Женюсь на первой встречной-поперечной
Шрифт:
— А что? Имеются предложения получше? — игриво поднимает бровь.
— Давай займемся… детьми. Не меньше трех раз, — ныряю к ней под одеяло, и мы ненадолго забываем обо всем, лаская друг друга.
В отделении неприятно. Хочется быстрее сбежать, вернуться к жене и забыть все, как страшный сон. К счастью, мой адвокат приехал следом за мной и здорово помогает мне в общении с полицейскими.
— Ну что ж, Ростислав Романович, можете быть свободны. Если у вас есть какие-то вопросы…
— То я задам их вам сам, — за меня отвечает юрист. Благодарю судьбу, что мне попался именно он. Ответственный, умный и справедливый! В общем, я доволен как слон.
— Спасибо, Денис.
— Поблагодаришь позже, когда все будет закончено.
— Их отпустят?
— Да.
— Отлично.
— Мне обязательно являться в суд?
— В этом нет особой необходимости. Если только захочешь плюнуть ему в лицо, — смеется. — Но за это можно нарваться на штраф.
— Тогда пошел копить яд. Просто плеваться неинтересно.
— А, Рос… Насчет Татьяны… Дожимаем ее? К тому же это видео…
— Думаю, с ней нужно поговорить. Она определенным образом жертва.
— Это точно. Всегда лучше сначала попробовать решить мирным путем, — соглашается адвокат. Мы жмем руки и расходимся. Дома меня ждет любимая и два хвоста. И у меня есть для них сюрприз.
Лика что-то готовит, чувствую по божественному аромату, доносящемуся из кухни. Вспоминаю то, как она кормила нас с Лобановым пережаренными и слишком солеными котлетами и сдерживаю смешок. А ведь я тогда и вправду решил, что эти две дамы совершенно ничего не смыслят в кулинарии… Вот балбес!
— Привет, — улыбается.
— Привет, — чмокаю ее в макушку.
— Ну как все прошло?
— Хорошо.
— Ну и?.. Видел Макса? — осторожно спрашивает, боясь задеть щекотливый вопрос.
— Да.
— Дал против него показания?
— Нет.
Повисает пауза, а потом Лика отбрасывает фартук и прыгает мне на шею, маленькая моя обезьянка. Так люблю ее, что сам не верю своему счастью.
— Сафин, ты у меня герой, — целует.
— Знаю, — гордо поднимаю нос. Хочу хотя бы минутку насладиться ее восхищением, а уже потом рассказать о том, что выяснил.
— Ну давай, обед готов, открывай шампанское и рассказывай все, — хозяюшка расставляет бокалы, и передо мной появляется красивая тарелка с безумно аппетитным стейком.
— Уверена, что не училась на шефа? — подозрительно смотрю на мясо идеальной прожарки.
— Нет, — смеется. — Это просто кусок говядины.
— Скажи это владельцу ресторана, куда я часто захаживал на ужин. Тем поварам такое и не снилось.
— Ты меня слишком хвалишь. Дело в посуде и технике. Здесь же все есть! — обводит взглядом небольшую кухню, съемной квартиры. Она и рядом не стояла с моей прошлой, видимо, там бы Лика получила настоящий экстаз… даже пленочка с духовки не снята. Я ничем не пользовался.
Но мы туда не вернемся.
— Не в посуде, а в руках, — делаю ей очередной комплемент, пока она нахваливает гриль и супермасло с розмарином и морской солью. Интересно, что скажет Лика, когда узнает… А вдруг ей не понравится мое предложение?
— Все хорошо? — она замечает, что я ушел в себя.
— Да, конечно. А ты уверена, что тебе можно шампанское?
— Ну… вроде бы да, — пожимает плечами.
— Тогда за наше счастливое будущее, — касаюсь ее бокала.
— Рос… А каким ты его видишь? — становится серьезной.
— Какое бы оно ни было, главное рядом с тобой, —пока не говорю ей все, что так хочется сказать. Сначала решим все прошлые вопросы. А потом я покажу ей наше будущее.
Лика ничего не говорит, пригубив шампанское, принимается с аппетитом жевать свою порцию стейка.
Когда я прошу добавки, она не выдерживает и напоминает о том, что я обещал рассказать о деле. Да мне и самому не терпится.
— Это Андрей во всем виноват, да? — спрашивает, теребя салфетку.
— Андрей — звено в цепочке продуманной махинации. Замешаны все, но в основном больше все-таки жертвы, чем виновные.
— А Веня? Он все затеял?
— Слушай.
«Март Корпорейшн» — молодая и динамичная компания всегда привлекала к себе внимание инвесторов, прессы и, чего греха таить, конкурентов. Информационные компании редко идут в открытую борьбу, в основном действуют исподтишка, выведывая новые разработки, опережая, подкидывая вредоносные и шпионские программы. Но иногда мы стараемся дружить и собираться в коллаборации, чтобы совместными усилиями создать что-то новое и полезное, выгодное для обоих сторон. Но так, конечно, действуют только те, кто хочет работать чисто. Но и среди «чистых» компаний заводятся перебежчики, которые любят сидеть на нескольких стульях. Почему они это делают? Кто-то из-за денег, кто-то из-за личных убеждений... Ну вот Максим Лобанов, к примеру, из-за любви к работе. Как бы парадоксально это ни звучало. Он одержим кодингом, и как только где-то маячила интересная работа, не мог смотреть, как другие решают задачи, пока он делает что-то скучное.
Началось с малого, Макс написал левак для одной из компаний наших конкурентов. Безобидную программку, от нее никому не стало хуже.
— Ты знал?
— Знал. Максим всегда и все мне рассказывал.
— И как отреагировал?
— Удивился. Но не принял близко к сердцу, уверенный в том, что Лобанов любит нашу фирму. Мы вместе начинали, и он не променял бы «Март» ни на что другое. А его «подработку» я расценивал как фриланс. До тех пор, пока он не принес мне на стол бумаги, вернее, предложение на миллиарды евро. Нужно было написать обеспечение, которое будет узнавать о новейших разработках компании. Не безобидный маленький шпион, а такой электронный «червь»-предатель.
— Ворующий ваши разработки?
— Не только. Вернее, в договоре было написано, что наша компания будет исключением. Нам бы сулило это вечную славу и почет, лучших клиентов и передовые разработки со всех компании. В итоге несколько крупных фирм слилось бы в одну, и мы превратились бы в монополию, управляющую миром.
— Макс отказался?
— Сначала он загорелся идеей самой программы. Будто бы не понимал последствий. Его интересовала только техническая часть, а дальше… дальше не знаю. В общем, я отговорил его. Убедил не соваться.
— Он послушался?
— Судя по тому, что программа готова, не факт.
Лика хлопает глазами, наверное, не верит.
— Но это ведь не он?..
— Расследование до конца не окончено. Но я видел кусок этого кода. И стиль написания, если говорить о таком понятии, непохож на Макса.
— Ох… как сложно.
— Точно.
— Но как это относится к тому, что он тебя подставил?
— Макс не подставлял меня. Подставили его.
— Не понимаю.
— Когда мы с тобой сидели у костра в лесу, Лобанов получил анонимный звонок. Ему сказали, что в курсе всех его теневых разработок и знают о том, над чем он работает сейчас. Прислали доказательства и доступно объяснили, на какой срок тянет его любовь к программированию. А главное, что источником информации сделали меня. Пригрозили расправой и напугали.