Женщна в клетке, или Так продолжаться не может
Шрифт:
— Прекрати. Ты прекрасно поняла, о чем я хотела тебя спросить. Когда ты это успела?
— Он так же заботливо, как тебя, взял меня за руку и отвел спать. Я приняла душ, а он пожелал мне приятного сна и хотел выйти из комнаты…
— И что?
— Ничего. Я просто не дала ему этого сделать и расстегнула ширинку.
— Зачем? — Лейсан покраснела, словно вареный рак.
— Лейсан, ты что, не знаешь, зачем женщина расстегивает мужчине ширинку?
— Знаю! — резко ответила та. — Зачем тебе это понадобилось? Какого черта?! Он же к тебе не приставал. Ты сама…
— Переклинило меня что-то, — заговорила я как можно спокойнее. — Прямо затмение нашло. Я ему сама себя навязала. Ну не знаю зачем… Может, обязанной чувствовала. Он нам жизнь спас, в дом свой привез, кров дал. Одним словом, Лей-сан, лучше не спрашивай. Что-то странное на меня накатило, я и учудила.
— Жалеешь?
— Я ни о чем никогда не жалею, но если можно было бы вернуть все обратно, я бы так не поступила. Уснула бы просто, и все.
— Ладно. Что было, то было, — постаралась успокоить меня Лейсан. — Все мы люди.
Я оперативно прожевала большой кусок торта и поинтересовалась у подруги:
— Лейсан, а это нормально, что мужчина всегда с собой в кармане брюк презервативы носит?
— Вполне.
— Ты уверена?
— Было бы хуже, если бы он их не носил, а так к нему даже испытываешь уважение. Мы за безопасный секс!
— А я считаю, что если мужчина носит с собой презервативы, значит, он бабник.
— Почему?
Потому, что он всегда держит их наготове, что значит, он всегда готов к случайным интимным контактам.
— Было бы хуже, если б он к ним готов не был, — спокойствию Лейсан оставалось только позавидовать. — С таким никакой ерунды не нацепляешь и отдохнешь нормально.
— Лейсан, я не разделяю его спокойствия.
— Я лично уважаю мужчин, которые уважают безопасный секс. Это говорит о том, что у них есть голова на плечах. А мне всегда нравились мужчины, которые думают головой, а не другим местом.
— Но ведь он же женат! — прокричала я голосом, полным отчаяния.
— И что?
— Да мне кажется ненормальным, что женатый мужик носит с собой пачку презервативов в кармане брюк. А если жена в карман залезет?
— Может, она у него по карманам не лазит?
— А если брюки постирать надо? Вот я, например, даже представить себе не могу, что я залезу в карман брюк своего суженого и найду там презервативы.
— Именно поэтому ты и не замужем.
— Ты хочешь сказать, что в браке нужно быть ко всему готовой?
— Вот это ты правильно подметила. Только вот все не пойму, что ты мне доказываешь? То, что Марат бабник?
— Да, — порадовалась я тому, что Лейсан наконец поняла, к чему я веду. — Обыкновенный, стопроцентный бабник.
— А мужики все бабники.
— А вот и не все. Жан мой не бабник.
— Да он с тобой от жены гуляет, значит, уже бабник.
— Он от жены не гуляет. Он просто меня любит.
— Хорошо. Пусть это так называется. Как скажешь. А вообще, Томка, мужиков-то нет! Француз испарился, Марат оказался обыкновенным женатиком, а других кадров не наблюдается. Хотя…
Лейсан улыбнулась стоявшему неподалеку охраннику.
— Интересный экземпляр. Нужно будет уточнить, он уже кого-нибудь пожизненно охраняет или еще нет?
Немногим позже Лейсан принялась готовить щи, а я сидела неподалеку, изредка наблюдала за ее действиями и размышляла.
— Послушай, тут столько продуктов! Этот Марат как будто специально к нашему приезду готовился. Такие закупки сделал. Томка, ты о чем думаешь?
— У меня от всевозможных мыслей голова разламывается.
— Тома, все, что нам пока остается, так это сидеть здесь. Тут мы в безопасности.
— И долго нам тут сидеть?
— Не знаю. Может быть, Марат что-нибудь решит.
Все, что Марат может для нас сделать, он уже сделал. Поселил нас на этой даче, а все остальное — это наши проблемы.
— Я с тобой не согласна. Я думаю, что Марат должен выйти на компанию Влада.
— А мне кажется, что Марат нам ничего не должен.
— Ты с ним, конечно, зря переспала, но будем надеяться, что он к тебе все же интерес не потеряет и хоть что-нибудь еще сделает. И вообще, сейчас пойдем купаться в бассейне. Отдыхай и не забивай себе голову.
— Лейсан! Как я могу отдыхать и не забивать себе голову, если у меня любимый человек пропал?!
— Ну а от того, что ты будешь себя изводить, ничего не изменится. — Лейсан резала капусту и даже не смотрела в мою сторону.
Щи моей подруги оказались безумно вкусными, и она решила ими накормить не только меня, но и тех, кто нас охранял, заботливо обхаживая самого высокого и интересного.
— Холостой, — прошептала она мне на ухо, когда накладывала добавку.
— Откуда ты знаешь?
— Я спросила.
— Прямо взяла и спросила? — опешила я.
Ага. Чего время попусту терять? Нужно сразу приступать к делу. Он сказал, что я вкусные щи варю. Я его тут же спросила, неужели его жена варит хуже? А он ответил, что нет у него никакой жены и не было никогда. Тогда я спросила, есть ли у него подруга. Он ответил, что постоянной нет. Мол, времени на работе проводит много, толком нормальные отношения завести не успевает, но хотел бы. А это самое главное! Главное, чтобы такое желание у мужчины в наличии имелось, а у него оно есть. Одним словом, одинокий интересный мужчина. Если у меня с ним что получится, я ему каждый день щи варить буду.
Взяв полную тарелку щей, Лейсан пошла к столу, за которым обедали охранники, не забывая при этом покачивать своими изящными бедрами. Я улыбнулась — может, хоть ей повезет, и на ее улице будет праздник.
После сытного обеда, зная, что купаться после еды вредно, все же пошла к бассейну немного поплавать.
— У тебя румянец на щеках появился, — улыбнулась мне сидящая на бортике Лейсан.
— Я начинаю приходить в себя.
— Это хорошо!
— Господи, я еще жива! Не могу в это поверить! Знаешь, я бы сейчас все отдала, все, что у меня есть, только бы узнать, жив ли Жан, где он и что с ним происходит.
— Никогда не торопись отдавать все, потому что, возможно, то, что ты хочешь отдать, может тебе пригодиться самой.
Пока Лейсан разговаривала с понравившимся ей охранником, я пристроилась на лежаке и закрыла глаза. Мое тело припекало солнышко. Было хорошо и спокойно, но это только внешне. В моей душе играла настоящая буря. С болью в сердце я думала о том, что исчез человек, которого я очень сильно любила и люблю по сей день. Мне хотелось упасть в его объятия, заплакать, пожаловаться на судьбу и попросить его о том, чтобы он никогда больше меня не отпускал. Никогда и никуда. Все, чего я хотела, это остаться в плену его рук и губ. Я устала от непрекращающейся боли и страданий. Я хотела к нему, куда угодно, хоть на край света. Только бы он был рядом!