Жертвенные львы
Шрифт:
Старушка, готовящая булки, на необычного посетителя косилась с подозрением. Но молча, только и подливая в пиалу бедный водянистый чай. Убедившись, что перед ними именно тот, кто нужен, Гао прижался к углу и торжествующе улыбнулся остальным.
Его буквально распирало от собственной значимости. Несколько тягостных часов, проведенных в терзаниях от нежданного появления Йена, испарились рассветной дымкой. Теперь парнишка в полной мере ощущал себя членом братства, способного постоять за своих.
О том, что Денис пустился наутек от русского в спортивном костюме почти три часа назад, Чи Вай благоразумно умолчал. «Мудрец никогда не принимает скоропалительных решений. Всегда нужно все взвесить, сопоставить возможности и оценить серьезность ситуации…» Это Гао говорил себе, привычно таская коробки по тесным подсобкам «Гнутого моста» и изнуряя себя работой.
– Я только что обнаружил человека, про которого упоминал Денис Йен, – это он сказал господину Цзи, с которым вышел на связь по рации. – Уверен, что смогу найти его, если братья помогут…
Как связаться с инфорсером, пришлось придумывать на ходу. Соваться на территорию Триады было все еще боязно, несмотря на заверения босса. Поэтому Чи Вай дал волю находчивости, чрезвычайно довольный собой.
Нашел «сорок девятых» помоложе – откровенную шантрапу сей коу джай, шнырявшую по временному палаточному городку снаружи. Представился, стараясь не обращать внимания на презрительные взгляды. Попросил связать его с господином Цзи. Парни пошептались, но рацию с защищенным каналом все же выдали.
Тогда-то Гао и испытал миг триумфа, получив от инфорсера очередную похвалу. А уже через полчаса со всех концов комбайна к Чи Ваю стали приходить ушлые людишки, видевшие недавнюю погоню или хотя бы слышавшие о ней.
– Русских было четверо, – с поклоном говорил один рабочий. – Они были вооружены автоматами и стреляли во все, что встречалось на пути…
– Русский был один, но это настоящий великан, – докладывал второй, надеясь на материальное поощрение. – Он сломал мой лоток для сбора картонной упаковки, погнул спицы на колесе. Но мы с парнями задержали его, помешав догнать нашего сородича…
– Убегавшего не знаю, высокий такой, – делился третий. – За ним гнался один русский. Дурной совсем, в спортивном костюме. Пробегали там-то и там-то, затем их видели над цементным цехом.
Таких Чи Вай выслушивал наиболее внимательно, по крупицам собирая информацию и сопоставляя, куда погоня могла завести Дениса и его преследователя. Еще через час в предполагаемый район были высланы молодые «сорокдевятки». Тремя патрулями по четыре человека. В один из них, все еще раздуваемый от гордости, вошел и сам Гао…
«Сорок девятый», сунувшийся из-за угла, показал Чи Ваю крохотный монитор ручного, но крайне дальнобойного сканера. Оружия, как сообщал прибор, у русского не было, боевых имплантатов, способных нанести урон в ближнем бою, – тоже.
Гао поднес к губам рацию, выбирая канал.
– Это кандидат Гао, – бросил он в эфир, когда господин Цзи вышел на линию. – Я нашел русского, сейчас будем брать…
Приказ был ясен и прост – схватить, привести к Кипятку, узнать о судьбе Дениса. Поисками последнего бывший поваренок планировал заняться сразу после захвата. В конце концов, предыдущего приказа босса о слежке никто не отменял…
– Пошли! – скомандовал он, ощутив, как приятен вкус власти, пусть и такой крошечной. – Берем его. Будет сопротивляться, ломайте.
Когда четверо бойцов «Союза» вошли в жилой ярус центральных палуб правого борта, местные предпочли отправиться по своим делам. Кто-то вдруг решал, что рабочий день окончен, и прекращал сбор мусора. Кто-то обрывал душевные разговоры с соседями, спешно направляясь в свою казарму. Ведь партию в маджонг можно доиграть и в другой раз…
Бабка, кормившая иноземца, начала прятать посуду. Пусть пластиковая или картонная, она тоже стоила денег, а нести убытки не хотелось и стряпухе. Видимо, взгляд ее слезящихся глаз и выдал русскому повышенный интерес к его персоне.
Впрочем, на поведении наглеца это никак не отразилось. Сидел себе, опершись локтями на стойку, жевал булочку, запивал прозрачным чаем.
Подошли, зажимая в полукольцо. Старушка отвернулась, принявшись что-то деловито искать под стойкой. Зашуршала мешками с яичным концентратом, головы не поднимала.
Русский отложил недоеденный пирожок. Повернулся, вытирая губы крохотной бумажной салфеткой. На груди его демонстративно поблескивал стеклянный прямоугольник дипломатического мультипропуска.
– Пойдешь с нами! – громко сказал Гао, поразившись собственной смелости.
Сейчас главное – не дать слабины перед «сорокдевятками», уже заслужившими право сделать на руке первую татуировку кобры.
– Вставай!
– Куда? – на сносном китайском поинтересовался русский, моментально обескуражив Чи Вая.
Бойцы косились на Вая, выжидали приказа, но первыми соваться в пекло не спешили – 426-й Цзи назначил старшим именно кандидата.
– Куда я должен с вами идти и почему?
– Тебя хочет видеть мой босс, – постаравшись добавить в голос злости, ответил Гао. – Вставай! Твои дипломатические привилегии тебя не спасут!
– Не спасут? – Русский вдруг улыбнулся, внимательно осмотрев всех четверых. – А что, существует некая угроза?
– Нет… – смутился Чи Вай, но вдруг осознал, что стремительно теряет контроль над беседой. – Большой Брат будет говорить с тобой! Вставай, я сказал!
И ухватил чужака за рукав, дергая на себя. «Сорок девятые» обязательно расскажут господину Цзи, что новичок был храбр и решителен, исполняя его волю!
Но уже через мгновение пол и потолок вдруг поменялись местами, а в лицо Чи Вая уставилась блеклая потолочная лампа, затянутая в проволочную сетку. Припозднившийся удар выбил воздух из легких, а спина вздрогнула и загудела от соприкосновения с железной мостовой.
Вообще-то, парень умел драться. Но броска, которым русский отправил его себе под ноги, не заметил совершенно… Пытаясь встать, Гао стал свидетелем схватки, занявшей считаные секунды.
Будто по волшебству в правой руке чужака вдруг выросла дубинка – тонкая, к окончанию практически сходящая на шип. Дубинка завизжала, рассекая пропахший булками воздух, впечаталась в лоб одного из «сорокдевяток».