Чтение онлайн

— Да? — «Еще как могу, — подумал Джерри. — И глазом не моргну». Это было настоящее открытие. — А почему нет?

— Это безумие. Это убийство. Я не желаю участвовать в убийстве. Я ухожу. Ухожу немедленно. Дай мне ключи от машины. Дай ключи, черт побери!

— Заткнись, шлюха, — хладнокровно сказал он и с силой ударил Рене рукояткой пистолета в висок. Когда женщина упала как подкошенная, Джерри даже не обернулся. Он не сводил глаз с Софии.

— Согласен, она была надоедливой. Но полезной. И это великолепно. София, ты сможешь оценить всю прелесть замысла. Именно Рене устроила пожар. Она давно имела на тебя зуб. Несколько дней назад она пошла к копам и попыталась убедить их, что ты убила своего отца. А сегодня вечером приехала сюда, подожгла винодельню и подбросила в твою спальню вещь, которая должна была стать уликой. Ты застала ее, вы боролись, пистолет выстрелил. Кстати говоря, — добавил он, — из этого пистолета стреляли в Дэвида Каттера. Я распорядился, чтобы его прислали мне. Думаю, ты по достоинству оценишь мою предусмотрительность. Ты умрешь, а вину за это взвалят на нее. Очень Удобно.

— Почему?

— Потому что никто не может оскорбить меня безнаказанно. Вы, Джамбелли, думали, что это сойдет вам с рук, но теперь останетесь ни с чем.

— Из-за моего отца? — За спиной Джерри разгоралось ярко-оранжевое сияние. — Из-за того, что мой отец причинил тебе неприятности?

— Неприятности? Он украл у меня жену, гордость и жизнь. А что потеряли вы? Ничего. Но теперь мы посчитаемся. Я вернул свое с лихвой. Я был бы удовлетворен, если бы разрушил ваше дело, но смерть лучше. Ты — ключевая фигура. Тереза уже стара. У твоей матери не хватит мозгов, чтобы восстановить компанию. Без тебя умрет сердце и мозг Джамбелли. Твой отец был шантажистом, лжецом и мошенником.

— Да, он такой. — «Никто не придет сюда, — подумала она. — Никто не прибежит с пожара спасать меня. Я встречу смерть одна». — Но ты тоже шантажист, лжец и мошенник. И еще хуже.

— Если бы у меня было время, мы бы поспорили. Но увы… — Он поднял пистолет немного повыше. — Ciao, bella.

— Vai a fartifottere [5] , — ровно ответила ему София. Она хотела закрыть глаза, вспомнить молитву или образ, который можно было бы унести с собой. Но продолжала держать их открытыми. И ждать. Когда раздался выстрел, она отшатнулась. И увидела, как из маленькой дырочки на рубашке Джерри брызнула кровь.

Лицо Деморне исказилось от изумления. Следующий выстрел отбросил его в сторону. Он рухнул на пол. Стоявшая в дверях Элен опустила пистолет.

— О боже… О господи… Тетя Элен. — Ее не держали ноги. София доковыляла до кровати и села на нее. — Он хотел убить меня.

— Знаю. — Элен медленно вошла в комнату и тяжело опустилась на кровать рядом с Софией. — Я вернулась сказать, что пришли мужчины. Я видела…

— Он хотел убить меня. Так же, как убил моего отца.

— Нет, милая. Он не убивал твоего отца. Это сделала я. Я, — повторила она и уронила пистолет на пол. — Мне очень жаль.

— Нет. Ты сошла с ума…

— Я воспользовалась этим пистолетом. Он принадлежал моему отцу. И никогда не был зарегистрирован. Не знаю, почему я взяла его с собой в ту ночь. Сомневаюсь, что я собиралась убивать его. Я… вообще ни о чем не думала. Он хотел денег. Снова. Этому не было конца.

— О чем ты говоришь? — София обхватила себя за плечи. Она ощущала запах пороха и смерти. — О чем ты говоришь?

— Линк. Он пользовался Линком. Линк… Господи помилуй… Линк — сын Тони.

— Все в порядке! Они… — В балконную дверь влетела Пилар и остановилась как вкопанная. — Боже милостивый… Софи…

— Стой! Подожди! — София вскочила. — Не входи. И ничего не трогай. — Одышка не мешала ей лихорадочно думать. — Тетя Элен, пойдем со мной. Сейчас же. Мы не можем оставаться здесь.

— Это убьет Джеймса и Линка. Я уничтожила и их. София заставила Элен встать и вывела ее на галерею.

— Говори. Говори быстрее. У нас мало времени.

— Пилар… Я убила Тони. Я предала тебя. Себя. И все, во что я верила.

— Это невозможно. Ради бога, что здесь случилось?

— Она спасла мне жизнь, — сказала София. Со стороны винодельни донесся сильный треск и порыв ветра. Это рвались бутылки, но София даже не вздрогнула. — Он хотел убить меня. Из этого пистолета стреляли в Дэвида. Он велел его прислать и держал у себя как сувенир. Элен, что случилось с моим отцом?

— Он хотел денег. Когда ему были нужны деньги, он обращался ко мне. Все эти годы. Он никогда не требовал, никогда не угрожал. Просто говорил о Линке. Сначала о том, какой он чудесный мальчик, затем — какой умный и многообещающий молодой человек. А потом говорил, что ему нужно немного взаймы. Я переспала с Тони. — Она беззвучно заплакала. — Много лет назад. Тогда мы все были так молоды… У нас с Джеймсом были трудности. Я ужасно разозлилась на него. Несколько недель мы прожили врозь.

— Я помню, — пробормотала Пилар.

— Я обратилась за помощью к Тони. Он все понимал и сочувствовал мне. Вы с ним тоже не ладили. Ты подумывала о разъезде. Он был таким внимательным, таким обаятельным… В отличие от Джеймса. Конечно, это не оправдание. Я позволила этому случиться. Потом мне было стыдно. Я возненавидела себя. Но что было, то было. Я обнаружила, что беременна. Не от Джеймса, потому что в то время мы не жили друг с другом. И тут я совершила вторую чудовищную ошибку. Все рассказала Тони. С таким же успехом я могла сказать ему, что решила сменить прическу. Вряд ли он стал бы платить за одну неосторожную ночь, правда? Поэтому платила я. — По ее щекам текли слезы. — Платила и платила…

— Линк — сын Тони…

— Нет, Джеймса! — Элен с мольбой смотрела на Пилар. — Во всем, кроме одного. Он не знает. Никто из них не знает. Я делала все, чтобы искупить ту ночь. Для Джеймса, для Линка… О боже… И для тебя, Пилар. Я спала с мужем моей лучшей подруги. Я была молодая, злая и глупая. Никогда не могла простить себе этого. Но делала все, чтобы искупить свою вину. Я давала ему деньги. Каждый раз, когда он просил. Много лет. Сама не знаю, сколько составила общая сумма.

— Так дальше продолжаться не могло, — согласилась Пилар.

— Тогда на приеме он сказал, что должен меня видеть. Назвал время и место. Я отказалась. Впервые в жизни. Он разозлился, и я испугалась. Если бы я не послушалась, он пошел бы в дом и все рассказал. Джеймсу, Линку и тебе.

Я не могла рисковать. Не могла этого вынести. Мой мальчик, Пилар! Мой маленький мальчик с развязанными шнурками. Я пришла домой и вынула из сейфа пистолет. Он лежал там много лет. Я сама не знаю, почему подумала о нем. Не знаю, почему я его взяла. В голове стоял туман. Он включил музыку, поставил на стол бутылку хорошего вина. Сидел и рассказывал мне о своих финансовых трудностях. Так мило, словно мы были старыми добрыми друзьями. Не помню всего, что он говорил. По-моему, я его просто не слышала. Ему понадобился очередной небольшой заем. На этот раз в четверть миллиона долларов. Половину в конце недели, а остальное через месяц. В конце концов, он не так много просит. Он дал мне такого чудесного сына…

Не знаю, как в моей руке очутился пистолет. Я не понимала, что выстрелила, пока не увидела кровь на его манишке. Он смотрел на меня с удивлением и легкой досадой. У меня в ушах звучал его голос: «Проклятье, Элен, ты испортила мою рубашку». Но, конечно, он не говорил этого. И вообще ничего. Я ушла домой и попыталась убедить себя, что ничего не было. Совсем. С тех пор я всегда носила с собой пистолет. Всегда и всюду.

— Теперь ты могла бы его выкинуть, — тихо сказала Пилар.

— Как? А если одну из вас арестуют? Без него я не сумею доказать, что сделала это сама. Я не могла позволить, чтобы он причинил вред моему мальчику или Джеймсу. Но теперь… Сначала мне нужно все рассказать Джеймсу и Линку. А потом я позвоню в полицию.