Чтение онлайн

Последней шла умеренно беременная, ухоженная дама практически ее же возраста. Лиза привычно пролистала карточку.

— А когда вы собираетесь проходить УЗИ? У вас уже 14-я неделя.

— Мы с мужем решили его не проходить, — с достоинством ответила беременная.

— И что так? — Лиза с трудом сдержала зевок.

— Не хотим подвергать ребенка риску, — чопорно ответила дама.

— Ну что ж, ваше право. Стране нужны дауны, — покладисто ответила Лиза, записывая показатели давления.

— Это вы сейчас о чем? — проявила агрессию пациентка.

— Если для вас сомнительная опасность от УЗИ перевешивает реальную родить ребенка с хромосомной патологией, то я ничем вам помочь не могу. Я лично такого героизма не понимаю, но для некоторых родителей это действительно не важно. Для них главное — чтобы был ребенок. Они готовы заботиться о любом, — говорила Лиза, автоматически фиксируя в карточке данные измерений, которые делала Оля.

— Да как у вас язык поворачивается такое говорить! Я буду жаловаться заведующей!

— Вы серьезно думаете, что эта жалоба убережет вас от рождения больного ребенка?

— Мы с мужем были на генетической консультации, нас обследовали и сказали, что ребенку не грозят генетические заболевания.

— А синдром Дауна?

— И синдром Дауна.

— Дорогой специалист?

— Это специалист ОЧЕНЬ высокого класса, — гордо подтвердила беременная.

— Знаете, Ольга Александровна, — повернулась Лиза к акушерке, — всегда так хотела работать. Деньги грести лопатой за просто так. Понимаете, — она вновь перевела взгляд на даму, — синдром Дауна, конечно, зависит от генетической предрасположенности, но является спонтанной мутацией. И опасность ее увеличивается с возрастом. С каждым десятилетием матери — практически вдвое. Вероятность рождения Дауна у женщины от 35 до 40 лет — где-то 1 больной на 200 здоровых. Немного. Но беда в том, что статистика хороша для больших чисел, а для каждой конкретной женщины риск фактически составляет 50/50 — либо ты будешь 200-й, либо не будешь.

— А при чем тут УЗИ-то, я не понимаю?

— На первом скрининге отслеживают маркеры синдрома Дауна и еще нескольких хромосомных патологий — толщину шейной складки, длину носовых костей и прочие признаки. Это, конечно, не 100 %-ная диагностика, но в случае подозрения назначается цитологическое исследование. Анализ клеток плода, — пояснила Лиза на непонимающий взгляд беременной. — А вы что думали, вас на УЗИ зачем направляют?

— Мы решили, что нам пол ребенка не важен, — отвела глаза пациентка.

— Да и мне, если честно. Тем более что первое УЗИ его определение еще не гарантирует. Кстати, еще через месяц будет второй скрининг — биохимический. Анализ содержания в крови специфического гормона. Он также способствует выявлению генетических отклонений у ребенка. Но вы, конечно, можете и его пропустить. Это ваше право.

— А теперь уже поздно пойти на обследование? — робко поинтересовалась женщина.

— Нет, если сделаете его как можно скорее. Ольга Александровна, выпишите еще раз направление.

Ну вот и все на сегодня, облегченно вздохнула Лиза несколько минут спустя, оставшись одна в кабинете. Хотя…

Лиза выбрала номер в телефонной книжке сотового:

— Валечка, добрый день! Как матушка?.. Спасибо, все нормально. Да, про него. Сделала? Ты же моя радость! И что? Абсолютно отрицательный тип? По всем? А что поделаешь, если положительные — не в моем вкусе. Спасибо, дорогая! Буду должна по гроб жизни. Да брось ты! У тебя с твоей лялькой и так все было бы нормально. Не выдумывай! Ну всё, пока.

Итак, абсолютно здоров, как и обещал. Сперматограмма для его возраста вполне достойная. И судя по количеству и морфологии сперматозоидов, между их встречами Змей к половой жизни интереса не проявлял. Хоть этот факт и удивителен, но засчитывается в его пользу.

Лиза еще раз заглянула в телефонную книжку.

— Евгений Петрович? Добрый день, не отвлекаю? Да, рада слышать. Я тут вчера в секс-шоп заходила, приглядела замечательный вибратор на случай, если вы передумаете по поводу нашего уговора. Такой розовенький, с дистанционным управлением… Нет, не передумали? А зря… Сказочный девайс! Нет? Тогда что вы думаете по поводу завтрашнего вечера? Свободны? Где-то в полдевятого? Я адрес смс-кой скину. Форма одежды? Парадная. В смысле парадная: костюм, галстук, рубашка… Всё как положено… И что, это повод приходить нагишом? — рассмеялась Лиза. — Буду вас ждать.

Теперь главное успокоиться и все хорошенько продумать, сказала себе Лиза, осознав, как подскочил у нее пульс от простого разговора по телефону.

Собственно, на сегодня Женька натрахался и без Ведьмы. Сначала выяснилось, что раздолбаи-охранники устроили ночью пьянку в сторожке, и к утру объект фактически охранялся одной сигнализацией — благо, та к алкоголю нечувствительна. Потом приехал пожарный инспектор. Тот, кто знаком с пожарными инспекторами, все поймет без лишних слов. А тот, кто не знаком, все равно всей прелести не прочувствует. В общем, к вечеру Змей был способен только ползать. Однако отказываться от поездки к Лизе было уже поздно. К тому же, как известно, лучший отдых — это смена деятельности. Нынче, конечно, и он, и его.

Но с женщинами у Женьки сегодня еще не было.

Ровно в 20.30 он подъехал к Лизиному дому и поднялся на третий этаж. Дверь в квартиру была приоткрыта и изнутри раздавалась негромкая музыка.

— Добрый вечер! Есть кто живой? — довольно громко спросил Змей, входя внутрь и защелкивая замок.

Изнутри послышался смех Лизы и ее голос:

— Даже не надейся! Раздевайся, проходи!

Единственным источником света в квартире была ближайшая комната, в которую открывался коридор. Женька снял ветровку, разулся и пошел туда.

Комната освещалась небольшим торшером, что стоял возле кресла в противоположном конце. В кресле сидела Ведьма. Ее лицо находилось в тени, но того, что Змей видел, хватило, чтобы понять, что приехал он не зря.

На ней было надето крохотное черное виниловое платьишко с глубоким декольте и молнией спереди. Наряд не прикрывал резинок черных же чулков. На ногах красовались аккуратные шпильки. Волосы были стянуты и убраны назад. В руке Ведьма покачивала бокал с вином. Судя по бутылке, что стояла на журнальном столике.

Женька сглотнул слюну.

— Привет! — сказал он неожиданно осипшим голосом.

— И тебе не хворать. Ну, продолжай!

— Что?

— Раздеваться! Стриптиз хочу!

Я тоже хочу, подумал Женька, глядя на выступающие из декольте округлости. К стыду своему — или своей гордости, это с какой стороны посмотреть — Женька ни разу мужской стриптиз не видел. И вообще, с этим словом в его голове был прочно связан процесс расстегивания лифчика в прогибе возле шеста.