Чтение онлайн

Я ступила в зал и почувствовала, как померкли яркие огни, словно опустились сумерки, как начал стихать смех и замолкла музыка. Я ощутила страх, ужас и панику. Чёрные перья кружились по залу, впитывая эти эмоции и делая меня сильнее. Они искали человека. Того самого, по чью душу я пришла.

Передо мной расступались, провожая безмолвным взглядами. А я шла туда, где пульсировала жизнь урода, приговорившего мою мать. Связанного со мной одной кровью. Чувствовала я и другие огоньки, с которыми меня связывала кровь. Отец, брат, кузина Виттория, дядя.

Тёмная энергия кружила вокруг меня сизыми дымными облаками, растекаясь щупальцами по воздуху. Меня никто не смел остановить, да и была ли уже я? Или осталось только чудовище из тьмы моего дара? Я остановилась напротив высокого старика в зелёном камзоле.

— Хочу видеть твоё лицо, — прошипела я, — никто не посмеет прятаться за лживыми масками.

Я взмахнула рукой, поднялся сильный ветер, срывая с гостей их маски, и с ними и иллюзии, наведённые арками тайны. Только моё лицо, рассечённое маской на белую и чёрную половины, осталось закрытым.

— Кто ты? Как ты смеешь? — не побоялся надменно выкрикнуть сухой старик, время его не пощадило.

— Не узнаёшь меня? — мои алые губы растянулись в кривой усмешке.

Маска треснула ровно по середине и опала на пол двумя половинками, чёрной и белой. Я посмотрела незнакомому, но такому ненавистному старику прямо в глаза, впиваясь в его зрачки, посылая в них ту злобу, что переполняла меня. Он закричал, падая на колени, и схватился за голову.

— Хватит! — властный мужчина, наверное, чуть младше моего отца, вышел вперёд, — я требую прекратить.

— Король, — я медленно повернула голову к нему, я ощущала его ауру, он был центром конфигурации из Треугольника, Звезда и Круга, — ваше величество, я в своём праве.

— И что это за право? — сузил глаза он, они сверкнули голубым огнём.

— Жизнь за жизнь, конечно же, — я расхохоталась как сумасшедшая, таковой я и была, — он забрал жизнь моей матери и чуть не убил меня.

— Законы Алтонии так не работают, — качнул головой его золотоволосое величество.

— Зато так работают законы магократии, — прошипела я на грани слышимости, специально для него.

— Азарелия! — в образовавшийся круг вышел темноволосый мужчина, я никогда не видела его, но сразу узнала, — девочка моя.

— Какая встреча, у нас сегодня прямо день семьи, — я снова засмеялась, зло и неприятно.

— Первый Высокий Граф? — король прищурился на отца, требуя ответа, — вы обещали позаботиться об этом.

— Айза! — к представлению присоединилась Виттория, — что ты делаешь? Дедушка?

— Это так забавно, оказывается, ты моя двоюродная сестра, ты знала? — поделилась я, — моя мать — старшая дочь твоего деда. И он убил её, и хотел убить тебя. Семейка, что надо.

— Азарелия, — отец шагнул ближе ко мне, — пожалуйста, успокойся. Ты должна взять под контроль свой дар.

— Не хочу, — ответила я и заставила Второго Великого Герцога завыть, скрючившись на полу, — он убил маму и лишил меня всего. Почему я должна прощать?

— Потому что ты не такая, как он, — вместо него ответил Константин Делатур.

— У нас одна кровь, может, я именно такая? — я хмыкнула, — не тебе говорить мне о том, какая я.

Эмоции распирали изнутри, и я выпустила их, зал затопило беспроглядной тьмой, нельзя было увидеть ничего, дальше своего носа. Я захохотала, чувствуя ужас и страх всех присутствующих, осознавая их беспомощность передо мной. И даже король ничего не мог с этим поделать. Он оказался в той же ловушке, что и все остальные.

— Ты говорил мне, что не прощаешь предательства, — произнесла я, освобождая от тьмы небольшой участок, чтобы видеть Делатура, — ты говорил, мы похожи. Мы правда похожи. Я тоже не прощаю предательств.

— Да, мы похожи! — выкрикнул он, — поэтому ты не поддашься этой тьме внутри себя. Ты не позволишь причинить кому-либо боль. В тебе слишком много добра и любви.

— Нет! — я топнула ногой, сбивая его с ног волной энергии, — во мне нет ни добра, ни любви. У меня отобрали всё с самого рождения. Я не хочу никого прощать. Никто не заслуживает прощения. Виноваты все.

— Ты не права и знаешь это, — Делатур медленно поднялся и сделал шаг ко мне, — вопреки всему ты стала очень хорошей и справедливой, тебе не чужды милосердие и сострадание. Тебя волнуют чужие беды.

— Не подходи! — я снова сбила его волной.

Он упал на четвереньки, но тут же поднялся, делая шаг за шагом. Он противостоял моей силе и протискивался через заслоны. Вся моя энергия покинула весь бальный зал, отпустила всех, окружив только нас тёмной завесой, сосредоточившись на том, чтобы не подпустить Делатура ко мне. Потому что я знала, что если он дойдёт до меня, всё будет кончено.

— Азарелия Траум, я правда люблю тебя, — он был на расстоянии вытянутой руки.

Герцог едва держался на ногах, дунь, и он упадёт. Бледный, измотанный, но решительно настроенный дойти до конца. Его глаза сверкали как два клинка из лигурийской стали, вышибая голубую искру, отражая темноту вокруг, отпугивая её.

— Прошу, вернись ко мне, — он протянул ко мне дрожащую руку, — без тебя мне нет смысла продолжать.

Пространство из темноты сузилось, чернильно-чёрная завеса задрожала, щупальцами устремляясь к нему, врезаясь в него стрелами, впитываясь в его тело. Делатур сжал зубы, сдерживая стоны каждый раз, как энергия входила в него, оставляя отметины из чёрных вен, наполняя тьмой его глаза.

Он пошатнулся, когда тёмная волна прошла через него насквозь. Моё замершее, обледеневшее сердце дрогнуло. Ксан начал заваливаться, и новая волна набросилась на него как хищный зверь, желая поглотить, смять, уничтожить.

Игла из зла в моём сердце закипела и растворилась. Я закричала, понимая, что произошло. Барьер из тьмы вокруг нас начал растворяться, тёмная сторона дара отступила и покорилась. Я бросилась к Ксан, он лежал, весь изуродованный тёмными венами, смертельно бледный.

Меня не волновали вернувшиеся звуки и свет в зале, не волновали взволнованные и испуганные люди. Новообретённые родственники и король. Кажется, я слышала, как его величество начал отдавать приказы, заметила, как нас окружили солдаты, закрывая плащами от всех гостей.

Но мне было плевать. Ведь сердце Ксана замерло. Оно перестало биться. Случилось то, чего я боялась больше всего. Я навредила Ксану. Я его убила, своей силой. Я. Предсказание Тори и предчувствия Клюшки сбылись. Я — чудовище.

Светлая Святая! Я знаю, что ты присматривала за мной, оберегала и направляла. Неужели вот моя судьба? Молю, позволь мне всё исправить! Я хочу вернуть его, только он мне и нужен. Несмотря на его игры и манипуляторство, на то какой он наглый и хитрый. Я люблю его!