Чтение онлайн

Голова кружилась.

Я едва успела заскочить в туалет, где меня вывернуло обедом наизнанку. После того, как меня стошнило, я сползла по кафельной стенке на пол, пытаясь отдышаться.

Элеттра поплатится не за ошибку Марианджелы, а за решение Руджери.

Сердце колотилось в груди, намереваясь выскочить прямо на кафель.

Что же делать?

Что же делать?

Что же делать?

Я должна была рассказать ей правду, но не могла предать Фауста, даже после всего, что он сделал.

Решение пришло само собой – мне нужно было исчезнуть.

Я не могла смотреть в глаза подругам после того, к чему привело моё молчание. Я не могла быть рядом с Фаустом, отсчитывая дни до родов Аурелии, чтобы узнать являлся ли Руджери отцом её ребенка.

Мозг начал прорисовывать карту, каждый пункт на которой был решением и действием, которое нужно было предпринять, несмотря на сложности.

И первым делом я умылась, переоделась в легкий сарафан и вернулась за стол, где Рената зачитывала Элеттре статьи о клинике, где проходила лечение Маддлена.

Это была лечебница для поехавших, которые имели неприлично много денег и связей, чтобы другие не узнали об их проблемах с головой.

Жизни моих подруг рушились одна за другой, а я была немым свидетелем этого грандиозного падения, рухнув так низко, что было стыдно признаться в этом своим самым близким людям.

– И что ты будешь делать? – Рената с каким-то садистским энтузиазмом обратилась к Элеттре.

– Выйду замуж и спасу семью, разумеется. – рассмеялась она. – Можете мне не завидовать, далеко не каждой достаётся роль спасительницы. – отшучивалась Элеттра.

Я знала, что она не была спасительницей. Она была мученицей. Самой настоящей.

Но Элеттра храбрилась, широко улыбалась и отпускала колкие комментарии, будто её совсем не задевало происходящее.

Конечно, ей придётся выйти замуж за того, кого она будет презирать. Далеко не все мужчины были такими же как Руджери – они брали своё когда и где хотели.

Несмотря на весь пережитый ужас я понимала, что мне очень повезло быть женой Фауста, даже если этому браку придётся распасться из-за его связи с Аурелией.

– Эх, я одна осталась свободной женщиной. – усмехнулась Рената и хищно улыбнулась. – Надеюсь, в ближайшее время это не изменится.

– Я тоже так думала. – фыркнула Элеттра. – планировала закончить магистратуру, а тут сюрприз. – она невесело развела руками, изображая вспышки салюта. – Вся наша жизнь – одно сплошное испытание от Господа, к которому мы никогда не будет готовы.

Я тихо ухмыльнулась.

Элеттра была права.

Но, пусть я и не была готова к выпавшим на мою долю испытаниям, я уже знала, что именно должна сделать, чтобы попытаться спастись.

Мы с Фаустом провели последние несколько часов, занимаясь любовью, будто животные.

Мне так его не хватало.

Клянусь, если бы я могла, то съела бы его целиком, просто, чтобы он больше никому не достался!

Я царапала его спину, изгибалась от чувственных прикосновений и не могла оторваться от его губ.

Прощаться было проще простого, когда не произносил слова вслух.

Фауст продолжал вести себя так, будто ничего не произошло, а я поддалась его игре, не желая выяснять отношения, которые и без того были обречены на провал.

Аурелия сбросила мне снимок узи, когда я болталась на заднем сидении машины, а Марко, сидевший за рулём, не переставал болтать о своей сестре.

Мальчик.

У моего мужа и его бывшей любовницы будет сын.

Я смотрела на черно-белый снимок крохотного человечка, и внутри всё переворачивалось от обиды.

Наверное, это послужило толчком к моему малодушному желанию завладеть вниманием фауста в последний раз.

Фауст был не против. Его даже не отпугнул мой напор.

Когда мы закончили терроризировать стол в его кабинете, подоконник в коридоре и нашу кровать, то я застыла в его объятиях, наслаждаясь теплом мужа.

Он всегда был для меня слишком далёким, но стал роднее и ближе всех.

Смешно от того, что с женщинами творит любовь.

– Ты убил Таддео Монтолоне. Ты знал, что Аурелия беременна, но не сказал мне об этом ни слова. – чеканила обвинения я, вдыхая запах наволочки.

Смесь кондиционера для белья и наших парфюмов.

Запах дома.

– Поправочка. – Фауст скривился и поцеловал меня в висок. – Аурелия беременна не от меня. Точнее, ты не можешь обвинять меня в том, что не знаешь наверняка.

Но я была уверена: если бы Фауст на сто процентов был уверен в том, что ребенок не его, то не стал бы скрывать беременность Аурелии так долго.

Фауст устроился сзади меня и обнял одной рукой за талию, притягивая ближе.

– Что если это твой сын? – спросила я, сплетая наши пальцы.

Я так и не сказала ему о том, что знаю пол ребенка. Я молчала о том, что из-за него жизнь Элеттры пошла под откос.

– Хватит забивать себе голову. – фыркнул Фауст мне в волосы. По голосу было ясно, что он устал. – Мы ещё не знаем, чей это ребенок.

– А если твой? – сердце в груди болезненно сжалось спазмом.

Фауст долго молчал, прежде чем наконец-то ответить на мой вопрос:

– Придумаем что-нибудь.

Он не был уверен, и это выжигало меня изнутри, оставляя после себя пустырь и обломки наших планов.

Что вообще можно было придумать, если он отец ребенка?

Ничего.

Фауст должен присутствовать в жизни наследника и никто не сможет встать между ними. Даже если я, однажды, рожу ему сына, он всё равно будет вторым.

Я не хотела бы подобного для своего ребенка.

Мне самой пришлось бороться за сердце Фауста с Аурелией, а перекладывать на нашего ребёнка такое бремя мне совсем не хотелось.

Мой муж не стремился меня утешить.

Казалось, он вообще предпочитал делать вид, что ничего вокруг не происходило, но я-то знала, что это было не так.

Когда Фауст уснул, я заперлась в ванной и включила воду. Достала из сумочки тест на беременность и села на край ванной.

Этого ведь не может быть?