Чтение онлайн

Мы продолжали идти по рынку, рядом след в след двигался Григорий Семенович, который комментировал все.

— Хотя здесь и продаются готовые платья, но это не ваш уровень. Для особ титулованных одежду шьют модистки. Вот ленты и украшения для повседневной носки вы можете позволить купить здесь, да и то только если будете носить это в сельской глуши. В городе же принято ходить в золоте даже по дому.

Я внимательно слушала все, что он говорит. Раз стала частью этого общества, то должна соответствовать. С одной стороны, хотелось насолить противному мужу и его папаше: опозорить их на первом же официальном мероприятии. С другой — я догадывалась, что вся ответственность ляжет на плечи хрупкой женщины, которая пытается изо всех сил держать лицо, даже если все летит в тартарары. Да и жить мне теперь здесь придется до самой смерти, а значит, нужно вливаться в местное общество. Не думаю, что это будет сложно. На земле я завсегдатай вечеринок. Если только у них нет предвзятого отношения к попаданкам, даже тем, которые стали леди.

Наконец мы достигли гастрономических рядов, где были представлены всевозможные продукты. Я с облегчением поняла, что в этом мире живут не только драконы, которые поедают мясо в огромных количествах, но и простые люди. Им не чужда любовь к сладкому, овощам и сыру.

В какой-то момент я почувствовала чужой взгляд за спиной. Он будто прожигал меня насквозь. Резко обернулась, но увидела только быстрое движение в переулке. Темный силуэт скрылся за ближайшим углом, и чувство, что за мной следят, сразу пропало. Но неприятный осадок беспокойства все же остался на душе.

На Земле я никогда бы не позволила себе и взглянуть в сторону яблок, политых карамелью. Во-первых, потому как есть более привлекательные десерты, а во вторых, блюла фигуру. Но в этом месте просыпался аппетит, и долго на диете из пирожков с мясом я не протяну. Хотелось есть разнообразную пищу, да и сладкого не хватало, сейчас мне достаточно хотя бы лицезреть его.

А в моем подавленном состоянии такой вот нехитрый десерт мог бы сильно поднять настроение. Свекровь, заметив интерес к лакомству, спросила:

— Ты когда-нибудь пробовала такое?

Конечно, нет, я пробовала куда более интересные вещи. В среде, где я крутилась, не было места обычным яблокам, их с успехом заменяли экзотические фрукты.

Но сейчас, когда не имела возможности купить себе даже такую малость, мне его страсть как захотелось, но признаваться в этом не хотела. И так на рынке себя приживалкой без роду, без племени почувствовала.

— У нас такое едят только те, кто не может себе позволить ничего более изысканного! — высокомерно произнесла я, вздернула подбородок и прошла мимо палатки.

Не нужны мне ничьи подачки. Деньги отца, который променял меня на них, не в счет. Это скорее месть ему за отсутствие внимания. Вот купить продуктов для того, чтобы приготовить нормальный ужин, это совершенно другое дело.

Мы взяли корзину овощей, среди которых я узнала только огурцы, а еще нашли молочные продукты: аналоги творога, сыра и масла. Не знаю, из-под какого животного добыли молоко, но все продукты по цвету напоминали морковь. Надеюсь, их вкус не подведет. Продавщица клялась, что все свежее и самое вкусное во всей деревни. Очень надеюсь, что наши понятия о вкусах не сильно отличаются. В новом мире ни в чем нельзя быть уверенной.

Когда нагруженные мы вышли к коляске, меня сразу затошнило только от того, что в нее снова придется сесть. Сейчас она представляла для меня камеру пыток. Я поставила свою корзину на пол и повернулась к леди Аркадии.

— Простите, но я не могу обратно в ней ехать, у меня после поездки болит все! — перевел для меня Григорий Семенович, вышло немного капризно, но чувства взяли верх над здравым смыслом.

— Но, как же вы доберетесь до дома? — ахнула свекровь, всплескивая руками.

— Пройдусь пешком.

Как же давно я не говорила таких слов! А еще дольше не гуляла по деревенским дорогам. И вот сейчас меня так и потянуло пройтись, как следует осмотреть места, в окружении которых я теперь вынуждена жить.

— Но здесь идти часа полтора, — покачал головой учитель.

Его слова не вызвали страха, скорее наоборот — порадовали. Будет достаточно времени проветрить мысли и, возможно, даже привести их в порядок.

— Лучше идти полтора часа, чем сорок минут отбивать зад на этой телеге для изощренных пыток! — отрезала я.

— Вы сами отказались от пеллов! — напомнил мне старик.

— Сломать шею я хочу еще меньше, чем трястись по колдобинам! — поймала себя на мысли, что снова вздернула подбородок. Похоже, я неосознанно пытаюсь продемонстрировать, что у меня есть собственные убеждения, и я не сдвину их с места.

— Как знаете, но я не смогу столько провести под солнцем, — и учитель как ни в чем не бывало забрался в коляску. Оставалось загадкой, каким образом он выносит эти безобразные дороги.

— Простите, леди Лана, но я тоже не готова столько ходить, мои туфли для такого просто не предназначены, впрочем, как и ваши, — указала мне на довольно значительное препятствие к прогулке родственница.

Но я была непреклонна. Думаю, что молодая и здоровая девушка вполне может выдержать такую дорогу, а туфли у меня достаточно мягкие и удобные. Не видела причин отказывать себе в удовольствии пройтись.

— Мне будет только полезно побыть одной и привести мысли в порядок! — озвучила я желание вслух.

— Тогда вам стоит идти вот по этой дороге, — свекровь жестом указала в сторону, куда уходила глубокая колея. — И ни в коем случае не сворачивать.

— Спасибо! — поблагодарила я.

Повозка тронулась, а я отправилась следом за ней, наблюдая, как она становится от меня все дальше, пока вовсе не превратилась в маленькую точку.

Все-таки леди Аркадия оказалась права. Уже через километр я поняла, что она имела в виду, говоря, что туфли не предназначены для этого. Я чувствовала каждый камушек, каждую кочку, словно ходила босиком по каменистому пляжу. Вскоре ноги устали, сильно заболели, и каждое движение давалось с трудом. Сразу вспомнила сказку о Русалочке, где говорилось, что каждый шаг сопровождался такой болью, будто тысяча ножей впивалась ей в ступню.

Но я уперлась в своем стремлении. Не признаваться же, что все правы, и только я считала себя умнее остальных? Да и признаваться некому. В радиусе нескольких километров — ни единой живой души.

Еще через некоторое время я готова была отдать что угодно любому, кто дал бы мне кружку воды. Кожей чувствовала, что пот начинает струиться по спине и лбу. Соленый, липкий, он склеил волосы, теперь они меховой шапкой лежали на голове.

Я не выдержала таких испытаний, нашла поваленное дерево, которое словно одинокий цветок посреди асфальта лежало в чистом поле. Оно для мне показалось оазисом в пустыне. Как страждущий путник чуть не бегом направилась к нему.