Чтение онлайн

Прибыв на полигон, огрины высыпали из транспортеров, образовав некое подобие строя. Сейчас перед Хольтцем стояли только холодостойкие огрины - остальные отсиживались в казармах и слушали лекции его помощников. Удержать под контролем тысячную ораву детей комиссар бы не смог, это не люди. Понятие дисциплины громилам было незнакомо, но они пытались стоять смирно, хотя многие чесались или ковыряли в носу, смотрели по сторонам, харкали или пинали своих впереди стоящих товарищей в зад. Хольтцу было интересно, почему они так грубо друг с другом обращаются и он напрямую спросил Хвата, который был гораздо адекватнее других, чем тоже настораживал комиссара и у того появились некоторые мысли по этому поводу, но их надо было еще проверить. Громила пояснил, что толчками, пинками, ударами, люди таким образом выражают свои эмоции, дополняя их. Это не злобное переругивание, хотя и такое случается, просто когда огрина переполняют чувства, например, восхищение, то он немедленно должен выразить его. Пинком или толчком рядом стоящему. Интересно, подумал тогда Хольтц, разные дикарские культуры, разные обычаи, воистину Империум огромен.

– Слушаем внимательно.
– Комиссар привлек внимание огринов, которые уяснили, что раз мелкий человек говорит, то сказанное им важно.
– Подходить к огневому рубежу будем по трое, патроны в магазин снаряжать перед самым выстрелом. Запомните своими куцыми мозгами - оружие ни в коем случае не направлять стволом на человека. Ни в коем случае, это понятно?!! Только на врага и только когда окажитесь в бою.
– Хольтц заметил тянувшуюся вверх руку.
– Что?

– А если я терпеть не могу Горелого, то можно я его убью?
– спросила непосредственная Заноза.

– Нет.
– Покачал головой комиссар.
– Пока я отвечаю за вас на территории учебной части, никто никого не пристрелит. Потом можете устраивать разборки сколько вашей душе угодно.

– За что ты меня терпеть не можешь?
– прогудел громила.

– За все хорошее.
– Ответила та.

– Разговорчики в строю!
– призвал Хват к порядку.
– Заноза.
– Он погрозил девушке кулаком.
– Все слышали, что сказал офицер? Оружие на людей не направлять, стреляйте только в сторону мишеней и не размахивайте стволами, дуболомы! Учитесь правильно обращаться с оружием!

Еще одна рука взметнулась вверх - на этот раз это был Жила.

– Разрешите вопрос, старший офицер?
– попросился он.

– Давай.
– Комиссар кивнул.

– Зачем нам это оружие?
– осведомился неожиданно Жила.
– Ведь враг умрет до того, как приблизится и честной схватки с ним не будет.

– На вас всех врагов хватит.
– Усмехнулся Хольтц.
– Еретики и мутанты вместе с тиранидами прут такими толпами, что даже лазган перегревается и отказывается работать. Вы даже оглянуться не успеете, как окажетесь окружены противником и даже это не поможет.
– Комиссар похлопал по стволу дробовика, который лежал на столе как учебное пособие.
– Так что точите мечи и топоры, они вам тоже пригодятся.

– Разрешите дополнить, товарищ старший офицер.
– Хват тоже поднял руку. Интересно, что ты скажешь, прищурился Хольтц, но кивнул и огрин развернулся к своим.
– Комиссар хочет сказать, что надо сначала встретить противника издалека, чтобы максимально проредить его войско, чтобы снизить наши потери, потому что если мы рванем на него со всей силы, то добежать не успеем - нас всех положат. Потому что враг будет пользоваться дальнобойным оружием, а мы нет и это тактическая глупость с нашей стороны. Дело не в том, честный это бой или нет, дело в том, чтобы выжить и умудриться выполнить при этом поставленную задачу, а для этого все средства хороши. Вы же когда идете на охоту на червя, вы идете группой, при этом есть приманка и есть загонщики. В битве будет то же самое - только слаженность наших действий позволит нам победить. Сначала встречаем врага издалека и если он продолжает наступать и у нас заканчиваются патроны, тогда уже надеемся на добрую сталь наших мечей. Это уяснили?

– Да.
– Закивали болваны.

– Чтобы я больше разговоров про нечестный бой не слышал.
– Хват просверлил взглядом Жилу.
– На войне всякое оружие сгодится, а мне еще нужно вернуть вас домой живыми и здоровыми, не забывайте об этом, у нас там осталось одно неоконченное дело.

Огрины внезапно насупились, кроме тех, который были приписаны к подразделению недавно и не входили в тот отряд, который посланник привел к замку Верховного.

– Все слышали?!
– прогудел, оборачиваясь к роте Гора.
– Настало время менять старые привычки - здесь много нового, что нужно изучить.

– Что ж, раз с этим разобрались, то приступим к практике.
– Довольный комиссар поманил к себе офицеров.
– Хват, Гора, Жила, начнем с вас, идите сюда.

Громилы подошли и окружили худенького Хольтца, который на их фоне смотрелся пигмеем.

– Снаряжайте магазины, как я показываю.
– Он взял крупный патрон и вставил его в магазин.
– Придавливайте одним пальцем, чтобы не выскочил и смотрите, как цепляется за закраину, а то может случиться перекос. Давайте, попробуйте.

Огрины повозились некоторое время, причем от комиссара не укрылось то, как Хват очень быстро и профессионально снарядил обойму, потом выщелкнул по одному болтерные патроны, хмыкнул, разглядывая миниатюрный двигатель и закручивающие снаряд в полете сопла для стабилизации, потом снова зарядил магазин и помог товарищам, которые еще возились, показывая как надо и лучше это сделать. Хольтц наблюдал за ним очень внимательно и складывал все вопросы в свою копилку. Комиссар ничего не забывал - должность обязывала подмечать странности в поведении солдат, а у этого огрина их было с избытком. И то, какие выводы делал Хольтц, ему очень не нравились. Что ж, для контроля и подтверждения подозрений надо провести еще ряд проверок и если Хват их не пройдет, то... он знает что делать. Таков долг даже бывшего комиссара, хотя бывших не бывает.

– На огневой рубеж становись, оружие направлено в сторону мишеней.
– Отдал команду комиссар.
– Дробовик достаточно точный, прицельная дальность от пятидесяти до семидесяти метров, разлет осколков - два метра, так что если будете стрелять в упор, то можете и сами пострадать. Это если разрывными, сейчас патроны снаряжены обычными стальными болванками. Существуют еще с картечью и дробью, хороши против толпы.
– Комиссар продемонстрировал заряды с синей полосой и зеленой.
– У вас будут и те и другие, выбор на поле боя за вами. Теперь дошлите патрон в патронник, передернув вот эту стальную рукоять.
– Произошли три щелчка почти одновременно.
– Все, теперь он у вас в стволе, направьте ствол оружия на мишень, совместите целик с мушкой - это такая прорезь на ствольной коробке и наплыв на конце ствола - и произведите выстрел.

Грохот был громким, три дробовика пальнули практически разом, две мишени из трех пошатнулись от попаданий и в них появились дополнительные вмятины. Следующим выстрелил только Хват, Жила и Гора не додумались до того, чтобы самостоятельно вести огонь, а вот "Остапа" понесло. Он натурально забылся, ощутив знакомую тяжесть оружия в руках и теперь, приникнув глазом к целику, уперев приклад дробовика в плечо, вел огонь почти не переставая. Пули раз за разом щелкали по мишеням, которые шатались от попаданий, датчики фиксировали их и установленный на башне когитатор привычно записывал показания. Хват так соскучился по стрельбе, он любил это дело, постоянно тренируясь в тире будучи еще человеком и хотя руки этого тела были другими, но память не подвела, навык прочно засел в голове, он знал куда пойдет пуля, как следует подправить оружие, чтобы обеспечить попадание. И еще - его успокаивала стрельба. Запах пороха сменился на выхлоп сопел микродвигателей, к которому нужно было еще привыкнуть, но это не было проблемой. Комиссар не соврал - стрельба велась одиночными с секундной задержкой и Хват уже подумал, что надо бы разобрать оружие и выкинуть этот механизм - промедление в бою может стоить жизни. Он стрелял до сухого щелчка бойка, который запускал микродвигатель в патроне, после чего опустил оружие стволом вниз и довольно произнес.

– Курсант Хват стрельбу закончил.

Все смотрели только на него, даже Гора и Жила с восхищением наблюдали за тем, как их сопливый командир расстрелял все мишени словно в тире - процент попаданий был очень высок. Комиссар же сохранил невозмутимый вид, но внутри помрачнел - никакой дикарь не может так профессионально стрелять, если он этому специально не учился. Нужно будет для беседы с ним позвать кое-кого, кто умеет не только слушать, но и делать выводы. Но пока пусть покажет на что еще он способен, а затем будем решать.