Чтение онлайн

Ее рот слегка приоткрылся.

Мужчина ждал ее протеста. Что она будет шокирована таким предложением.

Но ее глаза затуманились, и девушка облизала губы. Он почувствовал дрожь, пробежавшую по ее телу.

— Нет, такого они вовсе не ожидают, — хрипло ответила Бэт Энн. Свободной рукой она провела по его затылку, словно шорох его коротких волос был таким же возбуждающим, как и касания всего остального.

Черт, да! Член немедленно налился. Кольт схватил розовую тряпочку и отбросил на пол. Потянув девушку за руки, он усадил ее себе на колени. Ее улыбка была нежной и соблазнительной, и мужчина поцеловал ее, чтобы снова вспомнить вкус этих губ.

Бэт Энн была такой же сладкой, как он помнил. Всю неделю она не выходила у него из головы, как и их свидание. Конечно, он не ожидал секса сегодня. Но если Кольт предложил, и она была не против? Ну, отношения, бывало, строились и на вещах похуже, чем секс. Так он полагал.

Задыхаясь, Бэт Энн отстранилась от него и попыталась слезть.

— Окна...

Кольт напрягся всем телом от гнева.

— Тебе стыдно целоваться со мной?

Девушка выглядела сбитой с толку.

— В смысле?

— Из-за того, что я из никчемных Ваггонеров? — прорычал тот.

— Вообще-то, — мягко ответила девушка, — я подумала, что нам стоит закрыть окна, раз уж я собираюсь раздеться.

— Ах, — выдохнул морпех, извинения так и не пришли ему на ум.

Бэт Энн прижалась и поцеловала.

— Дурачок.

Соскользнув с его коленей, она закрыла на замок входную дверь, и направилась к длинному витринному окну, служившему фасадом ее салона красоты. Окна выходили на основную улицу, и весь город мог увидеть их целующимися.

Наверное, закрыть окна было хорошей идеей. Мужчина встал и провел рукой по спинке ее парикмахерского кресла, затем нажал несколько раз на педаль, поднимая его высоту.

Закрыв все жалюзи, девушка обернулась и удивленно нахмурилась.

— А что ты делаешь?

— Поднимаю для тебя сидение. Я собираюсь заниматься с тобой любовью в этом кресле.

Она облизала губы, и Кольту это понравилось.

— Ох, — ее голос был мягким и хриплым. — Звучит вкусно.

Мужчина притянул ее к себе и снова поцеловал, ее руки так сладко обвивались вокруг его шеи, а рот охотно открывался навстречу его языку.

— Я думал о тебе всю неделю, Бэт Энн.

— А я думала о тебе, — заявила девушка, ее пальчики крались к нижнему краю его рубашки. Сегодня Кольт надел рубашку на пуговицах, единственную, что у него была, и брюки. Это был вовсе не его стиль, но он не хотел выглядеть бродягой на свидании с Бэт Энн. Он хотел произвести впечатление, а футболки и камуфляж явно не подходили для этой цели.

— Ты такой красивый сегодня, — нежно похвалила Бэт Энн.

— Не такой красивый, как ты.

Девушка расплылась в улыбке и сделала шаг назад. Схватив край топа, она стянула его через голову и отбросила в сторону. Ее высокая, упругая маленькая грудь — идеальная грудь, о которой он видел сны — была закована в черное кружево, такое прозрачное, что он видел маленькие соски сквозь него. Кольт уже хотел накрыть каждый ртом, почувствовать, как они твердеют под его языком, хотел ощущать, как ее руки трутся о его затылок, и Бэт Энн стонет под ним.

Ее пальчики потянулись к пуговицам его рубашки, и он стянул ее через голову, бросив поверх ее кофточки, которая приземлилась на ближайшую стопку журналов.

При виде его обнаженной груди Бэт Энн тихо застонала. Она погладила пальцем цепочку его жетонов.

— Эта штука выглядит так грешно на твоих мускулах.

— Хочешь, я сниму?

— Господи, нет! — воскликнула девушка и усмехнулась. — Мне слишком нравится, — ее руки скользили по ремню на его брюках. — Хотя вот эту штуку...

Кольт выскочил из туфлей, расстегнул ремень и брюки упали на пол. Миг спустя туда же полетело и его белье.

Она снова застонала и упала перед ним на колени.

— Как же мне нравится то, что я вижу, — ее довольное мурлыканье творило дикие вещи с его нутром. — Мне все было любопытно, на самом ли деле он такой толстый, как я помнила.

— И? — мужская рука погладила ее волосы и ласково прикасалась к щеке.

— Намного лучше, чем я помню, — ответила Бэт Энн и, потянувшись к нему ртом, игриво облизала головку.

Кольт зарычал и потянул ее на ноги.

— Не сегодня, детка. Сегодня я хочу трахать тебя.

Ухмыльнувшись, Бэт Энн накрыла его рот поцелуем, пока его руки нашли крошечную молнию ее юбки и сорвали с ее бедер клочок ткани. Подвязки его удивили. Как и крошечные трусики.

— Красиво, — Кольт обхватил ладонями ее попку. — Очень красиво.

— Нравится? — на губах девушки все еще играла плутовская улыбка.

— Так нравится, — он погладил грудь с выпирающим сквозь тонкую ткань соском. — Я хочу получше рассмотреть.

— Значит, лучше снять мои трусики, — девушка нагнулась, отстегивая подвязки чулок.

— Оставь их, — просипел Кольт. Он хотел трахать Бэт Энн в этих кружевах, чтобы ее ножки были затянуты в шелковую, соблазнительную материю.

— Оставлю, — Бэт Энн повернулась к мужчине сладкой, круглой попкой и стала отстегивать подвязки. Он заурчал и провел ладонями по сливочной плоти ее ягодиц, скрытой дерзким клочком кружева. Через миг ее трусики упали на пол, девушка вышла из них и пристегнула назад подвязки. Теперь она выжидающе смотрела на Кольта.

— В кресло, — выдохнул тот.

— Туфли?

— Оставь их.

— Горячо, — усмехнулась искусительница, и, скользнув в свое рабочее кресло, изящно скрестила ноги.

Поза скрыла все интересное, оставив на виду только гладкие бедра, и хотя она и выглядела прекрасно вот так, у Кольта были другие планы. Мужская рука скользнула по ее ноге, затем по бедру, поглаживая мягкую кожу. Просунув руку под ее колено, Кольт вытянул ногу прямо вверх. Бэт Энн согнула ее, и он вспомнил, что ей нравилось, когда он ее там целовал. Его рот прошелся по тонкой лодыжке, легко целуя кожу сквозь тонкий чулок и наслаждаясь ее дрожью.

Мужские руки прошлись по гладкой длинной ноге, и снова вытянули ее вверх. Бэт Энн ахнула, а Кольт потянул за вторую ногу, выпрямил и тоже поднял вверх, теперь ее ножки были подняты к небу, и девушка уцепилась за кресло, пытаясь сохранить равновесие. Ему нравилось ее короткое, рваное дыхание.

Но и близко не так нравилось, как когда он взглянул вниз и нашел ее абсолютно гладкую киску. Ее маленькую сладкую киску, розовую и уже блестящую от соков.

— О, будь я проклят, — его член окаменел от такого вида.