Жена. Дорого
Шрифт:
Что? Дергаюсь, чтобы уклониться, но второй рукой он притягивает меня к себе за талию и прижимает так крепко и уверенно, что женская сущность выглядывает из-за барьера самосохранения, чтобы посмотреть: и что там нам сегодня досталось?
И нам с этой бестолковой стервозиной достает умопомрачительный поцелуй.
Умопомрачительный в прямом смысле этого слова, потому что понять, каким образом я оказалась лежащей на кровати, я не могу.
Черт, Линда! Ты же хотела опробовать матрас?
Кажется, есть все шансы это сделать.
Глава 6
– Что ты творишь? – шиплю я, стряхивая руку Крамера со своей груди и переходя в вертикальное положение.
Плотоядный взгляд скользит по моему телу:
– Я лишь демонстрирую тебе то, от чего ты отказываешься. Я заметил твой голодный взгляд, Линда. Ты же хочешь секса. И хочешь меня. Только не признаешься в этом даже самой себе. Спорим, у тебя там уже мокро?
– Я не буду с тобой ни о чем спорить!
Уязвленная собственной слабостью перед этим мужчиной, я соскакиваю с постели и, стараясь не смотреть ему в лицо, начинаю сосредоточенно обуваться.
Голодный взгляд! С ума сойти! Еще бы нимфоманкой обозвал!
Абсолютно бестактный тип, но мне это на руку. Каждый раз, когда я подпадаю под гипноз его маскулинности, именно его ядовитый язык возвращает меня на путь истинный.
– Что, Линда? Ты всегда прячешь голову в песок? – Крамер все еще лежит на кровати, подпирая голову рукой. Он продолжает лениво меня разглядывать.
Это еще больше задевает мою гордость. Он выглядит абсолютно спокойным и невозмутимым, у него даже дыхание не сбилось, словно он действительно проводил какой-то эксперимент. В то время как у меня кожа горит там, где он целовал, а дотянулся он много куда. И в трусиках действительно влажно.
– Я не понимаю, о чем ты, – сухо отвечаю я.
– У тебя на лице было написано, что ты мечешься между желанием раздвинуть ноги и своими дурацкими принципами. И если бы я не остановился, то сейчас бы уже находился в тебе. Я предлагаю тебе расстаться с сомнениями и получить удовольствие.
– Ты слишком самоуверен, – у меня сжимаются кулаки. – Обещаешь удовольствие, а я вот не уверена, что мне понравится! Такие, как ты, заботятся только о собственном удовлетворении!
– О, – он насмешливо смотрит на меня. – Так у нас тут не только лживая мораль, но еще и неудачный сексуальный опыт! Теперь хотя бы понятно, почему у тебя недотрах.
Недотрах? Сукин сын!
– Оставь в покое мой сексуальный опыт! И мою мораль!
– Ну почему же? Я просто воочию представляю бегущую строку в твоей голове с лозунгом: «Нельзя трахаться с мужиком, которого увидела впервые! Так делают только падшие женщины»! Так успокойся, я на тебе все равно женюсь, – усмехается он. – Даже когда мы оба признаем, что ты не такая уж правильная: у нас же контракт.
Скотина!
Крамер легко поднимается с кровати и в один шаг оказывается рядом со мной.
– Вот поэтому я и говорю, что ты ведешь себя как страус. Весь день за этим наблюдаю: и в кабинете, и в ресторане, и при встрече с Раевской, и сейчас. Твоя голова забита сплошной хренью: от страха осуждения окружающими до неприятия собственных желаний. Напоминаю, что, чем глубже прячешь голову в песок, тем беззащитней задница!
Тимур медленно наступает на меня, и я пячусь от него мелкими шажками.
– Тебя вообще не должна волновать моя задница!
– Ты – моя будущая жена, и как на грех ты абсолютно беззубая. Тебя сожрут в моем мире за пять минут, как ты собираешься в нем выживать?
Все, я уперлась попой в комод, а спереди Крамер прижал меня своим телом.
У меня вытягивается лицо от такой наглости:
– Класс! Подкат года! То есть если я позволю себя трахнуть, то твой мир наполнится для меня розовыми единорогами? – всплескиваю я руками.
– Ты можешь попробовать, – с усмешкой предлагает Крамер и кладет мою ладонь себе между ног.
От неожиданности моя рука легонько сжимается, и я могу оценить размеры моих проблем. Меня окатывает кипятком, а во рту пересыхает. Такого у меня точно не было.
Ноги слегка подгибаются. Истосковавшееся за долгие месяцы одиночества тело, однозначно голосует за срочное и подробное рассмотрение проблемы и решение ее любыми путями на кровати переговоров.
Крамер, глядя мне прямо в глаза, провокационно потирается стояком о ладошку и грубо сжимает попку, притискивая меня к своему паху сильнее. Внизу живота начинает сладко ныть.
– Давай, я тебя просто оттрахаю, тебе полегчает, и мы проведем эти пару лет не только с пользой, но и к взаимному удовлетворению.
К моему счастью, Тимур снова все портит, и у меня наступает мгновенное отрезвление.
Я отпихиваю его от себя. Крамер не настаивает, он позволяет мне отойти на безопасное расстояние. Не стесняясь под моим взглядом, поправляет член в брюках.
Судорожно вспоминаю, где моя сумочка. Мне срочно нужен мобильник вызвать такси. Кажется, я оставила его внизу в прихожей.
Надо немедленно отсюда уезжать! Видеть его не могу!
Хорошо придумал: он меня будет натягивать два года, драть свою девушку и иногда секретаршу, а после развода – прощай Линда, радуйся, теперь у тебя нет недотраха! Гинеколог хренов!
– Мне такой как ты не нужен! – с ненавистью я смотрю на него уже в дверях спальни. – Лучше уж вибратор!
Крамер мгновенно оказывается рядом. Глаза его блестят предвкушением:
– Зачем же ограничиваться? Хотя я так постараюсь, что ты ноги свести не сможешь.
– Ты не поверишь, но у меня есть гордость! Меня не так воспитывали!
– Это про маму свою? Да. У нее гордости было хоть отбавляй, судя по тому, кто твой отец!
Это уже слишком!
Я размахиваюсь и влепляю Крамеру пощечину.
Глава 7
Все утро я прокручиваю в голове вчерашние события. Вспоминаю, как, сидя в такси, кипела от злости. Я была такая злая, что вполне жизнерадостный таксис сник под моим взглядом.
Что это скотина себе позволяет?