Женитьба порочного герцога
Шрифт:
Гриффин тоскливо посмотрел в спину тетушке, которая уже покинула его в сопровождении своей компаньонки. Эдлин шла сама по себе. Он посмотрел на тропинку. На улице останавливались фаэтоны, собиралась толпа зевак, чтобы поглазеть на знаменательное событие.
– Чего они ждут? – спросил он изумленно.
– Нас, – сказала Констанс с вздохом, словно он должен был и так это знать.
«Нас»?
– И какая тому причина?
– Ваша светлость слишком долго жили в средневековом замке. – Она взяла его под руку. – Кивните им.
– С чего вдруг? Терпеть не могу незнакомцев.
– От вас этого ждут. Давайте же. – Она улыбнулась ему, обнажив пугающе острые зубы. – Вы не должны разочаровывать аристократическое сообщество.
– А вы, похоже, плохо меня знаете.
– Боюсь, ваша светлость слишком легкомысленно относится к пэрству.
Гриффин тут же решил, что так и стоит поступать в дальнейшем.
Герцог посмотрел на поля ее шляпки и подумал, что она запросто могла лично пристрелить бедное животное.
– Можно быть с вами откровенным? – спросил он.
– А откровения не могут подождать, пока мы не сделаем публичного заявления? – Поскольку Гриффин промолчал, Констанс тяжело вздохнула и продолжила. – Что ж, в таком случае говорите что должны.
– Мне неприятна ваша шляпа.
– А мне неприятна компаньонка вашей тети, – сказала Констанс без колебаний. – Ей придется уйти.
Вот тут он улыбнулся. Но не ей и не собравшейся публике.
Она крепко сжала его локоть, ее ридикюль больно стукнул по руке. Гриффин даже представить себе не мог, что она там носит – может, сокровища королевы, – но что бы там ни было, оно болталось промеж них, словно кандалы, пока они шли к воде.
– Видите мужчину в плаще с капюшоном? Это лорд Бермонд, – сказала Констанс. – Пригласите его пострелять из ружей. Девушка с зонтиком, которая стоит рядом с ним, – это его любовница. Сделайте вид, что не видите ее. И… – Констанс нахмурилась неодобрительно. – Впрочем, все равно. Стоит нам посетить парочку суаре, как вы позабудете свою первобытную деревню и обживетесь в нашем цивилизованном мире. А там инстинкты подскажут вам, как пробраться на самый верх.
– Я и сам первобытнее некуда.
– Да, дурная слава идет впереди вас, – пробормотала она.
Его взгляд потемнел.
Будь она поумнее, она бы обратила на это внимание.
Но умом Констанс, похоже, не блистала.
У Харриет не было возможности высказать свое мнение об элегантной женщине, которая шла под руку с герцогом. Да и недостойно было бы использовать в обществе эпитеты, которые приходили на ум. Кроме того, леди Паулис уже выразила свое немое неодобрение в красноречивой, если не сказать оскорбительной выходке, которая компенсировала страдания Харриет сполна.
– Почему она не понравилась вам, мадам? – спросила Харриет, когда они отошли на безопасное для разговора расстояние.
Леди Паулис взмахнула тростью словно мечом.
– Такой лживой дряни я еще ни разу в жизни не встречала.
– Но дрянь эта такая изящная, что его светлости она явно понравилась.
Меч-трость опасно качнулся в сторону Харриет.
– Прибереги соус для другого гуся. Ты прекрасно знаешь, что мои слова – сущая правда.
– Точно так, – сказала Харриет, пытаясь предугадать, в какую сторону качнется трость в следующую минуту.
Голос леди Паулис неожиданно надломился.
– Все это неправильно. И во всем виновата я сама. Я сама толкнула его в лапы этой заносчивой лисицы. Чтобы соединить их, я использовала печаль и чувство вины. Я… – Леди Паулис замолчала, побледнев и тяжело дыша.
Харриет обеспокоено осмотрелась по сторонам. Она заметила Эдлин, девушка стояла неподалеку в окружении гувернанток и их энергичных подопечных.
Вокруг дерева, около которого они собрались, бегал кокер-спаниель.
– Давайте найдем скамейку, чтобы вы могли присесть.
– Скамейка мне ни к чему. Мне нужно найти жену Гриффину, которая будет заботиться о нем и об Эдлин.
– А кто позаботится о вас, мадам? Леди Паулис увяла на глазах.
– Для этого я и наняла вас, моя девочка. Харриет покачала головой:
– Тогда я вынуждена сказать вам еще раз, что обвинения в мой адрес, которые вам довелось услышать сегодня, это только начало. С вашей стороны будет опрометчиво оставить меня на работе.
– Я плачу вам за то, чтобы вы соглашались со мной. И не важно, опрометчиво это или нет.
– Да, мадам. – Взгляд Харриет скользнул по герцогу и его изящной спутнице. Констанс вела Гриффина к группе леди и джентльменов, многие из которых горели желанием познакомиться с герцогом.
– Она красивая.
– Красота увядает.
– Она наследница.
– Благосостояние развращает.
– Но его светлости, похоже, все равно, увянет ли ее красота и развратит ли его ее состояние.
Харриет вздохнула, а Гриффин тем временем оставил «высокое собрание». Леди Констанс после недолгого колебания поспешила за ним. Внезапно Харриет с особой остротой ощутила неприязнь к клану Боскаслов, который познакомил ее с миром, в котором она всегда будет чужой. Словно некий современный Прометей, которого ждал ужасный конец только за то, что он хотел найти свою половинку. Харриет вздохнула, полная жалости к самой себе. Она и в самом деле была маленьким монстром. У леди Констанс была нежная кожа, будто наполненная лунным светом. Кожа Харриет краснела и покрывалась пятнами каждый раз, когда она волновалась. Она никогда не смогла бы носить шляпку с мехом лисицы и не выглядеть при этом шутом гороховым. А уж о том, чтобы бороться с выгребными ямами, и речи не шло. Хотя однажды она столкнула туда мальчишку, который гонялся за ней.
Голос леди Паулис вторгся в ее мысли:
– Я сделаю все, чтобы этот союз не состоялся, слышишь меня? Не желаю, чтобы еще один член моей семьи остался с разбитым сердцем. Мы должны положить этому конец, чего бы это ни стоило.
При приближении герцога Харриет почувствовала порыв ветра. Леди Констанс послала одного из лакеев к карете за своей муфтой из меха кролика. Когда слуга вернулся, серая предгрозовая тишина накрыла парк. Герцог внимательно посмотрел на Харриет. Нескрываемое желание в его глазах полоснуло Харриет по сердцу точно молнией.
У нее перехватило дыхание. Тучи разверзлись, и из них на грешную землю хлынул такой ливень, будто злой колдун вылил котел проклятий на головы человечества. Гриффин разразился смехом и посмотрел наверх. Женщины вокруг него визжали и бегали в поисках укрытия, в то время как джентльмены жаловались на плохую погоду и судачили о том, что лучше было бы провести время в клубе.
– Посмотрите на нее теперь, – прошептала леди Паулис Харриет. – Ее локоны тают под дождем.
– Может, она вся растает? – спросила Эдлин, ехидно усмехнувшись.