Чтение онлайн

— Как же я соскучилась, хорошая моя! — я целовала ее в разрумяненные щечки, в макушку и с наслаждением вдыхала ее родной сладкий запах.

— Наконец-то мам, я думала все лето тебя не увижу, — тут же надулась Лиля. — Привет, дядя Назар, — поздоровалась Лиля, заметив Назара.

— Привет, Лиля, ну, как твои каникулы проходят? — спросил Назар, когда я поставила дочку на землю.

— Хорошо, вчера с дедом ходили на рыбалку. Я поймала карася, но отпустила, больше не пойду на рыбалку.

— Почему же? — спросил Назар.

— Рыбок жалко, — ответила Лиля, и в глазках заблестели слезы.

В доме нас встретил отец. Мама шуршала на кухне, предупрежденная заранее о нашем приезде.

На удивление, я не заметила на лице отца его привычного выражения тотального недовольства всем и всеми. Он обнял меня, поцеловал в щеку, крепко пожал руку Назару, предварительно смерив его взглядом, будто прикидывая, что за фрукт.

Но, кажется, Назар произвел на него хорошее впечатление, и я с облегчением выдохнула, надеясь, что в этот раз обойдется без нравоучений.

Мама накрыла на стол. Готовила она всегда столько, будто гости приезжают из голодного края. Я для нее всегда была слишком худая, меня непременно нужно было накормить так, чтобы я стала похожа на беременную кенгуру.

Я заметила, что и Лилю она уже успела откормить. Та лоснилась и сияла, как блин со сливочным маслом на масленицу.

Я почувствовала за столом некоторую неловкость или даже напряжение. Мать с отцом поглядывали на Назара, и, видимо, никак не могли прикинуть, в каком статусе мы с ним находимся. А спросить, вроде как, было неловко.

Все отделывались общими фразами. Отец спросил:

— А вы, Назар, чем занимаетесь? Кем трудитесь?

И этот вопрос прежде всего поставил меня в тупик. Я понятия не имею, чем действительно занимается Назар. Мне даже стало немного неловко и стыдно. Он знал обо мне все. Я же за два года знакомства с ним толком о нем ничего и не знаю.

Как он однажды уже мне сказал: «А ты и не спрашивала». Я и правда почти ни о чем его не спрашивала.

Никогда бы не подумала, что на самом деле я такая эгоистка. Что ж, папа в своем репертуаре. Даже когда не собирается этого делать, он умудряется меня как-нибудь уязвить.

— В основном, инвестиции, ценные бумаги, криптовалюта, — ответил Назар на вопрос отца.

— Ясно, — было видно, что отец разочарован, — а профессия у вас есть?

Я глянула на отца с раздражением. Так и хотелось сказать: «Тебе-то какая разница!», — но, конечно, я промолчала.

— Да, вообще я инженер-гидротехник, — ответил Назар.

Я выпучила глаза от удивления, а отец просиял такой улыбкой, какой я вообще никогда у него не видела.

— Вот это дело, вот это я понимаю, — воодушевился отец.

Стало ясно, что Назар одним этим своим ответом покорил отца. Но тот задал еще один вопрос, после которого его одернула даже мама.

— Какие у вас намерения в отношении Лоры?

— Пап! — вскрикнула я.

— Ну что за вопросы? — присоединилась ко мне мама.

Но Назар только улыбнулся и не сколько не смущаясь ответил:

— Самые серьезные. Все зависит от Лоры.

Он посмотрел на меня. Я глянула на отца, на маму, но так и сидела с открытым ртом, не понимая, что происходит.

— Я заранее благословляю, — торжественно произнес отец.

— А меня кто-нибудь спросит? — я вскочила из-за стола. — Нормально себя чувствуете?!

Я выскочила из дома не в силах поверить, что все происходит на самом деле. Это уже было за гранью. Меня всю трясло. Хотелось прибить и отца, и Назара, вообще всех!

«Нашли время! — неслось в голове. — Мне сейчас как раз вот это и нужно!».

Я сидела на крыльце, пытаясь унять свою злость. Хотелось тут же собраться и уехать отсюда. Но я как всегда сама поставила себя в ситуацию, когда снова не могу никуда деться. «Дернул черт меня попросить Назара сюда привезти. Сама же могла доехать», — сокрушалась я мысленно.

Из дома вышел Назар и сел рядом.

— Назар, что это было? — спросила я тут же.

— Правда, Лора, — ответил он не задумываясь и добавил. — Я бы сам не стал ничего говорить и не собирался. До поры до времени.

— До какой поры?

— До той поры, пока не почувствую, что это уместно. Я понимаю, что сейчас о таком и речи не может идти. Но надеяться я все-таки имею право? Твой отец спросил. Я ответил так как есть, только и всего.

Назар говорил разумно. Я действительно не могла ему запретить надеяться на что-то или желать чего-то. Но вот только, что мне с этим делать, я не понимала.

— Я не хотел, чтобы так получилось, но раз уж получилось, я все-таки скажу.

— Назар, не нужно, — я уже поняла, что он собирается сказать.

— Лора, я скажу, но ты ничего не отвечай. Просто знай, об этом и все. И если, когда-то, сама поймешь, что я тебе нужен, тогда и ответишь. Сейчас это ничего не меняет, — он сделал паузу и все-таки произнес это. — Лора, я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Даже зная, что он скажет, я все равно вспыхнула, а сердце пустилось вскачь.

Назар достал из кармана бархатную коробочку, открыл и протянул мне. В лучах солнца, в коробочке блестело кольцо белого золота с шикарным бриллиантом.

— Назар…

— Давай так, — перебил он меня. — Ты возьми кольцо, но не надевай и ничего не отвечай. Если когда-то я увижу, что ты его надела, я пойму, что ты приняла мое предложение. Если нет, значит — нет. Ждать я умею, сама знаешь.

— Я не знаю, Назар, это как-то неправильно, — несмотря на вспышку злости несколькими минутами ранее, ситуация была для меня волнительной.

— Просто сделай так, прошу, тебя это ни к чему не обязывает. Все останется как прежде. Ты же знаешь, что я люблю тебя. Ну, какие еще у меня могут намерения, кроме того, что я хочу быть вместе с любимой женщиной. Странно, что тебя это удивляет. Повторю, это тебя ни к чему не обязывает. Просто символ моей любви. Я приму любое твое решение.

И я взяла это кольцо. Взяла, закрыла крышку коробочки и убрала в карман. Сама не знаю почему это сделала. Может, Назар убедил меня, что это ни к чему не обязывает, а, может, те мои дни, проведенные во мраке собственных мыслей, на что-то навели меня.

«Может, вот он этот покой, — думала я, — нормальная человеческая жизнь, без потрясений, без катастроф, с человеком, который любит меня».

Когда я вспоминала нашу историю с Максом, я понимала, что, если бы только он любил меня, а я бы не любила, или не так сильно любила, это не было бы для меня таким ударом. Да, было бы все равно больно, но точно не так.