Чтение онлайн

— Свои желания нужно уметь сдерживать, ты ведь большой мальчик, — чуть ли не мурлыкаю я.

— Я тебя напугал?

— Самомнение у тебя, действительно, царское! Я пьяная, Олег, ты чертовски хорошо целуешься, нам так и до «чая» недалеко. А жалеть я на утро не хочу.

— Значит, торопить тебя не буду. Увидимся?

— Конечно! Я позвоню!

До подъезда я добиралась с глупой улыбкой на лице. Прекрасный вечер!

Соседи давно спят, время позднее, горит парочка окошек, но мое снова темное. Я не спеша поднимаюсь на свой пятый, передвигая лениво тельце по лестнице вверх. О! Вот и моя дверь! Стою, копошусь в сумочке в поисках ключей. Вера снова на работе, поэтому бурчание по поводу моей нетрезвости я не услышу. Вдруг что-то из темноты хватает меня за щиколотку, от неожиданности и волны страха, что накатил мгновенно, я понимаю, что начинаю терять сознание.

Не знаю, сколько я времени провела в таком состоянии, но возвращаться в мир людей было безумно жутко. В нос сразу бьет четкий запах крови, который теперь ощущается на всей лестничной площадке. Трогаю рукой бетон около себя, боясь открыть глаза, нащупываю ключи. Боже, помоги мне! Я сейчас умру от сердечного приступа.

Тихий стон приводит меня в чувства, потому что этот голос точно принадлежит не мне. Вглядываюсь, рядом со мной лежит мужчина, видимо, сейчас без сознания. Конечно, профессиональные навыки берут верх над страхом, я трогаю пальцем артерию на шее. Тёплый, пульс прощупывается, а значит человек живой. Достаю телефон, чтобы вызвать скорую, не обращая внимание на то, что испачкалась в крови.

— Не вздумай никуда звонить, — тихий голос сопровождается кашлем.

Кровь приливает к щекам и я внимательно разглядывая мужчину. Черт меня побери. Это ведь дружок Лёшки. Какого он снова припёрся? И вид у него не товарный. Опять раны зализывать? Они охренели в хлам! Но какие бы возмущенные мысли не бродили в моей головушке, я толкаю себя на совершенно безумный поступок. Открываю дверь с возмущенные полушепотом «Помоги мне дотащить тебя».

Вот спрашивается «Нахрена?». Мне других проблем мало? Нужно было его бросить и идти спать. Но проклятый алкоголь… Черт! Легче всего списать на него, и моё поведение с Олегом, и моё поведение сейчас. Хотя из — за перенесенного стресса, ч чувствовала что давно уже протрезвела. И теперь представила, какую нелегкую работу выполняла моя прабабушка, которач во время войны была санитаркой. Тут протащила его три метра и уже сдохнуть хочу.

— Ты живой? — интересуюсь, пытаясь подняться на ноги.

— Почти — отвечает он.

— Мне тебя до кровати нужно дотащить, — сообщаю я.

— Извини, крошка, я сейчас не в форме для любовных утех, — шутит, значит, жить будет. Ещё бы понять откуда кровь, вообще было бы замечательно. Первый осмотр провожу в коридоре на полу. Так, вроде никаких признаков внутренних кровотечений, хотя ссадин и синяков на теле много. Бровь вон рассечена. Но вроде уже не кровоточит. Свёртываемость хорошая, это тоже хорошо.

— Ты дрался что ли? — уточняю я.

— Не только, — говорит, главное, чтобы не отключался, там скорее всего сотрясение есть.

— Что значит, не только, умник? Я могу узнать от чего тебя лечить?

Он убирает руку, которой секунду назад «обнимал» себя. А вот там, действительно, полный писец! Огнестрельная рана. И если пуля там застряла, я хренушки справлюсь сама, потому что наркоза дома нет, а на живую его резать у меня не подымется рука. Это в фильмах показывают все красиво.

— Там я следы оставил, — кивает он на дверь.

— Слушай, ты ни в какое другое место больше подыхать не мог пойти? — возмущаюсь я. Но мне сейчас стоит успокоиться.

Прождал же меня Бог знает сколько, значит за десять минут не помрёт. Непрофессионально, конечно, но улики надо убирать. Если он не пошел в больницу, значит, он снова что-то натворил. Так, собраться бы. Завтра утром, вернее уже сегодня, вернётся Вера, а я… Я снова в квартире одна с бандитом.

Он еле доползает до моей комнаты, где я потихоньку стараюсь стянуть с него пальто и остальные вещи. Не дешёвые, это точно, но теперь пойдут они в мусорный контейнер. И только потом вспоминаю, что всё ещё одета в новое платье, а на нем расплылось алое пятно. Пока не большое, поэтому решаю, что операцию буду проводить не в нем. Пока мой гость со стоном падает на кровать, где я уже перестелила постель и подготовила свое ложе для проведения *операции», я быстро меняю в ванной наряд на домашние штаны и футболку, так же быстро замачивают свое новенькое платье и вооружившись инструментами, бинтами и спиртом, направляюсь в комнату.

— Слушай, все не так уж и плохо, пуля прошла навылет — замечаю я. А по венам уже разливается адреналин, хоть и готова себя прибить за то, что впустила его в дом.

— Тут нужно промыть рану и зашить. Так что будет очень больно — заверяю я его.

— Делай уже свое дело, — кривится он от, когда я тампоном пытаюсь протереть место ранения.

Это ж сколько само выдержки и какая смелость. Он всё терпел. Конечно, как могла я обезболила, но факт в том, что операцию он пережил без наркоза, хотя я и опасалась, что у него может быть болевой шок. Глаза я его попросила не закрывать, вдруг помрет на моей кровати. Стиснул зубы и ждал, пока Я завершу, лишь иногда тихо вздрагивал и зажимал руки в кулаки. Обработала ссадины и синяки которыми было покрыто всё тело.

— Ты дрался? — спросила еще раз, потому что предыдущая попытка успехом не увенчались.

— Нет, бил — он тяжело дышит.

— Надеюсь, им повезло меньше.

— Не сомневайся в этом — чеканит слог с каменным выражением лица. А что я хотела? Ему больно, а я тут со своими расспросами.

— Как мне к тебе обращаться?

— Меня все называют Джокер.

— Знаешь, у меня собака в детстве была, у неё была такая же кличка.

— Шутка неудачная.

— Это не шутка, я говорю правду. Я просто веду к тому, что у человека должно быть имя, а не прозвище.

— Ещё розовыми соплями меня обмажь — на это замечание нарочно нажимаю на один из багровых синяков. Слышу его тихую ругань.

— Если нужно будет, намажу. Отдыхай, я закончила. У тебя есть четыре часа, чтобы отлежаться.

Нет, дело не в том, что ему больно, такие люди не чувствуют ни боли, ни жалости ни, тем более, благодарности.

— Егор. Меня зовут Егор — произносит он уже мне спину.

— Спи, Егор — добавляю я, прежде чем закрыть дверь.

Будильник прозвенел ровно в семь. У меня была парочка часов, чтобы выпроводить гостя и добраться до работы. Со вторым проблем не возникало, а вот в плане Егора была одна маленькая загвоздка. У него начался жар. Это было капец, как плохо потому, что требовалась еще дополнительная помощь в виде капельницы и лечение сильными антибиотиками. А лучше всего, ему нужно было поехать в больницу, чтобы лечение назначил нормальный доктор, а не недоврач.

— Ты решила, чтобы моя смерть была медленной и мучительной? — простонал он.

— И это благодарность за то, что хотела помочь. Извини, нужно было оставить тебя за дверью. Ты сам понимаешь сколько ты мне проблемы создаёшь?

— Я всё возмещу.

— Егор, ты идиот, или тебе мозги отбили последние? Мне работать нужно, а сейчас тётя вернется с дежурства. И что скажу?

— Я сам с ней поговорю, — цедит он.

— Ага, наставив на неё оружие.

После укола с жаропонижающего и очередной порции противовоспалительного решаюсь на еще одну авантюру.