Женька и миллион забот
Шрифт:
– Ну, и чего таращишься? – пьяно поинтересовалась деваха. – Что, музы никогда не видела?
Женька резко обернулась к дивану лицом. Никого. Она снова уставилась в зеркало. Деваха исчезла вместе с бокалом вина. Бедная художница так и застыла на месте, от ужаса вытаращив глаза. Ну ладно, Кирюшка. С ним еще как-то можно мириться, но голые бабы… Это уже совсем никуда не годится. Она ущипнула себя за руку. Щипок получился весьма чувствительный.
– Ну, как я, ловко придумал?
– Ой! – Женька подпрыгнула на месте, хватаясь за сердце.
Прямо на спинке дивана примостился ее шерстистый знакомый, развалившись вольготно, как барин в собственной спальне.
– Это твоих рук дело? – зашипела на него Женька, тыча пальцем в зеркало.
Кирюшка бросил взгляд поверх ее плеча в сторону зеркала и только лапкой махнул:
– Ах, это! Да ну, что ты. Это же муза. Наглая, стервозная муза, зажралась, понимаешь… ну ничего, возьмусь я за нее, – в тоне ангела-хранителя не было и тени насмешки. – Я из нее человека сделаю… то есть не человека, то есть музу, только это… – Кирюшка озадаченно почесал пушистый затылок, подбирая подходящие слова.
– Так она мне не привиделась? Она настоящая?
– Она-то? – переспросил Кирюшка. – Еще какая настоящая, скажу я тебе. Раньше работала – будь здоров, а потом, как хозяину удача повалила, так работу забросила, обнаглела совсем. Некому, понимаешь, ее на путь истинный наставить…
Конец ознакомительного фрагмента.