Чтение онлайн

Это было больше похоже на конвульсии перед смертью. Правда, мне и от них досталось с лихвой. Апофеозом безумия стал нанесенный мне удар ножом от незнакомца в темном переулке и послание "выйти из игры". Просто банальщина! Каким-то чудом я успел увернуться — и нож прошел по касательной, не задев жизненно важных органов. Уже находясь у врача, мысленно похвалил себя за то, что вовремя спрятал отца и дьяволенка за границей. Одному легче бултыхаться во всей этой грязи.

С тех пор, после "нападения", в перерывах между слушаниями мне приходилось отсиживаться у папы и Виолы в Германии. А в России Ключевой нанял для меня телохранителя, хотя я и был категорически против. Честно говоря, не уставал удивляться поступкам Валерия, однако не очень верил в его "доброту душевную".

В какой-то момент осознал, что с меня хватит загадок — и решился на откровенный разговор. Мы встретились в захудалом кафе на окраине города. Сказать, что Ключевой был удивлен моему приглашению, — ничего не сказать.

Перекинулись парой завуалированных фраз касательно дела, потом я опять выслушал его упреки по поводу моего "обезбашенного" поступка с прессой — и, наконец, решился задать главный вопрос:

— Валерий, почему вы помогаете мне, — подался ближе, положив руки на стол и сцепив в замок. — Вы сказали, ради мамы, но…

— Я понял, — он поднял ладонь вверх, прерывая меня. — Не продолжай, пока не наговорил глупостей. Мы были знакомы с Александрой задолго до того, как она встретила твоего отца. Не беспокойся, у нас с ней ничего не было, как бы я этого ни хотел. Просто я — герой не ее романа, к сожалению. Александра выбрала Анатолия, и я уважаю ее решение. Тем не менее, это не помешало мне любить ее. И я помогаю тебе сейчас, потому что она бы этого хотела… — Ключевой вздохнул, а я удивленно приподнял бровь. — Надеюсь, я дал тебе исчерпывающий ответ.

— Как можно всю жизнь любить женщину, которая принадлежит другому? — ошеломленно произнес я.

— Полюбишь — поймешь, — горько усмехнулся Валерий, поднимаясь со стула и тем самым показывая, что разговор окончен.

А я так и остался сидеть за столом, озадаченный словами Ключевого.

* * *

В августе должно было все решиться, буквально со дня на день. Емельяненко окончательно ушел в тень, не забыв якобы "обанкротить" и опечатать клуб "77", а вместе с ним и казино. Но если учесть, что у него их целая сеть, то невелика потеря. Кобылина он подставил под удар, отдав в полное распоряжение правосудия. А мне через людей Ключевого передал пламенный привет и обещание следить за мной, чтобы я "не выкинул еще чего-нибудь" против "его величества". Я лишь усмехнулся: мне, по большому счету, плевать на его грязные дела, я только хотел вернуть свое.

По сложившейся системе, я опять отправился в Германию, дожидаясь, пока следствие вынесет решение по Кобылину — в положительном результате я ни капли не сомневался.

Отец и Виола жили у ее сестры в Нюрнберге, в двухэтажном особняке. Уверен, что родственники мачехи испытывали некоторые неудобства в связи с этим вынужденным соседством, однако ни разу не попрекнули нас, за что я был им безмерно благодарен.

А сейчас сестра и вовсе уехала с мужем в отпуск, оставив дом в нашем полном распоряжении. Я толкнул плечом массивную деревянную дверь и неспеша вошел в просторный холл. Преодолев арку, направился в комнату отца. Он полулежал на кожаном диване и листал какую-то немецкую газету.

— Язык учишь или просто картинки смотришь? — выдал я издевку вместо приветствия и рассмеялся.

Губы папы тронула добрая улыбка. Он осторожно встал и подошел ко мне, чтобы обнять. Да, чувство вины творило с ним чудеса.

— Привет, сынок, как там дела? — не церемонясь, спросил о главном.

— Неплохо, — неопределенно начал я, сохраняя интригу, но быстро сдался. — Кобылин под следствием. Думаю, скоро его закроют, а нам вернут имущество.

— Отличная новость, — вымученно улыбнулся отец и пролепетал шепотом. — Прости меня, сынок.

Он просил прощения каждую нашу встречу, и мне это порядком надоело.

— Если еще раз скажешь это, и я сдам тебя в дом престарелых, — усмехнулся я и похлопал отца по плечу, а потом добавил серьезно. — Твой поступок чуть не разрушил всю нашу жизнь, и я надеюсь, что ты никогда больше не повторишь ничего подобного…

Анатолий кивнул и хотел сказать что-то еще, как в комнату нерешительно вплыла Виола, замерев на пороге. После того случая с поцелуем мы с ней не общались. Я воспринимал ее исключительно как сиделку для папы и целенаправленно избегал ее общества, да и она не обременяла меня своим долгим присутствием. Однако сейчас Виола была настроена решительно, устремив на меня свои голубые глаза и легко кивнув головой, приглашая на разговор.

— Чего ты хотела? — хмуро спросил я, когда мы оказались вдвоем в кабинете.

— Я хотела извиниться, — начала Виола.

— Извинения не приняты, — холодно отрезал я и собрался уходить.

— Подожди, пожалуйста! — коснулась мачеха моего предплечья, и я тут же отскочил от нее, как от прокаженной. — Мне было так тяжело, я отчаялась, и…

— Мне это неинтересно, — грубо перебил ее я. — Я ценю то, что ты приняла моего отца и ухаживаешь за ним сейчас. В данный момент мы зависим от тебя и твоей сестры, так уж получилось. В противном случае тебя давно не было бы рядом с нами. Как только я верну имущество, мы с отцом уедем. Я оплачу твоей сестре все издержки, но тебя в нашей жизни я не больше видеть не хочу.

— Но я люблю Анатолия! — воскликнула Виола.

— Ты бы определилась, мать, — бросил я и покинул кабинет.

Закипая от злости, я вышел во двор. Солнце жарило нещадно, душный воздух забирался в нос и обжигал, скрючивая легкие. Я ослабил ворот рубашки и попытался сделать вдох, но лишь закашлялся. Терпеть не могу лето!

Телефон в моем кармане уверенно завибрировал. Я поднял трубку и с нетерпением ожидал, что мне скажет Ключевой.

— У нас получилось, Максимилиан. Договоры купли-продажи аннулированы, — коротко сообщил он, но я и так все понял.

— Спасибо, — спокойно ответил я.

В душе я ликовал. Я все-таки смог вытащить семью из болота, в которое нас втянул отец.

Теперь настал черед вернуть дьяволенка. Только почему-то мне кажется, что с ней будет в сотни раз сложнее справиться…

Глава 3

Первым порывом было поехать к Карине в Англию. И я ему поддался.

Я знал, в каком университете она учится, но летние каникулы сразу перечеркнули подобный вариант. До сентября ждать не хотелось: каждый новый день только отдалял нас друг от друга, а этого я допустить никак не мог.

Что ж, у меня остался только один источник информации и единственный союзник — Мари, которая каким-то непонятным образом всегда оказывалась на моей стороне. Пальцы сами набрали нужный номер.

— Максимилиан, я даже не знаю, — замялась Марина, услышав мою просьбу. — Вы с Кариной так некрасиво расстались, что…

— Ты же знаешь, что произошло и чем я занимался все это время…

— Да, но…

— Я люблю Карину, — выпалил, не задумываясь. — Помоги мне вернуть ее, пожалуйста.

— Ну, там еще такая ситуация, — вздохнула она, размышляя, стоит ли мне говорить. — Впрочем, сам все увидишь. Пиши адрес.