Чтение онлайн

Какой-то частью своего сознания я понимал, что он намеренно провоцирует меня, пытаясь вывести из себя. Чтобы я рвал и метал. Чтобы ещё сильнее был начеку и защищал при этом Аврору, которой это сейчас нужно как никому, потому что — уверен — совсем скоро Клык проявит себя. И когда он нападёт — мы будем готовы к этому.

Но я всё равно не могу пропустить все его слова и взгляды на неё, потому что пока она моя жена — она моя. А значит, никто не смеет на неё смотреть.

Чёрт!

Я словно одержим. Мысли постоянно возвращаются к строптивой куколке. Я не могу сосредоточиться и быть начеку. Воспоминания и грёзы о ней и раньше мешали мыслить здраво, но сейчас, когда она стала моей женой и находится совсем близко — буквально руку протяни и можешь в охапку схватить и прижать к своей груди — мне ещё сложнее сдерживаться. То и дело представляю, как я прикасаюсь к ней, зарываюсь в шею, полной грудью втягивая тонкий притягательный запах, и оставляю на её шее метку.

— Она не какая-то девка, а моя жена, Чёрный, — зарычал как дикий зверь.

— Да твоя она, твоя, только… — я знаю, что он скажет, отчего сжимаю зубы ещё сильнее, потому что думать об этом просто невыносимо. От этого меня на части разрывает. — Ты же знаешь — вам не быть вместе. Она не для такой жизни, Зверь. И ты прекрасно об этом знаешь.

Знаю. Но сделать ничего не могу: не могу её отпустить, чтобы она жила своей жизнью, но и быть с ней тоже не могу. Аврора не для такой жизни, как моя. Ей опасно быть со мной, даже если я всё же смогу поймать Клыка, и он ей ничего не сделает. Помимо него у меня слишком много врагов, которые захотят со мной расквитаться. А если они узнают, что я женился, что у меня есть маленькая, но самая важная слабость… Они сначала убьют её, а потом меня. А этого я просто не могу допустить. Никогда.

— Я знаю. Не нужно мне это напоминать по триста раз, — рыкнул, и моя сжатая в кулак рука ударила по подлокотнику.

— Тебе это надо, потому что ты, мой друг, об этом забываешь. Несмотря на всё ваше общее прошлое, Клык так просто не остановится. Он не смог убить тебя один раз, потому что тебе крупно повезло — пуля прошла навылет и не задела жизненно важных органов. Не смог убить и во второй раз, но на этот раз тебя спасла малышка, которая, как мне кажется, что-то видела, но не помнит этого. И как раз это её и спасает. Но Клык-то этого не знает, поэтому будет следить за ней и убьёт её. Ему не нужны лишние свидетели и та, которая тебя — его злейшего врага — спасла. А ты об этом забываешь, когда видишь её. А сейчас и подавно. Тебе нужно быть начеку.

— Я знаю. Ты прав, — тяжело выдохнул.

Он прав. Он абсолютно прав. Но вот только мне от этого ни хрена не легче. Совершенно.

— Не будет Клыкова — найдётся кто-то другой. А ты сможешь подставить её под удар? — задаёт свой вопрос, и мне не нужно долго думать над ответом, потому что я его и так знаю.

— Нет, — отвечаю и теперь понимаю ещё более отчётливо — нам с ней никогда не быть вместе.

Не был бы я главным криминальным авторитетом в городе, злейшим врагом многих таких же, как и я — может быть, мы бы смогли быть вместе. Но и тогда неизвестно, как бы всё было. Но она моя слабость. А у тех, кто желает мне смерти — самой жуткой, так, чтобы я корчился и умирал каждую минуту от адской, всепоглощающей боли — моя слабость всегда будет на прицеле.

А я этого просто не могу допустить. Кто угодно, но не Аврора.

— Тогда ты должен как зеницу ока её охранять, скрывать. И разобраться с Клыком, чтобы ей точно ничего не грозило, а потом отпустить. Отпустить, Зверь, — в его голосе слышу нотки боли, и я понимаю, что, а точнее, кого он имеет в виду.

В разговоре повисает продолжительная пауза — каждый думает о своём, вспоминая то, что было и, чёрт возьми, мечтая о том, что никогда не будет, потому что с нами быть опасно и больно.

Мы сможем защитить, но у нас слишком много врагов, чтобы мы смогли гарантировать безопасность для близких.

— Давай встретимся завтра в двенадцать? Приедешь ко мне в офис, и мы всё решим — как и что дальше делать. Я утром поеду за вещами Авроры и её собакой, а потом в офис, — перевёл тему, потому как невыносимо думать о счастливой жизни, которая не предназначена для нас.

— Хорошо, — слышу из динамика уставший и какой-то потухший голос друга, с которым я рука об руку столько лет, и который ни разу не предал, а всегда подставлял мне плечо, что бы ни было. — Береги Аврору. Она хорошая девочка, — это последнее, что Тимур сказал, а потом отключился.

Мы оба знали, что нам паршиво. И сейчас каждый из нас хотел остаться наедине со своими мыслями. Но вот только я не мог находится с самим собой. Мне хотелось быть сейчас рядом с маленькой девочкой, прикоснуться к ней…

И я не смог удерживать себя — быстро встал и направился вверх, где на кровати, свернувшись в маленький клубок и согнув руку, положив на неё голову, лежала малышка.

Присел возле кровати. Луна, что поднялась на небо и теперь освещала нашу комнату и кровать, на которой лежало маленькое чудо, освещала тонкий силуэт. Маленький прямой носик, тонкие брови, длинные пушистые реснички и алые, спелые и пухлые губки.

Не сумев сдержаться, я протянул руку к чертам лица своей жены. Коснулся щёк, слегка погладил, очертил контур пухлых и спелых губ, рассматривая каждую чёрточку принцессы из королевства сказок. Маленькая строптивая принцесса, которая стала моим ангелом. Моим спасением.

Мне хотелось касаться и трогать её. Чувствовать бархатистость нежной кожи, вдыхать тонкий аромат и знать, что, чёрт возьми, она моя. Хоть и на неопределённое время, но она принадлежит мне.

— Марат, — сорвалось с губ девочки, и я, не выдержав, подался к малышке — прикоснулся губами к сладким губам. Прикрыл глаза, запоминая вкус и запах. Украл этот миг и присвоил себе, закрыв в памяти на прочный замок.

— Прости меня, — так же тихо прошептал ей в губы и, в последний раз погладив щёку, встал, развернулся и вышел из комнаты, прикрыв дверь.

Марат

Всю ночь не мог уснуть. И не потому, что мне не хотелось — хотелось и очень сильно, потому как за последние дни устал как чёрт. А потому, что за стеной, совсем рядом, спит маленькое чудо, которое тянет меня к себе как магнитом. Не даёт спать, здраво мыслить и даже сделать спокойный вздох, который не напоминал бы о том, что нам не дано быть вместе.

Всю ночь думал о том, как быть и что делать. Где найти выход, чтобы мы могли быть с малышкой вместе после того, как я голыми руками убью эту тварь, которая отдала приказ. Но такого выхода, решения я не мог найти. Его просто нет. Потому что меня никогда не оставят в покое. Аврора всегда будет под прицелом.

Встал с неудобного дивана, спина затекла и болела, будто спал на иголках. Невыспавшийся, злой и помятый. Если бы сейчас меня Тимур увидел в таком виде, то громко бы засмеялся на весь дом. Потому как он редко лицезрел меня таким — а точнее, лишь пару раз за всё то время, что мы знакомы.

Прежде всего нужно сходить в комнату к Авроре и проверить, как она. Если всё ещё спит, то не тревожить, а если уже встала, то предложить поесть. Вчера домработница должна была забить холодильник. Поэтому еды должно быть предостаточно.

Вышел из соседней комнаты рядом с Авророй и, сделав несколько шагов к двери, осторожно приоткрыл её. Заглянул внутрь. На большой кровати, повернувшись ко мне спиной, лежала малышка. Спит ещё куколка.

Осторожно, так, чтобы не разбудить её, зашёл внутрь, сделал несколько шагов к кровати, да так и застыл. Руки сложил в карманы брюк. Сжал в кулаки. Так хотелось протянуть к ней свои руки и прикоснуться к бархатистой коже, почувствовать её нежность. Потянуться к ней лицом, уткнувшись в шею, вдохнув запах.