Чтение онлайн

Его зеленоглазое солнышко увлеченно красило зверолюда, обнимавшего свою избранницу, и вовсе не считало это чем-то ужасным, недопустимым, зазорным. Убежденность Джеттеро в неизбежной негативной реакции Алексы на мир двуипостасныx дала крен, стремясь кануть в светлых водах всколыхнувшейся надежды. А желание Али накормить его омлетом вселило уверенность, что вечер будет куда приятнее дня. Жаль, цветы завяли… скромный букетик наверняка порадовал бы гостью. Или нет.

– Ты не прoтив? Я тут похозяйничаю, – с деловым видом сказала она, упорно избегая встречаться с им взглядом.

– Хозяйничай. – Опустившись на высокий табурет возле барной стойки, Джетт подпер кулаком щеку и принялся наблюдать за художницей. Она гремела посудой, доставала из холодильника продукты – резкие движения, нервные. Что-то мучило его солнечную девочку, но что именно? – Ты здорово рисуешь, – сделал комплимент он.

– Спасибо, – буркнула Алекса, нарезая ветчину для омлета.

– А почему на картине оборотень? – нарочито-равнодушно спросил он.

– Тема вдохновляет. – Она нервно усмехнулась, явно думая о вчерашнем приключении.

Интересно, что ещё она запомнила с ночи? Любопытство грызло мужчину, но он держался, позволяя ей самой прояснить ситуацию. Давить не хотелось, отпугивать тоже, да и так приятно было просто смотреть на нее: маленькую, босую, в его рубашке и на его же кухне. Правда, мысли одолевали отнюдь не гастрономические, но она ведь не телепат, верно? Значит, не прочитает.

Не телепат, да. А еще, как показали недавние события, она не истеричка, неспособная пережить встречу со сверхъестественным. Джетт сильно ошибался, считая всех женщин одинаково пугливыми. И вселенная, в стремлении доказать обратное, прислала ему ЕЕ. Вселенная или Миранда, вернее, тот, кто руководил ее действиями? Калеб. Джетт помрачнел, вспомнив о погибшем брате, даже после смерти не желавшем оставлять в покое родных.

Бедная Мира. Почему она молчала? Почему не рассказала ему, что призрак мужа ее терроризирует? Сбежала в город под предлогом обучения на курсах, прислала вместо себя лександру… зачем? По указке супруга или по собственной инициативе? И как ей удалось найти кандидатку, которая с первой встречи запала в сердце деверя? Случайность или холодный расчет, замешанный на магии? Хотелось надеяться на первое, но логика подсказывала – дело не чисто.

Наоми обещала все выяснить, правда, после того, как закончит колдовать над пленными охотниками, превращая воспоминания о зомби-белочках и прочей лесной нечисти в обрывки пьяного сна. Парни никогда его не забудут, и желание соваться в лес у обоих отпадет без всяких официальных запретов. Джетт бы, конечно, предпoчел стереть эти воспоминания вовсе, но у ведьмы были свои методы, и спорить с ней не стоило. Особенно, когда ему требовалась ее помощь.

– Так! – Нарушила повисшую паузу Аля. Отодвигая арезку в сторону, она случайно стукнула ножом по разделочной доске, что-то тихо пpошипела и, взяв чашку, принялась разбивать в нее яйца. – Надо поговорить! – сказала, по – прежнему не глядя на него.

– Мы говорим. – Пожал плечами Джетт, продолжая следить за каждым ее движением.

– Не о том!

– Может, за ужином? – предложил он.

– Нет, сейчас. Пока я не передумала.

Заявление насторожило, и радужное настроение лесника начало стремительно омрачаться. Неужели решила уехать? А он, дурак, напридумывал себе всякое, увидев ее картину…

– Секс был? – Вопрос застал его врасплох. Да что там… он чуть не сшиб его со стула. И первой мыслью пришло уверенное: «Будет!». Удача, что слова не сорвались с языка от неожиданности.

девушка ждала ответа. Джеттеро растерянно моргнул, осмысливая ситуацию, и крепко задумался, что сказать. Считается ли сексом произoшедшее между ними ночью, или это только прелюдия и ответить отрицательно будет честно? Однако вместо четкого и ясного «нет» он уточнил:

– Ты совсем не помнишь?

– Помню, но мало, и не факт, что мне это не приснилось, – вздохнула Алекса. – Так был секс или нет? – Она с надеждой посмотрела на негo. И что, интересно, ей хочется услышать?

– Нет.

– Отлично! – расслабилась девушка, неосознанно его задев. – танцы?

– Какие? – проглотив неприятное чувство, вызванное ее реакцией, спросил Джетт.

– Пьяные. На столе. Были?

– Э-э-э…

– Я очень неадекватно себя веду, когда выпью, – повинилась Аля. – Очень-очень. Поэтому и не пью обычно. – Она принялась взбивать вилкой яйца, игнорируя блэндер, стоявший на полке. – Так был стриптиз или нет?

Хм… а сорванное полотенце за стриптиз считается?

– Нет, – немного подумав, проговорил Джетт, – но я бы на это посмотрел, – добавил, улыбнувшись. – Ты здорово рисуешь, красиво поешь… танцуешь, наверное, тоже отлично.

– О не-е-ет. – Девушка сделала страшные глаза, всем видом намекая, что ужасней ее выступления и представить сложно. – Последний, кто это видел, до сих пор заикается и рефлекторно трет глаз, встречая меня.

– Почему трет? – не понял он.

– Потому что получил по нему каблуком, когда я, «грациозно» взмахнув ножкой, снимала туфельку на десятисантиметровой «шпильке». Мой сокурсник не лишился зрения только чудом. Зато наш зарождающийся роман лишился перспективы. Ой, – Аля сменилась в лице, видя, как он неосознанно прикрывает волосами половину лица. – Прости. Я не хотела задеть… не намекала… это не я! – наконец, определилась она, и снова занялась омлетом.

– Точно не ты. – Улыбка его была кривой.

– А кто? – Она уставилась на него. – Кто тебя ранил? Медведь? Другой зверь? Я видела и на груди твоей шрамы. асскажешь?

– станцуешь для меня? – сам не зная почему, попросил Джетт и, немного подумав, добавил: – без туфель.

Она какое-то время молчала, выливая в сковороду смешанные с нарезкой яйца. Он даже решил, что брякнул лишнего, когда девушка вновь ожила и, плутовато улыбнувшись, заявила:

– Bозможно, но виноват будешь сам. – Джетт охотно кивнул, готовый взять на себя любую ответственность, лишь бы она это сделала… для него. Замечтавшись, он немного расслабился, и тут Алекса вновь огорошила: – А клад? Клад копать я не ходила?

– Какой клад?

– Неважно какой, главное, ночью и на кладбище. – Она развела руками. – Это вторая гениальная идея, которая посещает пьяную меня. Еще есть звонок бывшему, но я вечно забываю номер и попадаю черт знает куда. Иногда меня там даже cлушают.

– Та-а-ак… – протянул Джетт, усаживаясь поудобней. – гласи весь списoк, пожалуйста, пока жарится омлет, чтобы я потом ненароком не подавился.

– Издеваешься, – укорила его Алекса.

– Перестраховываюсь, – улыбнулся он. – Ну и любопытствую, да. Надо же понять, что за «кошку в мешке» принес домой.

Я смотрела, как он ест. Как ловко работает ножом и вилкой, разрезая омлет на мелкие кусочки, как отправляет их в рот по одному. ккуратно, без спешки, будто не домой пришел после тяжелого рабочего дня и бессонной ночи, а в ресторан. И понимала умом, что так пялиться на человека неприлично, даже попробовала отвлечь себя мытьем посуды, но взгляд как магнитом притягивалcя к Джетту, такому усталому и до жути домашнему в антураже залитой мягким светом кухни.

Сегодня на нем, помимо жилета, была надета серая рубашка, скрывавшая витиеватый узор на руках, но набор причудливых амулетов, висевших на шее, оставался прежний. Хотелось узнать, зачем он их носит, расспросить его о прошедшем дне, а еще о жизни до меня. Да просто поговорить о чем-нибудь отвлеченном, например, о медведях, которые, по словам некоторых, на самом деле oборотни! Решив, что время ужина идеально подходит для прояснения этой загадочной ситуации, я села напротив, налила себе и Джетту апельсинового сока и, потягивая напиток, снова уставилась на лесника.