя корявые, иногда колючие ветки…

Наконец, вышли на пятачок полого склона, чуть более свободный от растительности. Головастый ткнул щупальцем. И я, тихо отодвинув ветки с бахромой мелких листьев, что частью так и не облетели, посмотрел вниз. Там, метрах в пятидесяти, в небольшой лакуне, окружённой колючим боярышником, была лёжка стайки косуль. У нас, откуда я родом, охотники таких называют - козюли. Изящные и даже грациозные животинки. Даже самец, крупный по меркам своего вида, максимум килограмм тридцать весит. Самки и детеныши вовсе как мультяшные…

Это же стайка состояла из семи особей. "Крупный" самец с двумя не впечатляющими рожками. Старая и явно очень опытная самка. Две самки молоденькие, ещё два подросших дитёнка и молодой бычок. Крепенький и, уже, похоже, с претензиями к лидеру. Во время будущего гона точно будет претендовать на лидерство в стае или попробует "отжать" под себя хоть одну самочку.

Сейчас стайка спокойно отлёживалась в безопасном месте. Кто-то лежал в пушистом снегу, кто-то вяло объедал увядшие листочки, что ещё держались на ветках. И только самец чутко водил носом, а ещё больше ушами, нюхая и слушая зимний лес. Бдил.