Чтение онлайн

Они вернулись с полным пакетом рыжих грибов. Если бы в кустах действительно сидел форвард, то это стало бы серьезным оправданием их совместной прогулки. Люська взвизгнула от радости и принялась мыть лисички, нашлись помощники, занявшиеся чисткой небольших запасов картошки. Ужин удался на славу. Светлана перестала сомневаться в том, что она неудачливая повариха. «Ничего, – думала она, – стерпится, слюбится. Люди ко всему привыкают, а уж женщины более адаптированные личности, приспосабливаются к чему угодно, даже к антарктическим холодам!» Но ей так не хотелось приспосабливаться. В темной палатке, где на серых «стенах» не было никаких ромашек и под боком мирно посапывала подруга Люська, ей захотелось реветь. Она уткнулась в валик, изображающий подушку, и позволила себе немного расслабиться.

Если есть на свете справедливость, то он обязательно вернется. Или, что еще лучше, она проснется завтра утром и поймет, что разлюбила этого беспамятного неудачника. Лузера! Вот он кто, он настоящий лузер в этой жизни… И она бы многое отдала, чтобы вновь оказаться с ним. Он негодяй, подлец, изменщик… Пусть, он все равно хороший. Хороший?! Даже тогда, когда целуется с другой? Сегодня она поцеловалась с другим, и нет никакой гарантии, что форвард где-нибудь в лесу не обнимает свою очередную Викторию и не шепчет ей нежные слова. Ах, какие нежные слова он ей шептал! Светлана громко всхлипнула и вздрогнула. Люся пробормотала что-то и перевернулась на другой бок.

– Все, все, – успокоила себя девушка, – где мои розовые слоны в желтую ромашку? – И она принялась считать огромные стада.

Следующее утро встретило их прохладным дождем и запиской, в которой говорилось о том, что они проспали все, что могли. Конечно же, записка содержала другой текст: «Девчата, ждите к ужину, который нужно приготовить из тушенки и гречки! Целую, Федор».

– Он еще целует! – кричала Люська, бегая по пустому берегу и заглядывая в такие же пустые палатки. – Нет, как он мог оставить нас на растерзание диким зверям?! А если бы мы погибли?!

– Они уплыли ранним утром, – пожала плечами Светлана, – и спасибо им, что не стали нас будить. Я хоть первый раз проспала до двенадцати часов дня за весь отпуск. – Она равнодушно отреагировала на отсутствие спортсменов и пошла заваривать быстрорастворимый кофе. – К тому же здесь так пустынно, что нет ни зверей, ни людей.

– И ты так спокойно об этом говоришь?! – верещала Люська. – Я бы на твоем месте тряслась бы от страха! – И она побежала на импровизированную стоянку. – У нас «Газель» угнали!

– Спокойно, разве тебе твой Федор не рассказывал о своих планах?

– Ничего он не рассказывал, мы занимались любовью! – передернула плечами Люся.

– Вот что значит заниматься не тем, чем надо. А Стас рассказал мне о планах. Они спускаются на байдарках вниз по реке, а обратно возвращаются на «Газели», которая едет следом и ждет их там. Все про все как раз рассчитано до вечера. Так что, подружка милая, мы целыми днями будем предоставлены сами себе. Я думала, Люся, ты знаешь.

– Ничего я не знала, – недовольно буркнула Люся, – а то бы не поехала.

– А как же планы по штурму Джомолунгмы? Или тебя с кастрюлями оставят у подножия горы?

– Очень смешно, – сказала Люська, которой хотелось плакать.

– Так, хватит хныкать, – бросила ей Светлана, – давай думать над тем, как нам наварить корыто гречки. Помощников нет, придется все делать самим. Ты когда-нибудь варила гречку?

– Я ее терпеть не могу! – в сердцах соврала Люська. – Особенно с тушенкой. Я люблю байдарку! – И она чуть не разрыдалась.

– Правильно, – согласилась с ней подруга, – давай рыдать вместе. Я как раз вспомню про своего Макса, который на самом деле никакой не Макс, а какой-то там Михаил, бросивший меня не в пустынном лесу, заметь, а среди целого мегаполиса! И записки-то о том, что он вернется и поцелует, у меня тоже нет. Давай, подруженька, рыдать и проклинать свою судьбу. Ты, как я вижу, уже начала? Сейчас я все вспомню и зайдусь в истерике.

Люся нахохлилась и присела рядом, смирившись с неизбежностью.

– Плесни и мне кофейку, – попросила она и протерла ладонью свои покрасневшие глаза. – Правильно, все мужики – гады. И нечего тратить на них наши драгоценные слезы. Но Федор! – Она погрозила речке пальцем. – Мог бы предупредить! Ну, ведь мог бы?!

Керосинка отчаянно задымила, на нее попали холодные капли дождя. Девушки загасили ее, подхватили свои кружки и вернулись в палатку, там в заначке у Люси было шоколадное печенье. Завтрак, плавно переходящий под шум дождя в обед, прошел на удивление весело. Подругам было что обсудить на этой лесной опушке и наметить дальнейшие планы сосуществования с коварным Федором и его озабоченными плаванием на байдарках спортсменами. После чего под бьющие по палатке капли подруг сморил сладкий сон.

Их разбудили крики и шум. Людмила недовольно привстала, и на ее лице отобразился ужас положения, в котором они оказались. Мужчины вернулись к холодному очагу, где их совершенно никто не ждал: ни девчонки, ни каша с тушенкой. Последнее огорчило их больше всего.

– Ничего, – потирая руки, успокаивал товарищей Стас, – сейчас сами все сварим!

Светлана суетилась рядом с виноватым видом.

– Сама не пойму, как уснула, – пожимала она плечами, – и это после кофе! До него у меня была стойкая бессонница.

– Со всеми бывает, – подмигивал ей Стас, которого она втихомолку подкармливала шоколадным печеньем. – Не переживай, мы холостяки, привыкшие к суровой действительности.

– Холостяки? – игриво переспросила Светлана, приглядываясь к симпатичному парню.

В отличие от них у Людмилы с Федором происходила ссора, в которой они пытались прояснить не свои отношения, а найти виноватого. Вот это хуже всего, когда обвинения начинают сыпаться на ни в чем не повинную голову. Так считали они оба, с той лишь разницей, что каждый из них думал, что именно он носит эту самую голову. По мнению Люси, Федор должен был повести себя как настоящий джентльмен и покаяться во всех грехах. Федор отчаянно сопротивлялся и твердил свое. Если бы он промолчал, как делал это обычно, то ничего страшного не случилось бы. Люся выпустила бы пар и успокоилась. Но Федор отчего-то не молчал и пытался достучаться до ожесточившегося сердца любимой. Люся изрыгала проклятия в его адрес, припоминая все его промахи. Обычно после такой ссоры супруги дуются друг на друга несколько дней, сидя по разным комнатам. Но они были не супруги, и комнат поблизости тоже не наблюдалось. Зато свидетелей было хоть отбавляй.

Следующий день не принес ничего, кроме очередных огорчений. Хоть ужин был приготовлен вовремя, и каша удалась, Федор по-прежнему дулся на Люську. Светлане пришлось уговаривать подругу, поливая бальзамом лести ее раненое сердце. Людмила Малкина действительно была довольно привлекательной девушкой со средним уровнем интеллекта и повышенным чувством собственного достоинства, которое наконец-то дало о себе знать.

– Хватит! – сказала Люся, когда пути примирения были отрезаны. – Собирайся!

Светлана не стала противиться и отговаривать подругу. Утром, когда они в очередной раз остались одни, Людмила решила бежать из этого байдарочного рая, где ей не нашлось места, кроме как у костра. Светлана вздохнула, вспомнив о Стасе, тот наверняка расстроится или обидится на нее, когда она исчезнет. Безусловно, между ними не могло ничего случиться, кроме мимолетных поцелуев. И все-таки она оставила ему записку, в которой объясняла свой побег натянутыми отношениями подруги и Федора. Впрочем, об этом знал «весь лагерь». Не только знал, но и видел последнее сражение парочки.