Чтение онлайн

Не успела Аннабель что-либо ему сказать, как у нее зазвонил телефон.

– Мне нужно ответить, – произнесла она. – Прошу меня извинить. Подождете минутку?

Блох понимающе кивнул, но с места не сдвинулся. И пока Аннабель рылась у себя в сумочке в поисках телефона, она все время чувствовала на себе его пристальный взгляд.

Но звонил не Мэтью.

– Алло? Да, Арманд. Я как раз спускаюсь. Подождите секундочку. – Аннабель прикрыла ладонью микрофон телефона. – Это наш водитель. Я собиралась уходить. Может быть, вы зайдете в другое время?

– Миссис Вернер, дело, по которому нам с вами нужно поговорить, весьма срочное. Поэтому предлагаю вам отпустить машину.

В квартире Аннабель жестом пригласила мужчин присаживаться. У нее мелькнула мысль предложить им воды или кофе, но она не стала этого делать: ей хотелось, чтобы они ушли как можно скорее. Небо за окнами стало совсем темным. На отливах уже лежал слой снега. Ехать в Колоньи придется медленно. Полицейские сняли свои пальто, Аннабель же раздеваться не стала и просто присела на край дивана. Ей было жарко в шубе, и она почувствовала, что у нее кружится голова.

– Миссис Вернер, – начал Блох, – самолет вашего мужа, вылетевший из Лондона, не приземлился по расписанию. Мы считаем, что где-то в Альпах случилась катастрофа.

Аннабель уставилась на него пустым, невидящим взглядом.

– В горах де Бож к востоку от Шамбери уже началась поисковая операция. Сейчас там метель, и это сильно затрудняет поиски. Но какие-то обломки – от самолета, как мы полагаем, – были замечены на вершине Мон-Трелод.

Аннабель нахмурилась, обдумывая услышанное.

– Нет, – наконец сказала она после долгой паузы и покачала головой. – Это неправда. Мой муж был по делам в Цюрихе. Это какая-то ошибка.

– Вашего мужа зовут Мэтью Стивен Вернер?

– Да.

– И он служащий «Свисс юнайтед бэнк».

За окном взвыла сирена проезжающей машины. Прежде чем ответить, Аннабель подождала, пока этот звук затихнет. Здешние сирены лишали ее присутствия духа: они были не похожи на сирены в Нью-Йорке. Тут они не просто громкие, а какие-то жутковатые, зловещие, как вой собаки или крик о помощи.

– Да, он работает именно там.

– Он был зарегистрирован как второй пассажир на борту частного самолета, который сегодня утром вылетел из аэропорта Нортхолт в Лондоне. Посадка в Женевском аэропорту была запланирована на 8:20 утра. Еще одним пассажиром этого рейса была женщина по имени Фатима Амир. Самолет принадлежал ей.

Аннабель упрямо покачала головой. Она никогда не слышала о Фатиме Амир.

– Но это невозможно, – сказала она. – Мэтью был в Цюрихе на выездном совещании. Они проводят их раз в квартал. И я беседовала с ним вчера вечером.

Только произнеся это, Аннабель вдруг сообразила, что говорит неправду. С Мэтью они созванивались позавчера. Он был в своем офисе и сказал, что после собрания сядет на поезд до Цюриха, так что будет дома вовремя и успеет на прием к Клаузерам. Говорил он торопливо, отрывисто, даже резко. Аннабель слышала на заднем плане какие-то голоса и понимала, что Мэтью что-то отвлекает. Но он не сказал, что перезвонит попозже, чтобы они могли пожелать друг другу спокойной ночи. Это задело Аннабель, и она раздраженно сказала что-то насчет того, что он вообще не бывает дома. Мэтью заявил, что ему и самому очень не нравится быть в разлуке с ней, больше, чем она думает. И добавил:

– Ты ведь сама знаешь, что я всегда возвращаюсь домой, не так ли? Возвращаюсь, как только у меня появляется возможность. Скажи мне, что знаешь это.

– Да, конечно, – ответила Аннабель. – Я знаю, что ты обязательно вернешься домой.

Это успокоило ее, но лишь немного. И это было последнее, что она услышала от Мэтью.

Но Блоху Аннабель ничего этого не сказала. В главном она не ошиблась: Мэтью был в Цюрихе, а не в Лондоне. У ее мужа были недостатки, но лживость к ним не относилась. Аннабель вдруг мысленно встала на защиту Мэтью. Ей не хотелось, чтобы эти люди подумали, будто он принадлежит к числу мужчин, которые могут не позвонить жене, уезжая куда-то по делам. Такой себе типичный американский банкир, голова которого занята только тем, как бы заработать деньги, и который меньше всего думает о семье. Мэтью таким не был.

– Возможно, имело место какое-то недопонимание. Либо же в последний момент его планы изменились. Мне очень жаль, миссис Вернер.

В интонации Блоха была некая завершенность, как будто он полностью исключал, что сам может ошибаться. Аннабель посмотрела на его коллегу, Фогеля. Тот глядел на нее с сочувствием. И только сейчас она поняла, что произошло: эти люди пришли сообщить ей, что Мэтью мертв.

– Здесь какая-то ошибка, – повторила Аннабель. Слова с большим трудом срывались с ее губ. Горло сжало спазмом, и ей было тяжело не только говорить, но даже дышать. – Ведь так, верно? Вы ошиблись?

– Миссис Вернер, вероятность того, что в той авиакатастрофе кто-то выжил, крайне мала. И в данном случае мы на это не надеемся. Мы понимаем, что вам очень тяжело это слышать. Может быть, мы можем кому-нибудь позвонить? Каким-нибудь родственникам, членам вашей семьи?

– Мэтью и есть моя семья. Другой у меня нет.

Потом Аннабель уже не могла вспомнить, что происходило дальше. Помнила только, что заголосила и сползла на пол.

Освободиться от Гранта оказалось на удивление просто. Марину терзали угрызения совести из-за того, что она ему солгала – все-таки они собирались пожениться, – однако чувство это быстро прошло. «Это ненастоящая ложь», – успокаивала она себя. Она действительно собиралась на пробежку, но так уж получилось, что на полпути ей предстояло встретиться с информатором Данкана. Когда Марина завязывала шнурки кроссовок, ее сердце трепетало от нервного возбуждения. Кайф, который она испытывала, цепляясь за хвост сенсационного материала, нельзя было сравнить ни с чем.

Морозный ноябрьский воздух обжигал ей щеки, когда Марина пересекала Рю-де-Риволи. Солнце еще не поднялось над деревьями, и изо рта при дыхании шел пар. Она пожалела, что не надела шапочку и утепленную флисовую куртку. На самом деле пробежка в ее планы не входила. Во время отпуска Марина собиралась пить французское вино и заедать его французским сыром. Тем не менее она совершает утреннюю пробежку и работает – в общем, все как обычно.

Марина разогналась чуть ли не до спринтерской скорости, чтобы согреться. Обычно во время бега она слушала музыку. Но не сегодня. Ей нужно было сосредоточиться и сохранять концентрацию. Передача послания будет происходить быстро, и, если все пойдет хорошо, это не должно привлечь внимание – ну, разве что взгляд случайного прохожего. Даже в этот ранний час в Тюильри было несколько посетителей. Справа от нее пожилая женщина выгуливала собачек. Какой-то мужчина в пальто и толстом сером шарфе проскочил прямо у Марины перед носом, как будто слишком торопился и не мог притормозить и пропустить бегущую женщину. У ворот целовалась парочка подростков. В сторону Лувра шагал сотрудник службы охраны.