Жертвуя счастьем
Шрифт:
«Алекс, я не знаю, чем мне занять время», — сказала ему недавно Шарлотта, не подозревая, что эти слова звучат провокационно. Впрочем, Алекс не сомневался, что она была бы не против заполнить свое время занятиями любовью. Ему этого тоже хотелось, но он опасался потакать своим желаниям.
Два дня назад он застал Шарлотту в библиотеке, она стояла на лестнице-стремянке и тянулась за книгой, находившейся на верхней полке. Алекс вошел неслышно, но когда Шарлотта почувствовала его присутствие, она вдруг вздрогнула, потеряла равновесие и рухнула бы, наверное, на пол, если бы Алекс не подхватил ее на руки. Ощутив ее мягкое тело в своих объятиях, Алекс мгновенно перенесся в прошлое, теперь он видел лишь ее — бесконечно обожаемую, желанную. Голубые глаза Шарлотты потемнели от страсти.
Алекс до сих пор не понимает, как ему удалось выпустить ее из своих объятий, не смяв розового платья, не оторвав пуговиц из слоновой кости. Как только Шарлотта оказалась на ногах, он пулей вылетел из библиотеки, опасаясь, что слуги — или, не дай Бог, сын — увидят его в перевозбужденном состоянии.
И все это произошло после двух недель совместной жизни. Зачем Алекс приговорил себя к подобным пыткам? О чем, черт возьми, он думал, соглашаясь жить под одной крышей и спать в разных спальнях? Спать с Шарлоттой вовсе не означало предавать себя. Завоевать его сердце было не так легко, как покорить его предательское тело.
Почему он должен страдать, отказывая себе в удовольствиях? Неужели он не заслужил не только общаться со своим сыном, но и наслаждаться телом Шарлотты? Алекс устал ограничивать себя во всем, он устал бороться с собой.
Алекс встал из-за стола и вышел из столовой. По дороге он известил Альфреда о том, что сегодня вечером не будет выезжать в город.
Прежде чем пойти спать, Шарлотта зашла в детскую проведать Николаса. Вытянувшись на постели, он безмятежно спал. Наклонившись и убрав прядку волос со лба сына, Шарлотта нежно поцеловала его в щеку.
Через десять минут она была уже в своей комнате. Однако не успела Шарлотта лечь, как раздался стук в дверь, а затем она отворилась и в спальню вошел Алекс. С его появлением комната сразу же показалась Шарлотте маленькой и тесной.
Не проронив ни слова, Алекс запер дверь на замок, а затем повернулся к Шарлотте. Его пальцы начали деловито расстегивать пуговицы на рубашке из тонкого полотна.
Шарлотта, которая только что надела ночную сорочку из просвечивающей ткани, инстинктивно прикрыла руками грудь.
— Алекс, зачем ты пришел? Что-то случилось? — с тревогой спросила она.
От волнения у нее перехватило горло и стало трудно дышать. У него был мрачный, решительный вид, который пугал Шарлотту.
— Ты же сама недавно жаловалась, что у нас не настоящий брак! Итак, мадам, сегодня ваш муж приступит к исполнению супружеских обязанностей, и у вас будет чем заполнить свободное время. А теперь будьте так добры, снимите одежду.
Алекс говорил спокойно, но его глаза пожирали ее. В нем ощущалась какая-то дикая первобытная сила. Он двигался порывисто, через голову стягивая с себя полурасстегнутую рубашку и не выпуская из виду Шарлотту. Огонь в его глазах свидетельствовал о том, что Алекс отказался от прежнего внешне вежливого, сдержанного поведения и теперь действовал по наитию, по велению своих потребностей и желаний.
— Раздевайся, или ты хочешь, чтобы я сам тебя раздел? Ну что ж, я сделаю это с превеликим удовольствием! — снова заговорил он и стал снимать брюки.
Глядя на его нагое тело, Шарлотта чувствовала, как ее промежность становится влажной и горячей. У Алекса были поджарые, мускулистые ноги, поросшие темными волосами. Кожа на его теле была светлее, чем на смуглом лице, но бледной ее нельзя было назвать. Мышцы на его животе были упругими и рельефными. Его член торчал, топорща в паху ткань кальсон. Все внимание Шарлотты было приковано к Алексу. Он был так прекрасен, что Шарлотта не могла оторвать от него взгляд.
Страсть еще не совсем затуманила ее рассудок, и сквозь ее пелену до сознания Шарлотты дошла мысль о том, что сегодня вечером Алекс не уехал, по своему обыкновению, из дома. Такое случилось впервые с тех пор, как она поселилась в Гретхен-Мэноре.
— Сегодня тебя не смогли принять? — спросила Шарлотта, не сумев скрыть ехидных ноток.
В ней говорила ревность. Алекс замер, держа в руках брюки, которые только что снял.
— О ком ты говоришь?
Шарлотта скрестила руки на груди.
— О твоей любовнице.
— У меня нет любовницы, — спокойно ответил он.
— Я тебе не верю, — промолвила Шарлотта, хотя ей отчаянно хотелось верить, что это правда.
— У меня нет причин лгать тебе. Если ты намекаешь на то место, где я провожу ночи, то, поверь мне, в нем нет женщин.
Шарлотта покачала головой.
— Я не верю тебе, — повторила она, и ее взгляд снова невольно скользнул туда, где дыбился его вставший член.
Алекс подошел к ней почти вплотную.
— А в то, что я не хочу никого, кроме тебя, ты веришь? Если бы я мог спать с другими женщинами, я бы давно уже это сделал. А сейчас мне больше всего на свете хочется только одного — войти в тебя. — Голос Алекса стал хриплым от едва сдерживаемых эмоций. — Так ты снимешь ночную рубашку, или это должен сделать я?
По выражению его лица Шарлотта поняла, что он говорил правду, и ее охватила радость. В ее душе проснулись восторг и желание.
— Алекс…
Он взялся за подол ее рубашки и стал медленно стаскивать ее через голову.
— Зачем нам отказывать себе в удовольствии и избегать того, чего мы оба хотим? — спросил Алекс и, отбросив в сторону ночную рубашку Шарлотты, стал мять ее ягодицы.
Шарлотта тяжело задышала.
Мы? Шарлотта никогда не отказывала ему в физической близости, это он сам чурался ее. Но сейчас было не время спорить с ним.
Алекс вдруг отпрянул от нее и стал жадно пожирать глазами ее наготу. Шарлотта смущенно прикрыла одной рукой грудь, а другой — поросший волосами лобок. У нее перехватило дыхание.
Алекс улыбнулся, и это была улыбка неподдельного удовольствия. Впрочем, он был слишком возбужден, чтобы долго наслаждаться соблазнительным зрелищем. Он быстро снял с себя оставшуюся одежду, не сводя с Шарлотты пылкого взгляда, который, казалось, обжигал ее.
Его член поразил Шарлотту своими размерами. Ей казалось, что он был меньше. Шарлотту так и подмывало протянуть руку и дотронуться до него. Он был нацелен в низ ее живота и находился совсем близко. Однако они так давно не занимались любовью, что Шарлотта вдруг пришла в смущение и застеснялась.
— Как красиво, — прошептал Алекс и провел пальцем по затвердевшему соску Шарлотты и окружающему его ореолу.
Шарлотта почувствовала ни с чем не сравнимое удовольствие. Острые ощущения пронзили ее, как молния, колени стали ватными, и Шарлотта испугалась, что сейчас упадет. Она хотела положить руки на его плечи, но тут Алекс заключил ее в свои крепкие объятия и прижал к груди.
Как только их тела соприкоснулись, из груди Алекса вырвался долгий низкий стон. Теперь его твердый горячий член упирался ей в живот, и она ощутила спазмы во влагалище, оно сжималось в нетерпеливом ожидании.