Чтение онлайн

Когда белье развешено на веревках, а костер догорает, иду с Танией расколдовывать мужа.

Держусь вроде бы уверенно, а на самом деле внутри бабочки летают от волнения.

Я выросла без всякой магии.

А тут волшебство на каждом шагу. Как-то в голове не укладывается, что я, не колдунья, обычная портниха, стану активной частью этого магического мира!

Пока поднимаюсь на третий этаж, сжимая в руках ножницы, огниво и поднос, меня одолевают дурацкие страхи. Что, если я волшебную фразу скажу неправильно? Или центр комнаты определю неправильно? Вдруг из-за малюсенькой ошибки избавить Алана от проклятья не получится?

Это лишь глупые страхи, которые отгоняю знакомой мантрой. Все у меня получится. Уж если в девяностые выжила, то и с каким-то обрядом худо-бедно справлюсь!

Когда за очередной дверью нахожу комнату с огромной кроватью, продолжаю дальше бродить по третьему этажу, пока не убеждаюсь, что других спален здесь действительно нет.

Итак, нужная комната для обряда найдена. Захожу внутрь одна, без Тании. А то мало ли в присутствии левых лиц заклинание не сработает или сработает не правильно?

В просторном помещении много света, но мебели с гулькин нос. Кровать, шкаф, стол и пара стульев. Даже странно, что хозяйская спальня экипирована проще, чем гостевая. Именно гостевой я почему-то считаю свою спальню на втором этаже.

Встаю напротив высокого зеркала в медной раме и, как ведьма учила, ножницами отрезаю волосы до плеч. Бросаю их на металлический поднос, прядь за прядью.

Никакого сожаления не чувствую, потому что длина мне идет. К тому же, так легче будет за ними ухаживать.

Затем иду в самый центр комнаты — определяю его с помощью подсчета шагов. Устраиваю поднос на каменном полу и только тогда поджигаю пряди. Они быстро обугливаются, распространяя неприятный запах паленой шерсти и заставляя задержать дыхание.

Нож, что держу в руках, прокаливаю над свечой для верности. Взмах лезвием — и капли крови летят на пепел, оставшийся от волос.

Произношу заклинание, а потом снова и снова перебираю в уме этапы снятия проклятия.

Все верно? Ничего не забыла?

Вроде бы все прошло по плану.

Вслушиваюсь в пространство. Странно, что ничего не происходит. Я надеялась, что отменю проклятие, и грянет гром с молнией. Или горгулии проявят дружелюбие. Должна же быть какая-то точка, что разделит «до» от «после»?

Но нет. Ничего не меняется.

Что же. Ночью точно все станет ясно. Если снять проклятие не получилось, ко мне в сон пожалует сердитая Нерия и прочитает нотации о бесполезности магических дилетанток. Хотя что это я ударилась в пессимизм? Лучше о печальном не думать.

Дальнейшая часть дня связана с наведением уюта. Под болтовню Тании занимаюсь уборкой своей спальни.

Притащив на второй этаж ведро с водой, сначала очищаю стены и потолки от пыли и паутины влажной тряпкой, намотанной на метлу. Вытираю пыль с резной мебели. Мою окна до скрипа с обеих сторон, а потом, сменив воду, принимаюсь за полы.

Надо сказать, полы здесь покрыты каменными плитами. Они износостойкие, выложены аккуратными квадратами, но невероятно холодные. Чувство такое, будто по снегу хожу — холод пробирает даже через подошву туфель. Придется соорудить себе половичок, а со временем сшить себе комнатные тапки на меху.

Я настолько фокусируюсь на уборке, что забываю про обед. Совершенно не хочется отвлекаться на приготовление еды, пока светло. Тем более чувство голода будто глохнет от знакомых, рутинных дел.

Закончив с мытьем поверхностей, спускаюсь во двор с большой корзиной и в два захода затаскиваю в спальню высохшее белье. Оболочку матраса набиваю почищенным тополиным пухом, заранее заготовленным на кухне. В пух не забываю добавить и сушеные цветы лаванды. Укладываю матрас, а поверх стелю белье.

Теперь от кровати доносится такой приятный запах, что хочется просто бухнуться сюда и устроить себе ароматерапию. Вот только я не даю себе расслабиться.

С помощью библиотечной лестницы забираюсь повыше и вешаю шторы, а следом креплю на место занавесь балдахина. На сей раз замок свою галантность не проявляет. Приходится работать в максимально неудобных условиях. Завязываю узелочки, задирая шею и изгибаясь всем телом. Гобелены, которые я встряхнула и успела проветрить на улице, тоже вешаю на свои места.

Когда солнце начинает клониться к горизонту, — сквозь вымытые окна красота розовеющего неба ласкает глаза! — отхожу к двери и любуюсь полученным результатом.

Коричневые шторы, темно-красное покрывало придают комнате краски и добавляют уюта. Чистота, нежный запах лаванды и приятная усталость в мышцах добавляют последний штрих к ощущению «Мне нравится моя новая жизнь!» Даже живот, бурчащий от голода, не может смазать впечатление от сегодняшнего дня.

Хочется столько всего успеть, что только Тания, с намеком сопящая в уголке, заставляет меня вспомнить об ужине.

Сначала спускаюсь во двор. Там, рядом с кухонными форточками расположились кадки, в которых еще утром я обнаружила пряные растения. Тимьян и розмарин с чем-то другим перепутать невозможно. Земля в кадках показалась слегка подсохшей, а растения вялыми. Поэтому, пока я возилась со стиркой, заодно полила и растения. К вечеру они заметно воспряли духом, и я срываю пару веточек тимьяна для сегодняшнего ужина.

Когда мы доходим до кухни, Тании, как всегда, достаются орешки и морковка.

А вот себя я решаю слегка побаловать.

Первым делом разжигаю костер. Достаю из кладовой холщовый мешок с мукой. На вид и вкус — цельнозерновая, пшеничная. Пойдет!

Высыпаю в металлическую кастрюльку четыре чашки. Добавляю туда листики тимьяна, соль, капелюшку растительного масла, воды. Мешаю, подсыпаю муки, до тех пор, пока тесто не становится мягким, эластичным и не начинает хорошо отлипать от рук.

Отделяю четвертинку теста и, присыпав стол мукой, изготавливаю круглый шарик. Затем с помощью скалки раскатываю его в лепешку.